– Люба! – с горящими глазами вылетает мне на встречу племянница. – Ты приехала! Пойдем, я познакомлю тебя с вожатой. Она знаешь, какая классная!
Даша таскает меня по всему лагерю, знакомя с разными людьми. Это несколько отвлекает от переживаний. Но в машине, пока она со вздохами смотрит в окно, меня накрывает опять.
Ко времени приезда домой я накручиваю себя до такой степени, что боюсь встречи с Димой больше, чем когда впервые появилась на его пороге.
В доме нас никто не встречает. Моя паранойя начинает нашептывать, что я все себе придумала. Что вчера Гораев просто развлекался, а я поверила, как дура. Пытаюсь убедить себя, что Дима как обычно на работе. Он не обязан сидеть дома и ждать нас.
– А где Гарик? – спрашивает Даша, бросив рюкзак на пол.
– Где-то в доме.
Идем на поиски собаки и слышим невнятное бормотание в кабинете.
– Папа дома? Вот это да!
Даша распахивает дверь кабинета, и мы изумленно наблюдаем, как великий и ужасный Гораев сюсюкает с радостно похрюкивающим Гариком. Песель блаженно лежит у Димы на коленях и полностью и бесповоротно доволен жизнью. Увидев нас в дверях, Дима принимает грозный вид и на вытянутых руках с брезгливым видом преподносит Гарика Даше.
– Наконец-то ты вернулась. Я устал заниматься воспитанием этого беспризорника.
– Правда? А мне показалось, что вы классно тусите, – Даша подхватывает Гарика и целует его в мордочку.
– Тусим? – преувеличенно сильно возмущается Гораев. – Я не могу тусить с тем, кто бородат больше, чем я!
Даша прыскает со смеху, я тоже улыбаюсь. До тех пор, пока не ловлю на себе горящий взгляд Димы. Меня бросает в жар.
– У меня, между прочим, есть более интересные кандидатуры для тусовки, – продолжает Дима, не отрывая взгляда от меня.
От его слов мои ноги становятся ватными.
– Да? Это кто, например? – подозрительно прищуривается Даша.
– Любовь Михайловна. Оказывается, у нас с ней очень много, гхм… точек соприкосновения. И мы прекрасно находим общий язык.
Последние слова он произносит особенным тоном. Я точно понимаю, что он имеет в виду. С трудом сглатываю и облизываю враз пересохшие губы. Димин взгляд тут же прикипает к ним. В воздухе повисает напряжение.
– А что происходит? – недоуменно спрашивает Даша. – Вы же не поссорились?
– Нет! – хором выпаливаем мы.
Я сердито смотрю на Диму, обнимаю Дашу за плечи и вывожу из кабинета.
– Не обращай внимания на папу. Он, наверное, переработал. Идем, разберем твои вещи.
В кабинете раздается ехидное хмыканье. Гораев не из тех, кто сдается. И на этот раз его добычей стала я. Жаль, что я до сих пор не смогла разобраться: рада я этому или нет.
До вечера я скрываюсь в Дашиной комнате. Племяшка взахлеб рассказывает об интенсиве. Кажется, будто она уезжала не на двое суток, а на месяц.
Маргарита зовет нас на ужин. Спускаемся и видим за столом Диму, с аппетитом поглощающего стейк. Рядом с ним черной юлой вертится явно уже прикормленный Гарик.
Даша быстро шмыгает на место напротив отца, мне не остается ничего иного, как сесть рядом с ним. Не успеваю я съесть первый кусочек стейка, как ощущаю на своем бедре Димину руку.
Замираю с куском стейка на вилке на полпути ко рту. Как можно незаметнее опускаю свободную руку под стол и осторожно пытаюсь отодвинуть Димину ладонь. Не тут-то было! Он лишь продвигает ее ближе к внутренней поверхности бедра.
– Что-то не так, Любовь Михайловна? – сладким голосом интересуется Дима. – Стейк не прожарен?
– Все… идеально, – выдавливаю я, чувствуя, как горят щеки. – Просто… наслаждаюсь.
Даша смотрит на нас, как на копибар в зоопарке.
– Вы сегодня такие странные, – запихивая в рот кусок помидора, говорит она.
Только собираюсь что-то ответить, как чувствую горячие пальцы в опасной близости от самой интимной части моего тела. Не придумав ничего лучше, вскакиваю со стула с воплем:
– Соль! Где соль?
Даша, не переставая жевать, кивает на солонку, стоящую рядом с моей тарелкой. Дима тихо усмехается и накладывает себе салат. Я только начинаю успокаиваться, как его следующий вопрос, выбивает весь воздух из груди.
– Даш, а тебе Любовь Михайловна нравится?
– Нравится, – настороженно отвечает Даша. – А что?
– Ничего. Просто мне она тоже нравится. Очень.
Глава 26
Люба
Слова Димы повисают в воздухе. Даша перестает жевать. Ее широко раскрытые глаза мечутся между мной и отцом, пытаясь понять, что происходит. Я сижу ни жива, ни мертва. Горит все: щеки, уши, кожа под футболкой.
Дима не сводит с Даши спокойного взгляда. В его глазах нет насмешки. Он ждет реакцию дочери.
– Па… – наконец выдавливает из себя Даша. – Тебе нравится Люба, как девушка?
Дима медленно отпивает из своего бокала, его взгляд перемещается на мое лицо. Уголки его губ подрагивают.
– А что, – с легкой хрипотцой произносит он. – Тебя устраивает твоя новая воспитательница, а мне давно нужна девушка.
– Ну ладно, – пожимает плечами Даша и быстро зло добавляет: – Главное, чтобы не та женщина!
Они несколько секунд сверлят друг друга одинаковыми взглядами, будто меряются силой. Наконец Гораев кивает. Я же чувствую себя лишней. Без меня меня женили.
– А у меня никто ничего не хочет спросить? – не выдерживаю я.
– Почему же? – выгибает бровь Дима, он выпрямляется, делает преувеличенно серьезное лицо и спрашивает: – Любовь Михайловна, разрешите за вами поухаживать?
– Одобряю, – машет в мою сторону вилкой Даша.
– Ну вы, ну вы! – я не нахожу слов.
– Значит решено, – разом перекрывает все возражения Дима. – Завтра приглашаю вас в мой любимый ресторан.
– Заметано! – подтверждает Даша, снова принимаясь за стейк.
За меня все решили. А я так и сижу, не в силах понять – возмущаться мне или смеяться.
Перед сном захожу к Даше. Ощущение недосказанности гложет меня. Я сажусь на кровать и стягиваю с Даши наушники.
– Скажи, что ты думаешь на самом деле?
– Про тебя и папу? Так это же был наш план. Все сработало, супер!
– А дальше?
Даша пожимает плечами, ее лицо в свете ночника кажется совсем детским и невероятно