— Тынис, привет!
— Привет! Женя, это Володя. Володя, а это…
— Я понял: Женя! — Парень улыбнулся и протянул руку. — Очень приятно! Залезай.
Откровенно говоря, девушка опешила.
— Лезь, лезь, — ободряюще улыбнулся Тынис. — Понимаешь, тут такие вахтеры, что ого-го!
Поднявшись по черной лестнице на четвертый этаж, хозяин и гости прошли по длинному коридору и остановились напротив последней комнаты. Вытащив ключ, Володя распахнул дверь:
— Ну вот… Здесь и переночуете. Петровы, хозяева, все равно в Ленинград на три дня уехали. Белье чистое, удобства, извините, в конце коридора… Слева «Мэ», справа — «Жэ». Да увидите… Располагайтесь! — Парень посмотрел на часы. — И попрошу к нам на чай!
Кроме собственно чая Володя и его подружка Эльза потчевали гостей жареной картошкой с солеными огурцами, докторской колбасой, сыром и шоколадным маслом. Для аппетита была предложена водочка и все тот же «Вана Таллин»…
— Ух… — Вернувшись в комнату, Женька плюхнулась на койку и похлопала себя по животу. — Объелась вообще! Славные ребята.
— Да, славные.
— Тынис… А мы с тобой тут вдвоем ночевать будем?
— Тебя что-то смущает?
— Да нет… Ну, давай ложиться тогда.
Сбросив с себя юбку и блузку, Женечка потянулась к застежке бюстгалтера… Но тут уже и Тынис помог… Погладил девушку по спине, поцеловал меж лопатками, в шею…
— Ну-у… что ты делаешь? Щекотно же… ах…
Ну почему бы и нет? Люди-то взрослые…
Скрипнула койка…
* * *
В управлении порта гостью уже ждали и даже был готов пропуск.
— Колесникова Евгения Александровна?
— Да, да, я это! Вот паспорт…
— Отдел снабжения на втором этаже. Прямо по коридору, где фикус.
Замначальника (сам начальник был в отпуске) принял Женечку как родную:
— Из Тянска? Как же, как же! Марта Яновна мне звонила уже. Вот, мы все подготовили. Вот документы, в папке, все, что просили. Что-что? Хотите с людьми поговорить? Конечно, конечно, сейчас я все устрою.
Чудесный какой дядечка! Широкое добродушное лицо, кустистые брови, синий габардиновый костюм. Звали дядечку Вадим Андреевич Кулешов, инженер по сбыту.
Покивав, он снял трубку модного красного телефона:
— Леночка, не в службу, а в дружбу… Лебедева ко мне… Еще Валушко, Эйнарта… Кто-кто рвется? Васюков? Да ничего я ему не обещал! Нет, этого не надо…
Лебедев оказался шофером, Эйнарт — крановщиком, Валушко — бригадиром грузчиков. Колесникова поговорила с каждым.
— Да, да, с Тянском работаем. С Металлическим заводом. Да, детали поставляют… Обратно в Ленинград? А, были какие-то там… Но мы все уладили… Почему накладные на немецком?
Эйнарт… или Лебедев… как-то испуганно оглянулся.
— Да, да, Евгения Александровна, бывает и на немецком, и на английском даже, — пришел на выручку Кулешов. — Просто делопроизводство такое. Мы же — международный порт!
Странное какое-то делопроизводство.
— А вы обратно когда?
— Послезавтра. Хочу еще к сестре съездить, в Ригу…
— Евгения, вы знаете что? Вы, как приедете из Риги, сразу позвоните мне. Телефон на папке написан. А то, знаете, в Ленинград просто так можно билет и не взять. А у нас связи!
— Спасибо большое! — искренне поблагодарила Женя. — Пожалуй, я тогда и пойду. Где у вас можно командировку отметить?
— Давайте, я подпишу… А печать — в канцелярии, по пути. Там всегда дверь нараспашку…
Едва Женька ушла, как снабженец снова поднял трубку:
— Розонтова ко мне, живо!
Розонтов явился сразу — как и было указано, ждал. Патлатый, с узким неприметным лицом. Большие солнечные очки, синяя вельветовая кепка. Светлые летние брюки, сандалии, розовая рубашка с закатанными рукавами. Парень как парень.
— Николай, девчонку видел?
— Темненькая такая? Ничего…
— Посмотри за ней. Мало ли… Потом все обскажешь!
— Да понял я, шеф.
В канцелярии кто-то скандалил. Грузный мужчина в рабочей робе кричал и размахивал руками:
— Да я… Я на вас управу найду! Я… я в горком партии! В газету… И что мне Кулешов?
Женечка сунулась в паузе:
— Извините, мне бы командировку…
На крыльце она вновь столкнулась со скандалистом. Тот нервно курил, окликнул:
— Извините, это вы из Тянска?
— Я, — быстро обернулась девушка.
— Это к вам народ сегодня тягали? — Мужчина неожиданно улыбнулся. — Правда, все не тех.
— Как это — не тех?
— Те, с кем вы говорили, — прикормленные, — спокойно пояснил собеседник. — У начальства с руки едят. Вам бы с Пятаковым поговорить, с Гришиным, Леннардом… Они много чего могут знать. Тем более уволены ни за что!
— А где же мне их найти? — Женечка вытащила из сумки карандаш и записную книжку.
— Гришина — в Ленинграде, Пятакова — в Костроме… правда, адресов я не знаю… А вот Леннард где-то в Пелгуранне живет… На пляже Штрооми его можно обычно найти, у киоска. Усатенький такой, с удочкой и в красной плащевке — не перепутаете.
Простившись с Тынисом в старом городе — тот уезжал к себе в Тарту, — Женя подошла к автобусной остановке на улице Виру. Спросила, как проехать до пляжа Штрооми.
— Сороковой автобус? Остановка «Рандла»… Спасибо!
Синий-синий залив… Сверкающий белый песок. Ветер. Загорелые парни и девушки играют в волейбол. Почти никто не купается: хоть и тепло, но, верно, водичка прохладная.
Рыбаки… А вот и этот, в красной куртке.
Женя надела очки, разулась. Так с туфлями в руках и подошла.
— Товарищ Леннард?
— Я. — Рыбак раздраженно оглянулся и тут же растянул губы в улыбке. — Ого! Мы знакомы? Меня Иво зовут.
— Женя. Я из Тянска. Металлический завод… Слыхали?
— Тянск? Металлический завод? — Леннард хмыкнул. — Не только слыхал… А вы зачем спрашиваете?
— Да проблемы у нас со сбытом, — поправив очки, пожала плечами девушка. — Никак не разберемся с ассортиментом.
— Вас кто-то ко мне направил? — перебил рыбак.
— Такой… скандальный… грузный…
— А! Васюков. Хороший человек. Хотя и да, скандалист. Но за дело же… — Леннард чуть помолчал, оглянулся по сторонам и продолжил, понизив голос: — Я уж кому только не говорил — не верят! Да и не интересно никому… Подумаешь, аферисты! Все, все повязаны: и Кулешов, и бригада… Я, правда, человек маленький, всей конкретики не знаю… А вот Пятаков да Гришин… У меня их адреса есть — записывай. А лучше запомни…
Патлатый парень в розовой рубахе с закатанными рукавами зашел в телефонную будку:
— Вадим Андреевич? Это Розонтов. Она говорила с Васюковым. Потом поехала на пляж Штрооми, отыскала Леннарда… Откуда я знаю, о чем они там говорили? Далеко было, не слышал.
Поговорив с Леннардом, девушка пошла на автобус. Било в глаза солнце. На темно-синих волнах сверкали белоснежные барашки пены. Мимо пробежали подростки в купальниках и шортах. Вышел из телефонной будки патлатый парень в розовой рубашке, с озабоченно-неприятным лицом. Глянув на