— Верно. Вот и не ной. Всё. Надоели оба. Уходите. Ночью перемещаемся в мой столичный дворец, так что отдохните, сил наберитесь.
— А вы чем займётесь? — поинтересовалась задумчивая Дарья.
— Чаёк допью, пока не остыл… А потом новый заварю. Хочу насладиться последними тихими минутами.
Лишь только стемнело, мы, разбившись на несколько групп, покинули усадьбу Аничковых и вошли в Петербург со всеми мерами предосторожности. Не стоит раньше времени беспокоить Тёмного Князя и его свиту. К утру в огромном дворце Яриных собрался не только третий курс, но и второй с четвёртым тоже.
К моему великому удивлению, прибыл даже ректор факультета Потусторонних Сил академик Горенёв. Князь Хаванский пояснил, что без Вольдемара Владимировича сложно было сплотить всех одарённых Академии. Поэтому заговорщики в последний момент рискнули ему довериться и не прогадали. Пожилой академик с готовностью принял предложение и оказал бесценную помощь в организации тайной отправки студентов во дворец.
Отоспаться нормально ни у кого не получилось. Весь день мы потратили на то, чтобы организовать правильную оборону и в самом особняке, и в прилегающих к нему домах. С последними особенно сложно пришлось, так как архитрудное занятие — выгнать людей из собственных квартир. Но к вечеру с этим тоже справились, где-то запугав строгими жандармами, а где-то тупо арендовав квартиры за огромные деньги.
В самом же дворце Яриных развернулись настоящие учения, на которых специальный отряд жандармерии и студенты третьего курса до седьмого пота оттачивали навыки обороны.
Все успокоились лишь поздно ночью. Конечно, всегда есть что поправить или улучшить, но завтра предстоит тяжёлый бой, поэтому нужно набраться сил, чтобы не выглядеть сонными мухами.
Правда, не у всех получилось забыться в блаженном забытье. Такое счастье перепало лишь нашим вспомогательным отрядам, основная же группа спустилась в подвал дворца. Огромное помещение было от потолка до стен покрыто сложнейшей пентаграммой.
— Давно уже «схемку набросала», — вздохнула Алтайская Ведьма при виде нас. — Почти полгода на это ушло.
— Титанический труд, — с огромным уважением произнёс я. — Но у нас немного изменились реалии.
— Учла их тоже. С утра, скрючившись да по лестницам ползая, вносила в схему коррективы. Спина скоро отвалится и руки отсохнут. Ты, Родя, глянь своими молодыми глазами. Проверь, не напутала ли чего.
Отказываться не стал и почти полтора часа потратил на изучение пентаграммы. Лишь несколько незначительных помарок обнаружил, но даже они могли бы стать критичными в нашей ситуации. Наконец-то всё было приведено в идеальный вид.
— Час до раскрытия Великого размытия, — посмотрев на часы, объявила Светлана Кузьминична. — Ну что, други? Время прощаться. Надеюсь, что все вы выживете. Ну а я… Если тело моё красиво не похороните, то с того света вернусь и прокляну.
— Хороший повод, чтобы похоронить вас самым прескверным образом, — грустно пошутил князь Аничков. — Так вы снова окажетесь с нами.
— Не буди лихо, пока оно тихо, — беззлобно огрызнулась старушка. — Сами-то о завещаниях позаботились?
— Давно, — за всех ответил граф Мозельский. — Из нас половина уже как бы умершие. Господа и дамы! Не знаю, увижу ли вас снова в добром здравии, поэтому хочу сказать сейчас… Я горжусь такими друзьями и соратниками. Уверен, мы победим!
— Обязательно, — кивнул Хаванский. — В хорошей компании иных вариантов и быть не может.
Дальше все стали говорить наперебой, обниматься, жать друг другу руки. Настоящее единение среди людей, годами готовившихся к этому моменту. И, чёрт возьми, приятно быть рядом с ними!
— Время! К бою, господа! — посерьёзнев, произнесла Алтайская ведьма, усаживаясь в кресло посреди пентаграммы и жестом приглашая Веру сесть рядом.
Тут же Дуня, наш единственный личный телохранитель, замерла у входа со своим серебряным серпом на изготовку. Мы же легли на пол в своих, строго отведённых в схеме местах. Чпок, свернувшись калачиком, устроился у меня на груди.
Княгиня Ярина замерла и прикрыла глаза. Сначала ничего не происходило. Лишь только каменные плиты пола холодили спину. Ненавижу ждать. Последние минуты перед сражением всегда самые мерзкие.
Внезапно Алтайская Ведьма открыла глаза и прохрипела не своим голосом.
— Поганый возродился. Начинается…
Тут же пентаграмма вспыхнула ярким зелёным огнём, и тысячи иголок впились в мою кожу. Мир перестал существовать. Меня несло куда-то по длинному серому туннелю. Голова кружилась, в груди застрял тошнотворный комок. Стены туннеля закончились внезапно, и я начал падать с огромной высоты. Земля всё ближе и ближе. Неужели Алтайская Ведьма ошиблась, и я сейчас разобьюсь⁈
— А-а-а-а! — не выдержав разочарования, заорал я, готовясь расшибиться в лепёшку.
Заорал и… очнулся. Пытаясь сфокусировать зрение, встал на ноги. Болят колени и жутко ноет правое плечо. То самое, в которое когда-то был ранен Ликвидатор Сидо. Блин! Словно снова стал стариком, резко утратив молодость. И как в таком состоянии биться?
— Я знал, что ты когда-нибудь вернёшься, — раздался за спиной такой знакомый голос Вечного Императора. — И перестань уже показывать свой голый зад. Это невежливо, особенно по отношению к своему господину.
Не веря в происходящее, я осторожно повернулся. Нет. Этого не может быть. Это галлюцинация, морок. Я снова стар и нахожусь рядом с Вечным Императором, вальяжно расположившимся на троне с Мечом Душ в правой руке.
— Чего так удивлённо смотришь? Думаешь, что я плод твоего воображения, Сидо? Должен разочаровать. Ты вернулся туда, откуда пытался сбежать. Круг замкнулся, слуга. И теперь лишь я в состоянии разомкнуть его.
— Как? Почему? — почти простонал я, осознав реальность происходящего.
— Верные вопросы, Сидо. Нельзя разорвать связь с Мечом Душ без разрешения его владельца. Но и вернуть тебя я не в состоянии. Значит, ты это сделал сам, подключившись к артефакту без моего участия. Странности… Не находишь?
— Я должен был оказаться не здесь, Вечный. В межреальности.
— Что ты там забыл, смертный?
— Чтобы сразиться с Сущностью из Преисподней… Из Иного Тумана, как говорят у нас. Высший демон хочет поработить мир, очень похожий на наш.
— Даже так? — удивился Император. — Получается, что ты уже проиграл, даже не начав бой. Это не Высший, а Архидемон. Его нельзя убить. Во всяком случае, человеку точно такое не под силу.
— Но ты же когда-то убил? — осмелился я перечить Вечному.
— Нет. Всего лишь заточил его. Догадаешься куда?
— В собственное тело?
— Почти, Сидо. В Меч Душ. И не спрашивай, как это случилось. Мне помогли. Но цена за эту помощь оказалась страшной. Чтобы Архидемон не выбрался из тюрьмы, мне приходится постоянно подпитывать его человеческой энергией. И себя тоже. Ибо пока жив Вечный Император, существует Меч Душ. Так что я давно превратился в энергетического вампира.