— Сдохни… — выдохнул я, не узнавая собственного голоса.
В тот миг я вцепился обеими руками в его раненое плечо. Не думая, не рассчитывая — просто дал выход всему, что осталось.
Мир вспыхнул белым. Энергия рванула из меня, ударила прямо в трещины на теле демона.
Он завизжал — не рёв, а визг расплавленного металла.
Камни под ногами пошли трещинами. Воздух загудел, как перед бурей.
Демон вновь закружил вокруг меня, как раненый зверь — быстрый, злой и упрямый. Каждый его рывок оставлял в воздухе трещины, будто сама реальность не выдерживала. Я чувствовал, что долго так не продержусь: силы уходили, каждая защита отзывалась болью под рёбрами.
И тогда я решил сыграть ва-банк.
Когда он рванулся вперёд, я будто сам шагнул ему навстречу, подставляя себя под удар. Это сработало — демон не ожидал. В тот миг, когда его когти уже почти достали до меня, я сорвал вязь воздуха за спиной, создавая короткий вихрь, почти карман ветра. Пространство сомкнулось и потянуло.
Демона подхватило, закрутило, и вихрь втянул его прямо в портал. Раздался глухой треск, будто ломались старые кости, и всё стихло.
Даже ветер замер.
Я выпрямился, тяжело дыша. Левая рука дрожала, в боку тянуло болью, а воздух вокруг был густ, как перед грозой. На мгновение мне показалось, что всё это наконец закончилось.
— Никогда не думал, что буду скучать по простым боям, — пробормотал я, глядя на пустоту, где ещё секунду назад ревел демон.
Арка портала трещала и дышала, будто пыталась удержать внутри расплавленный мир. По камням шли трещины, мерцали изнутри красноватым светом, а от земли поднималась вибрация — тихая, почти сердечная. Я коснулся ладонью края — под пальцами отозвалось дрожью. Переход ещё жил. Нестабилен, но жив.
Я стоял, слушая, как мир вокруг будто затаил дыхание. Где-то внутри вибрации чувствовался зов, глухой и настойчивый, как пульс, и с ним пришло странное ощущение — будто кто-то ждёт.
Пауза. Вдох.
— Ладно, посмотрим, чем всё кончится.
Я шагнул вперёд. Воздух передо мной стал вязким, словно холодное стекло, а реальность сжалась, как ткань, которую тянут изнутри. Мир дрогнул, и звук ушёл, оставив только гул в голове.
Не было ни света, ни тьмы. Только чувство, будто за мной кто-то наблюдает.
Я шагнул глубже — и мир сомкнулся за спиной, будто вдохнул.
Портал выплюнул меня прямо в гущу леса — не привычного, живого, а какого-то глухого, будто вымершего. Стволы деревьев чёрные, влажные, на коре блестят потёки, похожие на кровь. Небо сквозь ветви видно мутным, серо-зелёным, словно и само стало частью этой чащи. Воздух тягуч, пахнет смолой и ржавчиной. Каждый вдох — как глоток из старого колодца. Земля мягкая, дышит под ногами, и с каждым шагом в неё будто проваливаешься. Я стоял среди корней, не сразу понимая, где верх, где низ. Мир дрожал, будто только что проглотил меня и теперь переваривал.
Из глубины, где деревья сходились в чёрный купол, доносился гул. Не гром, не крик — ритм. Я двинулся туда. Через десяток шагов стало видно: посреди леса — просека, выжженная до пепла, и в её центре — бой. Демон, всё тот же, крылья порваны, кожа пульсирует от избытка силы. Напротив него — человек. Огромный, в лохмотьях, с гривой седых волос, голыми ступнями вросший в землю. Удары их резали воздух — без вспышек, без грома, просто ломали саму ткань мира. При каждом столкновении ветви вокруг трещали и гнулись, будто кланялись.
Я видел, как оба черпают энергию — прямо из окружающего пространства. Они пьют силу, будто воду: демон — рвёт и глотает, бог — втягивает медленно, размеренно, сдерживая ярость.
Я стоял между ними и порталом и чувствовал, как метка на шее снова зазудела, будто вспоминая хозяина.
«Прекрасно, — подумал я. — Сначала он чуть не убил меня, теперь устраивает фестиваль по соседству».
Я не стал сразу вмешиваться. Сначала просто наблюдал. Иногда полезно дать силам, считающим себя вечными, немного покувыркаться между собой.
Демон бил яростно, слепо, с тем отчаянием, что бывает у зверя, загнанного в угол. От его ударов по земле расходились волны, корни вспухали и лопались, из них текла густая чёрная жидкость. Божок — или кто он там — стоял шире, спокойнее. Его движения не были красивыми, но каждое — точным. Он словно не дрался, а просто напоминал миру, где у него центр тяжести.
Я видел, как оба тянут энергию, как пространство вокруг дёргается и трещит, будто не выдерживает такой жадности. Воздух дрожал, листья горели от соприкосновения с волнами силы. И тут я понял — если они продолжат, весь этот лес просто сгорит, а за ним и мир умрёт окончательно.
— Отлично, — пробормотал я. — Двое идиотов и один лес в заложниках.
Я поднял руку, и воздух под ней дрогнул. Энергия мира отзывалась неохотно, будто не хотела снова служить насилию. Пришлось заставить. Воздушный вихрь сорвался с ладони, ударил в сторону демона, сбивая направление потока. Тот рыкнул, обернулся, и на миг его тень зашевелилась, как отдельное существо.
Божок, не теряя времени, ударил. Просто шагнул — и земля пошла волной. Камни под ногами демона взорвались вверх, сбивая его с равновесия. Но тот не упал. Он ухватился за воздух когтями, вонзился в невидимые жилы силы и рванул. Мир взвыл.
Глава 25
Я успел поставить щит. В тот миг, когда их потоки столкнулись, всё ослепло. Свет не от света, звук не от звука — просто вибрация, что отдавала в костях. Мой щит вывернуло, грудь прожгло, будто я поймал молнию руками. Я откатился, с трудом встал, кашляя дымом.
Демон шагал на божка, как гора на бурю. Каждое движение ломало воздух, каждая тень за ним плавилась. Божок отвечал силой земли — плотной, вязкой. Я видел, как его ладони темнеют, как трещины по коже засвечиваются внутренним светом. Он не вызывал магию — он брал из мира. Просто сдирал слои, как кору с дерева.
И мир плакал.
Я это чувствовал — буквально. Трава чернела, воздух становился густым и горьким. Энергия, которую они тянули, не возвращалась обратно, она выгорала насухо.
«Если они продолжат, этот лес станет пустошью», — мелькнула мысль.
Я пошёл вперёд.
— В сторону! — крикнул я, и сам не понял кому.
Щит — шаг — рывок.
Всплеск воздуха ударил в спину божку, отбрасывая его в сторону. В ту