– Ладно.
Рю откинул ветку, бросил последний гневный взгляд на Макото, который ответил ему на редкость неприличным жестом – правда, подождав, пока старик повернется к нему спиной, – и направился к алхимическому столу. Принюхавшись к одной из глиняных чашек, он громко чихнул. – Так-так-так, чую знакомую горечь. А тут у нас что? Ага, кора белого дерева, пучок горного лунника, лягушачья лапка, щепоть порошка из куриного камня, кожа тритона…
– Эй, старикан, ты там часом не отравить меня удумал? – обеспокоенно произнес Макото, пытаясь разглядеть, чем занят Рю. – Ты вообще хоть что-то в зельях и микстурах смекаешь или так, на вкус и запах полагаешься?
– Признаться, искушение велико, – произнес старик, задумчиво глядя на сморщенный корешок, напоминающий щупальце осьминога. – Но боюсь, потеряв своего горячо любимого «племянничка», Кин не успокоится, пока надо мной не захлопнут крышку гроба. Да, я кое-что смекаю, – раздраженно буркнул он, оглянувшись на Макото. – Нас учили не только готовить яды, но и противостоять им.
Интересно, в каком месте учат делать отраву из желчи демонов? Вряд ли Рю раньше ходил в подмастерьях у какого-нибудь алхимика, да и на лекаря он тоже не тянул. Однако Кенджи решил, что этот вопрос вполне может подождать. Куда больше его интересовало кое-что другое.
– А где были вы двое? – полюбопытствовал он.
– Лично я шел по заранее намеченному маршруту, – сказал Рю. – Пока вы разбежались в разные стороны, как три испуганные девицы, увидевшие мышь.
– Ну, я чуть задержался, скажем так, по нужде, – протянул Шу, смущенно поглядывая на ворчащего старика. – Не думал, что это займет столько времени, а когда закончил – вокруг лишь белая пелена. Потом на меня выскочил Рю, а следом мы увидали какую-то девочку, машущую нам рукой. Мы пошли за ней, потом услыхали грохот и…
– Не было никакой девчонки, сколько раз тебе говорить, остолопу! – стукнул кулаком по столу Рю, да с такой силой, что древесина жалобно застонала, а чаши и склянки, звякнув, подпрыгнули на месте. – Это все проклятый туман морочит головы всякой бесовщиной. А вы на каждый шорох и рады бежать, как на голую девку, которая сиськи показать обещает!
– Но она же… – попытался было возразить Шуноморо.
– Все! Еще одно слово – и получите все трое!
Лицо Рю побагровело настолько, что Кенджи побоялся, как бы того не хватил удар. Наградив всех тяжелым взглядом и убедившись, что никто больше не собирается с ним спорить, старик вернулся к противоядию, бурча себе под нос. Кенджи подумывал вступиться за сконфуженного Шу, но решил смолчать. Не ровен час, и без того раздраженный старик кинет в котел щепоть чего лишнего, и поминай Макото как звали. Вместо этого Кенджи попытался подбодрить Шу и шепнул:
– Я тоже ее видел.
– Хвала богам, – столь же тихо ответил Шу с облегчением. – Я уж подумал, что и впрямь схожу с ума.
– В этом месте немудрено, – покачал головой Кенджи, припомнив свой сон.
Отвлекшись от ступки, в которой он перетирал сухие лепестки какого-то цветка, Рю с подозрением покосился на шепчущихся спутников. Так что они тут же умолкли и далее молча наблюдали за тем, как старик толчет камушки, рвет пучки трав и процеживает жижу сквозь лоскут плаща. Закончив, Рю осторожно перелил из котелка в глубокую чашу вязкое, густое варево коричневого цвета, а потом преподнес его Макото.
– Пей! – приказал старик, скрестив руки на груди.
– Это еще что за… – Тот принюхался и скривился. Немудрено. Даже стоя в нескольких шагах от кровати, Кенджи чуял вонь от миски. Напоминало не то сточную канаву, не то скисшие помои или все это разом. – Если ты думаешь, что я сделаю хоть глоток этой дряни, то глубоко ошибаешься. Лучше убей меня прямо на месте.
– Остерегайся своих желаний. Иногда они сбываются, – погрозил ему пальцем Рю. – А теперь заткнись, зажми нос и влей в себя все до капли.
– Дай мне хотя бы кружку воды, чтобы…
– Или ты сейчас же заткнешься и выпьешь этот проклятый отвар, или я надену миску тебе на голову! – взорвался Рю, терпение которого окончательно лопнуло. – Так, похоже, добром мы тут ничего не добьемся. Здоровяк, держи-ка этого заморыша за руки, а ты, – он кивнул Кенджи, – принес воронку, которая валяется под столом. Только не забудь очистить ее от рыбьей требухи…
– Ладно, ладно, понял! – Макото глубоко вдохнул, зажмурил глаза и поднес миску к губам.
Судя по его виду, каждый глоток был для него пускай и маленьким, но все же подвигом. Когда он закончил и отдал Рю пустую посуду, цвет его лица почти сравнялся с варевом, которое теперь плескалось у него в желудке. Еще несколько мгновений он, закрыв рот двумя руками и издавая странные звуки, боролся с упрямым зельем, что лезло наружу, но все-таки сумел удержать его в себе.
– Ты в этом котле что, успел свои портки постирать? – выдохнул Макото, утирая выступившие слезы. – Гаже пойла я в жизни не пробовал! Разве нельзя было хотя бы попытаться исправить вкус?
– Конечно можно, – с широкой ухмылкой ответил Рю, – если бы я захотел это сделать.
Лицо Макото налилось кровью, а на лбу запрыгала толстая жилка. Казалось, он вот-вот лопнет от переполняющего его гнева. Но спустя несколько мгновений парень, похоже, признал свое поражение, так ничего и не сказав. Он лишь растянулся на спине, издав протяжный стон.
Шуноморо тем временем успел накрыть грязным покрывалом останки Осоре и скромно присесть на трехногий табурет, жалобно стонавший каждый раз, когда он пытался умоститься поудобнее. Рю уселся напротив, барабаня по столу узловатыми пальцами, а Кенджи, заняв место между ними, кинул взгляд на Макото и произнес:
– Он поправится?
– Уже к вечеру сможет встать на ноги. Ваше счастье, что память у меня с годами не притупилась и я до сих пор помню нужные рецептуры и формулы, – ответил старик и добавил, повысив голос: – Но вот только в следующий раз, когда кое-кому придет в голову идея рвануть прямо в когти цутигумо, этот кое-кто будет выпутываться сам. В прямом и переносном смысле.
– Как будто я нарочно! – послышался недовольный голос.
– Я слышал, некоторые яды имеют множество неприятных последствий, которые могут сказаться даже спустя время, – задумчиво произнес Шу. – К примеру, заставить выпасть самую пышную шевелюру или ослабить мужскую силу…
– Избавь нас от подробностей, – взмахом руки оборвал его Рю, а из-за его спины донесся сдавленный звук. – Сейчас у нас есть проблемы посерьезней. До Одиннадцати Звезд осталось всего ничего, и пробраться туда нам нужно до полуночи.
– Не лучше ли подождать хотя бы до утра? – сказал