Отношение к нам, в смысле Станичам и Американской империи в целом? Сугубо прагматичное. Видел пользу, но и о рисках забывать вовсе не собирался. Самый, пожалуй, трезво и расчётливо мыслящий из собравшихся тут. Это ему как в плюс, так и в небольшой, но минус. Сразу по нескольким причинам, говорить о которых… Не к месту сейчас.
Зато Николай Карлович Краббе, прочно усевшийся в кресле Морского министра и по факту являющийся одним из совершенно неожиданных воспитателей цесаревича Александра… Этот прежде всего интересовался флотом и уровнем его развития, особенно в сравнении с другими основными морскими державами. И если несколько лет тому назад он мог частенько вздыхать, печально так высказывая свои многоэтажные матерные загибы с непременно морским колоритом, то теперь всё кардинально менялось. Именно менялось, а не изменилось, ведь корабли строятся долго, особенно если необходимо коренным образом перестраивать имперские верфи. Не просто замена парусных кораблей на паровые, а и использование полноценных, а не эрзац броненосцев, башенно-казематная система их вооружения, освоение новых классов кораблей… Последнее, то есть крейсера просто и крейсера минные, были и вовсе в самом начале. Не первооткрыватели ведь, а за нашими опытами повторяющие.
Три человека, три ключевых позиции в кабинете министров. Более того, опора не только нынешнего императора, но и его наследника. Осознанно поставившие на тогда ещё просто Великого князя, рискнувшие многим, но зато и получившие достойное воздаяние за правильный расчёт.
Про самого цесаревича Александра, «милого Сашу», как его величала с некоторой иронией Мари, вовсе особо нервничать не следовало. Хватило недолгого наблюдения за ним в первые моменты его встречи с прекрасной, пусть даже и в состоянии беременности, невестой для окончательного понимания ситуации. Пациент капитально втрескался и никакого охлаждения чувств тут не намечается. На пользу, ой как на пользу! Мари сама заинтересована отнюдь не в усиления своего влияния, а исключительно в равноправном партнёрстве и «разграничении политических полномочий». Особенно если вспомнить о том, что цесаревич в делах тайной полиции и просто закулисных интриг не особо… Тянет его туда не особо, характер не того склада.
Наконец, сам император Александр II и его супруга. Последняя, если честно, «растворялась» в тени своего мужа и считать её императрицей не формально, было сложновато. С другой стороны, Мария Александровна была матерью семерых детей, находящихся сейчас в добром здравии, из которых четверо уже успели достигнуть совершеннолетия. С третьей же… Мда. не все детки у императора получились достойными. Один уже успел показать себя не с лучшей стороны, но хоть дураком и выродком не был. А вот двое других — Великие князья Алексей с Сергеем…
Первому уже восемнадцатый годик тикал, да только не в коня корм. Тот самый Алексей Александрович, в известной мне истории прозванный «семью пудами августейшего мяса», уже сейчас успел показать себя как абсолютная никчемность, но при том обладающая немаленькими амбициями и пытающаяся протянуть свои великокняжеские лапки в сторону флота. Протягивание же это следовало всеми силами пресекать, чем Мари непременно займётся. Она ж не «милый Саша», который был слишком, чрезмерно предупредителен к родной крови.
Ну а последний «неудачный ребёнок» императрицы — это, несомненно, Великий князь Сергей, покамест всего-навсего десяти лет от роду. Тот самый представитель Дома Романовых, который одним фактом своих пристрастий поставил несмываемое грязнющее пятно на всю династию. Великоняжеское педрило, чтоб ему пусто было! В будущем, естественно, но задумываться об этом стоило уже сейчас. Каким именно образом? Пресекать и не допускать… включая самые жёсткие меры. Порой даже один гнидой побег на династическом дереве способен настолько изгадить репутацию всего Дома, что аж голова кругом идёт. И тут спасение в жёсткой и незамедлительной реакции. В конкретном же случае, имея возможность использовать знания из отбрасываемой грядущим тени — пресечь проблему при самых начальных её проявлениях. Иначе будет не Великий князь Сергей, а похабень под названием сэр Гей… Тьфу, мерзопакостность то какая!
Все эти мысли пронеслись в голове быстро, и пары секунд не прошло с того мгновения, как Александр II попросил меня ещё раз, кратко и чётко, повторить относительно планов по Османской империи и не только по ней. Что ж, я был готов. Даже начал было подниматься из уютных объятий кресла, однако вновь прозвучал императорский голос:
— Не утруждайтесь Можно проще, по-семейному.
Ну да, а чего, собственно, удивляться. Двойной союз между Романовыми и моей небольшой семейкой уже де-факто сложился, осталось лишь де-юре оформить. Все тут присутствующие это понимают и не собираются придираться к формальностям. Мне оно и лучше, а к тому же легче.
— Хорошо, Александр Николаевич. Итак, Османская империя. Турки попробовали напасть на Черногорское княжество, но получили серьёзный и болезненный отпор. На море вдребезги разбит их флот, а эскадра адмирала Сэммса, пополнив запасы и исправив незначительные повреждения, сейчас устраивает настоящий погром как в Адриатике, так и в части османского Средиземноморья. На раздавшийся из Стамбула крик уже начинают активно реагировать в Лондоне и Париже, но пока и если они соберут корабли для перевода их под османские флаги… Мы уже нарушили доминирование османских судов в очень неприятных для Порты местах. В частности, близ Крита. Теперь греки могут почти беспрепятственно снабжать повстанцев оружием, амуницией, да и эвакуировать с острова раненых и просто гражданских.
— А в портах нашей империи готовы к выходу на коммуникации близ США, Канады и на Карибах не самые может новые, но ещё очень грозные броненосцы. Страховка на случай, если французы с британцами попробуют шалить уже под собственными флагами, — дополнила мило улыбающаяся Мари, параллельно поглаживая руку жениха, тем самым приводя того в расслабленно-благожелательное состояние. — На морях у Османской империи серьёзных шансов нет. Они будут стараться показать свои силы на суще. Даже после первой неудачи.
Неудачи… Тут сестрёнка ещё сильно преуменьшила. Наткнувшиеся на бригады Экспедиционного корпуса османские войска под знаменем Омера Люфти-паши полной ложкой хлебнули помоев. Сомневаюсь, что им сие «кушанье» понравилось, но они явно напрашивались на добавку. Примерно это, пусть и несколько более пристойными словами, я и обсказал присутствующим, добавив:
— Потери на дороге от Подгорицы