Мы пишем плохо
Каждый писатель сомневается в написанном. В это действительно веришь, когда судишь не только по себе, а слышишь об этом от успешных известных писателей.
Особенно меня мучают сомнения сейчас, хорошими ли получатся «12 лет самиздата», ведь я писала их урывками и дописываю впопыхах, без утопической возможности, условно говоря, снять номер в гостинице на неделю, чтобы дописать спокойно. И так каждый раз. Я почти смирилась с этим. Вот когда организую себе работу в полном уединении, тогда мы с вами сравним результаты.
Но даже тех, кого устраивают условия работы, не всегда устраивает получившийся текст. Он надоедает, бесит, смущает, вызывает те же эмоции, что и любое порядком поднадоевшее занятие. Подумайте о том, что не существует ничего абсолютного и идеального, а если что-то такое и встречается, оно вызывает скорее отторжение и неприязнь – слишком оно приторно, слишком безупречно. Без изъянов, но скучно и монотонно. Ритмичное однообразие можно простить только стуку колес поезда, но и самая прекрасная мелодия становится пыткой при постоянном ее повторении. Возьмите внешность человека, возьмите саму жизнь. Неидеальности и шероховатости придают обыденным вещам индивидуальность и заставляют присматриваться, а потом и увлеченно разглядывать. Поэтому, если какой-то кусок текста кажется вам совсем слабым, незрелым или несуразным, либо перепишите его сразу, либо оставьте и перечитайте завтра. С вероятностью 90 % вы не захотите расстаться с ним.
В большом тексте (в романе) провисания зачастую неизбежны. Их прощают или правят редакторы, а потом принимают и читатели. Что-то прекрасное, ради чего вы проделали большую работу, обязательно выйдет в тексте на первый план. Немного сложнее обстоят дела с малой прозой, тут бессонница внутреннего перфекциониста видится более обоснованной. Рассказ или эссе – это одиночка, выловленный лучами софитов на пустой сцене. Все его изъяны – на виду. У крупной прозы, как правило, занята вся сцена, зрителю некогда заострять внимание на одном персонаже, который дернул ногой не в такт. Я не призываю вас работать над романами спустя рукава, просто допустите мысль, что не каждая строчка обязана быть идеально выверенной.
Однажды Елену Шубину на встрече с редакцией попросили дать совет начинающим авторам. Она предложила оттачивать мастерство на рассказах, потому что мало у кого крупное произведение сразу получается хорошо. Тут я с ней не согласилась, припомнив множество примеров обратной ситуации. Да, я не знаю, как и на чем практиковались известные и успешные романисты, но у меня есть собственный пример, причем не самый плохой, что лишний раз подтвердилось в последующие месяцы после той встречи с «Редакцией Елены Шубиной». Если бы вдруг кто-нибудь стал требовать, чтобы я написала десять или пусть даже пять рассказов, прежде чем браться за крупную прозу, я бы, скорее всего, отказалась писать вообще, и не появилось бы за моим авторством ни одного романа.
Просто почувствуйте свободу сейчас. Вас никто ни к чему не принуждает, потому что принуждения в творчестве просто не может быть. И одно это позволяет, расправив плечи, двигаться дальше. Я люблю то, что я написал, потому что я написал то, что захотел. Остальное – дело вкуса, времени и везения.
Как один роман становится трилогией?
В моем случае трилогия получилась примерно так же, как получаются незапланированные дети. Вроде бы я поставила жирную точку в истории, но неожиданно где-то в глубине сознания зародилось ее продолжение. Это был всего лишь сгусток клеток (в смысле несколько строчек), но процесс оказался запущен, и остановить его было практически невозможно. Подобно эмбриону, новый сюжет оброс жизнеспособными органами и принял узнаваемые очертания.
Честно говоря, не знаю, в чем секрет создания героев и сюжетов, навевающих мысль о продолжении. Тут даже не обязательна нотка недосказанности. Мое «Затмение» имеет ярко выраженный финал, но вторую часть нельзя назвать необоснованным вариантом развития истории. Да, именно с таким посылом я обращалась к читателям: я благодарна вам за любовь к «Затмению», вы можете ознакомиться с вариантом дальнейшего развития событий или предпочесть оставить историю такой, какой она представлена в первой книге. Если вторая часть появилась практически следом за первой (герои просто продолжили существовать в моей голове), то идея третьей части зиждилась очень долго на задворках сознания. Она была настолько зыбкой и не оформившейся, даже пугающей сложностью задумки, что сначала я написала две другие книги, не связанные ни между собой, ни с трилогией. И только спустя почти восемь лет взялась за продолжение, за третью часть после «Затмения» и «Расплаты» – «Сливки». Теперь точно продолжения не последует, голоса героев замолкли, но не исключено, что в будущем в других романах появятся мимолетные отсылки к героям или событиям трилогии – так называемые «пасхалки».
Кстати, обожаю этот прием – закольцевать абсолютно разные истории между собой едва уловимым образом. Мне это видится бонусом для постоянных читателей, сама очень радуюсь, встречая такое, например, в романах Стивена Кинга. Читатель чувствует сопричастность, повышается его значимость – он все и всех знает, он стоит над миром, созданным автором.
И все-таки в первую очередь задайте себе вопрос: нужна ли трилогия? Это у меня все сложилось естественным незапланированным образом, я даже допускаю, что продолжение было нужно больше мне, чем читателям. Но все равно теперь, когда три книги написаны, изданы и переизданы в издательстве, я вынуждена настаивать: вам необходимо узнать, что будет дальше. Специально не говорю «чем все закончится», потому что если история не заканчивается концом света и смертью всех героев, то фактически она не заканчивается. Мы просто узнаем из нее, как жили и живут герои до определенного момента. Если вы склонны к планированию, оцените коммерческую сторону затеи. Задайтесь вопросом, насколько сильна концепция каждой части, не будет ли продолжение выглядеть притянутым за уши. Стоит ли оно того, или лучше перевернуть страницу и приступить к новой истории?
Я понимала, что рискую, что трачу время, но если идея горит во мне, то она всегда важнее потенциальной выгоды. Как я уже писала, трилогия была проектом на перспективу, когда «Затмение» должно было по-настоящему выстрелить. Будучи малоизвестным самиздатным автором, сложно двигать