Он выстрелил. Три раза, быстро, кучно. Профессионал. Все три пули попали в грудь. Покров принял, распределил энергию по телу. Толчки, один за другим, как удары кулаком. Пиджак дёрнулся, ткань промялась в местах попаданий, но не порвалась.
Восемь метров. Пять. Он выстрелил ещё дважды, в голову. Покров принял и это. Пули скользнули по барьеру, одна ушла в потолок, вторая — в стену.
Три метра. Пистолет щёлкнул на пустом магазине. Охранник отбросил оружие, ядро вспыхнуло, из обеих рук ударили ледяные иглы, десятки, россыпью, как дробь из двустволки.
Иглы разбились о Покров стеклянным звоном. Осколки льда разлетелись по коридору, захрустели под ногами. Я схватил его за горло. Одной рукой, правой, поднял на полметра от пола. Он хватался за мою руку обеими ладонями, ногти скребли по коже, ноги дёргались в воздухе. Лицо наливалось кровью, рот хватал воздух.
Сжал. Хрящ хрустнул, глухо, мягко. Тело обмякло. Опустил на пол, положил у стены аккуратно.
Повернулся к двери. Массивная, деревянная, с латунной ручкой и номером на табличке. Я чувствовал через магию Земли: один человек внутри. Сидит за столом, неподвижен. Не паникует. Либо не слышал, либо ждёт.
Ударил ногой. Сила Титана вложена в удар, дерево разлетелось щепками, замок вылетел из косяка, дверь грохнулась о стену внутри номера, отскочила и повисла на одной петле.
Номер люкс. Просторный, с высокими потолками, хрустальной люстрой, тяжёлой мебелью из тёмного дерева. Окна с бархатными шторами, камин у дальней стены. Стол посередине, накрытый белой скатертью.
Илья Семёнович Воронов сидел за столом и ел. Перед ним тарелка с мясом, бокал вина, столовые приборы серебряные, с гербом гостиницы. Вилка в правой руке, нож в левой. Он замер с куском мяса на вилке, на полпути ко рту.
Наши глаза встретились.
Он положил вилку на тарелку. Медленно, аккуратно, с достоинством. Нож тоже. Промокнул губы салфеткой. Посмотрел на выбитую дверь, потом на меня.
— Ты?.. — выдохнул он.
Потрясение, неверие, несовпадение реальности с ожиданиями. Глава рода Вороновых прятался на седьмом этаже дорогой гостиницы, за тремя магами охраны, и был уверен, что этого достаточно. Что война на улицах. Это где-то там, далеко, а здесь безопасно, здесь мрамор, белые скатерти и серебряные вилки.
Я шагнул через порог. Осколки двери хрустнули под ногами.
— Я же говорил, — сказал спокойно. — Никто не уйдёт.
Воронов вскочил. Стул опрокинулся с грохотом, тарелка поехала по скатерти, бокал с вином покачнулся и упал, красное расплылось по белому.
Его ядро вспыхнуло. Я почувствовал выброс энергии, резкий, мощный, шестой ранг. Стихия Льда, как и у его охранника, но сильнее, концентрированнее. Руки Воронова вскинулись, ладони раскрылись, между пальцами заискрился белый свет.
Вспышка. Сгусток ледяной энергии сорвался с обеих ладоней, белый, ослепительный, холод хлестнул по лицу ещё до того, как атака достигла цели. Техника родовая, мощная, способная заморозить человека насквозь за секунду, превратить кровь в лёд, а плоть — в хрупкий стеклянный муляж.
Материализация. Нога вдавилась в пол, магия Земли рванулась вниз, в деревянный настил, сквозь него в бетонное перекрытие. Представил: стена. Широкая, толстая, прямо между мной и Вороновым.
Пол вспучился и взорвался вверх с треском ломающегося дерева и бетона. Стена выросла за полторы секунды, неровная, грубая, но плотная. Вспышка ударила в неё, лёд растёкся по поверхности, покрыл бетон белой коркой. Холод прошёл насквозь, я почувствовал, как температура стены упала, но она выдержала.
Воронов увидел стену и попятился. Глаза расширились, рот приоткрылся. Теперь страх. Настоящий, животный, потому что маг Земли, способный поднимать стены из пола, это не уличный головорез и не наёмник. Это сила уровня, с которым Воронов не привык сталкиваться.
Я обошёл стену слева. Три быстрых шага, сила Титана в каждом. Воронов развернулся ко мне, ядро полыхнуло снова, руки вскинулись для второго удара.
Не успел.
Материализация. Магия Земли ушла в пол под его ногами. Бетон вспучился вокруг ступней, сомкнулся кольцами на щиколотках. Грубо, неровно, с торчащими краями арматуры, но намертво. Ноги Воронова оказались скованы каменными оковами, впаяны в пол. Он дёрнулся, попытался вырваться. Тщетно. Бетон держал мёртвой хваткой, края впились в кожу, он зашипел от боли.
— Отпусти! — прорычал он, и в голосе смешались ярость и паника. — Ты не представляешь, с кем связался! Медведевы раздавят тебя!
Медведевы. Конечно. Даже сейчас, с бетоном на ногах и смертью в трёх шагах, он цеплялся за имя покровителей. Побочная ветвь, верные псы рода, привыкшие, что одно упоминание хозяев заставляет врагов отступать.
Не в этот раз.
Я подошёл вплотную. Воронов вскинул руки для удара, ладони засветились белым, ледяная энергия концентрировалась между пальцев. Близко, в упор, на таком расстоянии Вспышка разнесёт мне половину тела.
Рука метнулась вперёд. Ладонь накрыла его лицо полностью, пальцы сомкнулись на висках. Покров горел на руке ярким барьером. Ледяная энергия Воронова ударила мне в предплечье, холод обжёг кожу, рукав пиджака покрылся инеем, но Покров держал, не пропускал дальше.
Воронов хрипел под моей ладонью, руки вцепились в моё запястье, ледяная магия била в Покров волна за волной. Я чувствовал холод, чувствовал, как энергия расходуется на защиту. Но шестой ранг против седьмого — арифметика простая.
Импульс.
Чистая Сила рванулась из ядра, прошла по руке, через ладонь, через пальцы, и ударила в голову Воронова. Концентрированный выброс энергии седьмого ранга, направленный в черепную коробку с расстояния ноль.
Голова лопнула.
Кость треснула в десятке мест одновременно, содержимое выплеснулось между моих пальцев. Тело обмякло мгновенно, повисло на бетонных оковах, руки упали безвольно, ледяная энергия погасла.
Я убрал ладонь. Вытер о скатерть — белая ткань окрасилась бурым. Посмотрел на то, что осталось от Ильи Семёновича Воронова. Тело стояло в бетонных оковах, безголовое, из шеи текло вниз, заливая костюм и пол вокруг тёмным.
Готово.
Начал обыск. Пиджак Воронова на спинке дивана. Внутренний карман: пачка денег, толстая, перетянутая резинкой. Не считал, убрал к себе. Второй карман: три кольца-накопителя, все золотые, с крупными камнями. Один фонил мощно, четвёртый или пятый ранг зарядки. Забрал.
Тумбочка у кровати. Ящик заперт, я дёрнул ручку, замок хрустнул. Внутри: два пузырька с зельями — жидкость голубая, прозрачная, на вид целительные. Рядом кожаный мешочек, развязал, высыпал на ладонь. Три ядра. Маленькие, размером с ноготь, но энергия внутри плотная, концентрированная. Ядра гигантов, скорее всего из личного запаса. Радость тёплой волной прокатилась по груди.
Документы в портфеле у стены: бумаги с печатями рода, контракты, списки имён. Забрал всё, разберусь