– Я вижу… – голос женщины превратился в хриплый шепот, – небо, что окрасилось в черный. Сына, который пришел, чтобы уничтожить дело своего отца. Змея, что подавился собственным хвостом. Семеро всадников, оседлавших вьюгу. Прорастающее семя, пораженное скверной. И очищающий огонь…
Пока она несла весь этот бред, Кенджи успел незаметно поменять местами их чаши. Наконец Осоре умолкла и обмякла на стуле. А через миг встрепенулась, с шумом втянула ноздрями воздух и огляделась по сторонам, будто бы очнувшись от тяжелого кошмара.
– С тобой все в порядке? – невинно поинтересовался Кенджи, делая маленький глоток. Напиток, пускай и чуть терпкий, был действительно недурен на вкус и приятно согревал желудок, разнося тепло по всему телу.
– Д-да. – Осоре стерла со лба пот, потянулась к своей чаше и с жадностью припала к ней губами. – Не стесняйся – если хочешь, я приготовлю еще.
– О, ты само радушие, – произнес Кенджи, допил чай и вытер губы. – Так, значит, ты все же работаешь на Братство Рока?
Ведьма на мгновение замерла, а потом медленно отставила чашу в сторону, переплела длинные пальцы и сузила глаза.
– А ты догадлив. Допустим, ты прав. И что же ты сделаешь? Убьешь меня?
– Ты уже сама это сделала, – усмехнулся Кенджи, взглянув на ее чашу.
Проследив за его взглядом, Осоре нахмурилась. А когда она осознала смысл его слов, вскочила, уронив стул, и бросилась к зелью, которое оставила на алхимическом столе. Однако не успела она сделать и шаг, как ноги ее заплелись. Колдунья рухнула наземь и захрипела, царапая шею ногтями. Поднявшись на ноги, Кенджи спокойно обошел ведьму, с ненавистью следившую за его движениями, взял в руки варево и принюхался.
Настойка пахла чем-то горьким. Но, судя по всему, это действительно было противоядие, раз Макото и впрямь стал выглядеть куда лучше. Да и вряд ли бы ведьма так рванула за фальшивкой.
– Неблагодарный уб… ублюдок, – просипела ведьма, пока ее лицо покрывалось красными пятнами. – Я спасла жизнь этому щенку, а ты…
– И между тем пыталась меня отравить, – перебил ее Кенджи. – Зачем тебе помогать нам и пытаться навредить одновременно? В чем был твой план?
– Отдай мне зелье, и я расскажу тебе все.
– Ты не в том положении, чтобы торговаться, – отрезал Кенджи. – Так что выкладывай как есть.
– Он лично сдерет с тебя шкуру! – прошипела Осоре, попытавшись встать. Однако ноги ее отказались держать хозяйку, и она рухнула обратно на пол.
– Кто он? Имя! – потребовал Кенджи.
– Не… не знаю, – пробормотала ведьма, и лицо ее стало почти багровым. – Никто не знает, как нарекли его при рождении. Если он, конечно, человек, а не сам Рок, пришедший из пустоты. Он называет себя Жнецом. И скоро это прозвище будет на устах у каждого из живущих. Его слуга предупредил меня… что вы можете явиться. И я решила преподнести вас ему как подарок. Чтобы он дал мне место подле себя, когда возвысится.
– Странный метод – травить того, кого ты хочешь захватить живьем, – протянул Кенджи.
– Я подлила в твой стакан ровно столько отравы, чтобы обезвредить, но не убить, – закашлялась Осоре. – Только поэтому я еще говорю с тобой.
– Сколько воинов сейчас в Одиннадцати Звездах? Этот… Жнец тоже находится в монастыре? – Не услышав ответа, Кенджи пролил на пол несколько капель зелья. – Отвечай!
– Не знаю, – выдавила ведьма и быстро добавила, увидев, как он сделал вид, будто бы хочет вылить противоядие: – Клянусь жизнью! Жнец может переправить через портал столько людей, сколько понадобится. Но не сразу. Даже его мощь небезгранична. Ему понадобится множество солдат, чтобы справиться со Стражем.
– Что еще за Страж? – нахмурился Кенджи, размышляя, не пытается ли колдунья заговорить ему зубы.
– Никто не уходил от Стража живым, чтобы рассказать об этом… – Осоре поморщилась и обхватила руками живот. – Он много лет охраняет монастырь и то, что в нем хранится. В последний раз он просыпался много, очень много лет назад. Кто-то пытался завладеть секретом заброшенной школы – и поплатился за это жизнью. Я помню тот день, да… От его рева дрожали даже демоны и дикие звери.
– И что же он охраняет?
– Думаю, что-то ценное, – Осоре сплюнула на пол вязкую слюну, – раз Жнец так жаждет заполучить это. Я выполнила свою часть сделки – рассказала все, что знаю, сдержи и ты свое слово! – с дрожью в голосе произнесла она, увидев, как Кенджи поставил снадобье обратно на стол и сделал шаг в ее сторону. – Убьешь меня – обречешь своего друга на медленную и мучительную смерть! Я сбила жар и замедлила распространение заразы, но не больше. Такого количества зелья не хватит, чтобы он окончательно встал на ноги. Забирай все, что хочешь. Можешь забрать даже мой дом – только дай мне уйти живой.
Кенджи невольно окинул взглядом пещеру, заваленную всяческим хламом. Куча разнообразной одежды – от вполне приличной до грязных обносок, посуда и свитки, полки, забитые склянками, минералами и побрякушками, а в углу…
Он вдруг замер, заметив небольшую тряпичную куклу. Потрепанную, в разорванном синем кимоно, покрытом бурыми разводами. С двумя небольшими косичками из конского волоса. Рядом с игрушкой лежал обломок пожелтевшей челюсти с меленькими зубками. Такие могли принадлежать ребенку, но не взрослому человеку. А потом он посмотрел на кости в волосах ведьмы.
– Во-первых, я не давал тебе никаких обещаний, коварная ты сука, – произнес Кенджи, чувствуя, как закипает в нем ярость. – А во-вторых, ответь мне на еще один вопрос. Ты говорила, что помогаешь крестьянам, так?
Осоре медленно кивнула, явно не понимая, к чему он клонит, и кое-как поднялась на колени.
– И что же ты берешь в качестве оплаты? Деньги? Еду? Украшения? Их детей?
– Что?! – Ведьма проследила за его взглядом, а потом прошипела, трясясь не то от негодования, не то от страха: – Ты не посмеешь убить меня из-за какой-то мелкой девки, которую никогда даже не видел! Не посмеешь! Не…
Помнится, Сато рассказывал Кенджи о технике Рассекающего Ветра. Один из самых простых на словах, но тяжелых на деле приемов состоял в умении вытащить меч и нанести удар одним движением, едва уловимым неопытному взгляду. Он даже показал его на деле. Подбросив палочку, Сато сделал шаг назад. Кенджи и глазом не успел моргнуть, как веточка, разрезанная точно вдоль, упала на землю, а Сато, казалось, так и стоял на месте, даже не шелохнувшись.
Уже потом, когда он двигался куда медленнее, Кенджи все же увидел, как Юма выхватывает клинок, делает взмах и тут же убирает его обратно в ножны. Потом он не единожды пытался повторить