— Это было приятно, но немного не о том, видимо, я перехвалила твои когнитивные способности. Так, с этим я тебе уже не помогу никак. Давай дальше сам. Я тебе расклады дала, идею, как двигаться дальше, подкинула.
— Главное, чтобы не как секс в резинке…
— Это ты о чем?
— Когда движение есть, а результата нет. Понимаешь, в солдате все должно быть прекрасно. Погоны, кокарда, исподнее. Иначе это не человек, а млекопитающее.
Баканова звонко рассмеялась.
— Ни в жизнь не поверю, что это ты сочинил, признавайся?
— Конечно не я, а Себастьян Перейра, торговец черным деревом.
— Совсем запутал девушку, такой загадочный весь.
Они обнялись и придались ураганному и изобретательному сексу. Все же долгий простой иногда крайне полезен для бурных проявлений страсти… Как настрой у дембеля, когда он весь при параде покидает свою ВЧ и окунается в мир сугубо штатских людей, в котором его ждут сотни прелестных и категорически свободных девушек…
* * *
Добиться встречи с главой в корпорации Мертон оказалось куда проще, чем ожидал Март. Стоило ему позвонить и обозначить свои запросы, как с ним связались сначала из секретариата, потом личный помощник самого Вильгельма Ральфа Мертона.
Аудиенцию назначили на вечер следующего дня. Местом ее проведения стал поистине циклопический пентхаус, занимающий круглую, метров сто в поперечнике платформу, установленную на вершине штаб-квартиры «Мертона» — трехкорпусного, образующего усеченную пирамиду небоскреба футуристического облика из бетона, стекла и стали. Когда скоростной лифт вознес Марта наверх, он увидел полноценный парк с прудом, рыбами и кувшинками лилий. Здесь росли большие деревья, кусты и разбиты цветники, по посыпанным белым песком аллеям пришлось ехать на аналоге электрического гольф-кара. Сами огромные апартаменты владыки компании располагались в центре крыши.
Его встретили и молча сопроводили в кабинет владельца. И вот они уже оказались друг напротив друга, вдумчиво присматриваясь и оценивая своего оппонента.
— Добрый вечер, герр Мертон, — вежливо начал Вахрамеев первым.
Глава могущественной корпорации не стал изображать из себя небожителя и поднялся из своего кресла и даже изобразил намек на дружелюбие в лице, но и шага не сделал навстречу гостю. Пожав холеную, с идеальным маникюром и одновременно неожиданно крепкую ладонь, Вахрамеев постарался сделать первые выводы о человеке, с которым сейчас предстояло вести переговоры.
То, что он умен, выдержан и крайне честолюбив, сквозило во всем облике Мертона. Среднего роста, немного ниже кержака, с очень прямой осанкой, лет пятидесяти, а может и шестидесяти, очень уж ухожен, тут легко ошибиться с датой. Уже привычный для Ганзы какой-то аляповатый и легкомысленный наряд, считавшийся здесь высшим шиком. Грива зачесанных назад чуть вьющихся седоватых волос и весьма выдающийся нос. На лице легкий ровный загар, гладко выбрит. Внешность располагающая, но какая-то неясная, словно зацепиться кроме носа не за что.
«Скользкий тип. Намучаюсь я с ним…»
Сходно оценил своего визави и рахдонит. Перед ним был совсем юный и даже безусый светловолосый парень чуть выше среднего роста (и сантиметров на шесть выше его, с привычной ревностью подумал Мертон — он в молодости даже делал себе операцию удлинения ног и в итоге вытянул на все 173 см), с богатырским разворотом плеч, ясными, холодноватыми глазами стрелка, привычно смотрящего словно прицеливаясь. «А он не глуп. Впрочем, не удивительно, с его биографией…»
— Присаживайся, Марти, я втрое старше и потому позволю себе обращаться сразу на ты.
— Как вам будет угодно, герр Мертон.
— Обойдемся без долгих вступлений. Я о тебе много знаю, за тобой присматривали все это время, так что в курсе последних новостей. И понимаю, почему ты попросил о встрече. Тебе нужны спецбоеприпасы. Те, что взял на моем химмелне, ты растратил. Я прав?
— Совершенно верно, герр Мертон.
— Ты, Марти, интересный персонаж. То, с какой скоростью обитателю отдаленного и, что уж скрывать, до крайности не развитого мира-осколка удалось пройти путь от изгоя до главы молодой, но уже очень сильной организации, впечатляет и много говорит в твою пользу. Поэтому я дал согласие на этот разговор. Изложи вкратце свой план действий и как намерен тратить плазменные гранаты, которые хочешь у меня купить.
— Кхм… — Вахрамеев готовился к иному вступлению, и теперь пришлось быстро перестраиваться, — раз вы столько знаете, то в курсе, что я объявлен императором Аустрайха врагом нации, кроме того, черные захватили Беловодье и устроили там настоящие концлагеря. Я и мои соратники — мы намерены воевать до победного и вышвырнуть врага из нашего Мира. Для этого и нужна плазма. Я убедился, что это очень действенное оружие против бронированных целей.
— Все верно. Панцерегеря очень сильные и отлично оснащенные противники, и даже если ты обеспечишь своих штурмовиков БСК, в реальном бою я бы скорее ставил на имперцев. Ну, допустим поровну. То есть вы будете нести потери. Бронескафандры будут получать повреждения и ломаться. Ресурсов у вас куда меньше и при игре вдолгую вы с гарантией окажетесь в проигрыше. Так что без плазмы шансы близки к нулю.
Март не нашел, что ответить, и просто промолчал, ожидая дальнейшего хода Мертона. Тот, в свою очередь, выдержал небольшую паузу, давая своему визави озвучить возражения, а затем с довольной улыбкой, напоминающей волчий оскал, продолжил.
— Видишь ли, Марти, я коммерсант и деловой человек, глава одной из великих корпораций всего Запределья. Это не похвальба, а просто документальный факт. У меня есть правило. Я ничего не делаю без выгоды. Понимаешь?
— Более чем.
— Так вот, в чем польза для тебя и твоих сородичей в покупке спецбоеприпаса, мне кристально ясно, а вот в чем мой интерес — совершенно не просматривается.
— Ну как же. Вы получите за плазменные гранаты золото или аструм. Мы заплатим щедро. Далее. Ведь это на ваш химл напали имперцы, вам объявили войну. А мы будем убивать черных. Это прямая ваша выгода.
— Не совсем так и даже совсем не так. Первое. Как я веду свои войны — исключительно мое дело, это понятно? — очень жестко начал рахдонит, — Второе. Гранаты невозможно купить в любых объемах, партии для каждой корпорации ограничены и строго подотчетны. Это очень выгодный товар, Марти. И я намерен получать с него всю возможную прибыль, а не какие-то крохи. Нет смысла обсуждать сделки на суммы в сотни тысяч марок или даже миллион. Мне это не интересно. Это, надеюсь, тоже понятно?
— Да. В таком случае, чего вы хотите, герр Мертон, скажите