— Ну и как мы будем её здесь искать? — спросила я, оглядываясь по сторонам. Библиотека была огромной. Книги занимали все пространство от пола до потолка.
Сам масштаб помещения казался пугающим, но наши поиски оказались неожиданно недолгими. Не успели мы зайти, как Влас громко сказал, указывая куда-то влево:
— Вот же она!
Из-за стеллажа застенчиво выглядывала большая старая книга в чёрном переплёте, с железными уголками, украшенными камнями, на тоненьких, изящных ножках. Если не обращать внимания на то, что она книга, то вела себя эта особа в точности, как застенчивая девица. Это было даже несколько гипертрофированно.
Я с улыбкой смотрела за её движениями, а Александр присел на корточки и стал подзывать к себе. Прошло немного времени, и книга, немного посомневавшись, начала медленно двигаться в его сторону. Когда она оказалась в руках принца, он её аккуратно поднял и погладил по корешку, и она довольно замурчала. После того её положили на специальную деревянную резную подставку, она сама перелистнула веером страницы и открылась на, видимо, нужной нам. Это был стих, который Александр с выражением прочитал:
В свете звёзд, что в небе горят,
Парады планет сегодня звучат.
Семьсот лет ждали, искали путь,
Чтобы спасти мир, что в муках суть.
Миран на краю, в бездне страданий,
Силы природы в смятении, в ранениях.
Но призванная девушка, светлая, смела,
С магией мощной, как буря, пришла.
Горы обрушились, пустыня встала,
Следы катастрофы — печать на усталой земле.
Но только она, в этот день уникальный,
Сможет вернуть миру его свет и покой.
Вливая силы, как река в океан,
Она укрепит магию, словно крепкий храм.
Словно звезда, что в ночи зажигает,
В сердце народа надежду она пробуждает.
Так, пусть же вселенная в этот час замрёт,
Когда призванная девушка чудо сотворит.
Мир на грани, но с ней он воскреснет,
И в её руках — будущее чудесное.
— Я ничего не поняла, а ты? — растерянно глядя на принца спросила я, когда он закончил читать.
— А что тут непонятного? — задал вопрос Эрик, заходя в библиотеку — Рад видеть тебя, — нежно проговорил он и погладил книгу. Она в ответ подставила бок. Он хмыкнул и прошёлся рукой и побоку — Раз в семьсот лет мир Миран стоит на грани всемирной катастрофы. Магические потоки, питающие этот мир, выходят из равновесия, грозя разрушить его изнутри. И только девушка, с особой магией и силой, которую Миран ищет во всей бесконечной вселенной, а найдя, переносит к себе, может предотвратить катастрофу. Она должна объединить разрушающие магические потоки с собственной магией, восстановив баланс мира. Если девушка не найдётся, или она не согласится пройти ритуал «объединения магических потоков», то мир погибнет. Провести этот ритуал можно только в день парада планет, когда планеты выстраиваются в одну линию, создавая мощный энергетический поток. Но всё не так просто — девушка должна искренне хотеть помочь Мирану, иначе ритуал не сработает, и мир будет обречён. В этот раз эта девушка — вы, леди Лика, — пояснил скелет, подходя поближе.
Я ошеломлённо уставилась на Эрика. После минутного молчания мне удалось заговорить.
— Если это так важно, то почему всё открывается только сейчас? Почему об этом никто не знает? — задала вопрос, не скрывая своего недоумения. — Неужели никто раньше не знал об этом?
Эрик, поклонился и ответил:
— Госпожа, магия Охтарона очень древняя и хитрая. Она скрыта от глаз обычных людей. Только тот, кто связан с артефактом, может видеть и чувствовать её проявления. И только тогда, когда замок сам решит себя проявить. Но, судя по всему, информация просочилась за стены замка. — он пристально посмотрел на хмурого Александра.
Прежде чем я смогла полностью осмыслить слова Эрика, он добавил:
— Леди Ирэн очнулась и попросила срочно вас позвать.
— Что ж ты молчал-то?! — воскликнула и, обогнув скелета побежала в покои Ирэн.
Я, не останавливаясь, забежала в спальню и увидела, как тётя, поддерживаемая своей служанкой, сидела на кровати и поправляла свои серебристые волосы. Она, несмотря на произошедшее, держалась с достоинством.
— Зеркало, — потребовала она у служанки, а получив желаемое, внимательно изучила своё отражение и поправила несколько прядей.
Только убедившись, что выглядит безупречно, она кивнула служанке, и та, осторожно положив свою госпожу обратно на подушки, впустила в комнату Александра. Всё это время он терпеливо дожидался разрешения войти за дверями. Ирэн была чрезвычайно бледна и тяжело дышала, но всё равно не позволила мужчине, даже своему племяннику, увидеть её растрёпанной. Всегда восхищалась такими дамами.
Эти, казалось бы, простые действия забрали последние силы у герцогини. В изнеможении она лежала на кровати, прикрыв глаза. Белый цвет наволочек только подчёркивал неестественную бледность её лица. Она лежала неподвижно, словно фарфоровая кукла, и только рваное и поверхностное дыхание было единственным признаком жизни.
— Рассказывайте. Я так понимаю, что случилось что-то ещё. — распорядилась она передохну́в. Её голос звучал очень тихо, но решительно.
Я смотрела на эту сильную женщину, и в моих глазах стояли слёзы. Не хотелось сейчас разговаривать про нашу находку и про новую информацию — ещё есть время до завтра, чтобы с этим разобраться, но Ирэн решила по-другому. И я её понимала, но не принимала. Ну должен же быть способ как-то её спасти! В моей голове шла настоящая борьба надежды и отчаяния. Ну не могла я смириться с тем, что мы можем потерять её и всё тут!
Я подняла на Александра глаза, предлагая именно ему выполнить просьбу тёти.
— Всё порядку и с подробностями — попросила Ирэн.
Принц, поймав мой взгляд, легко кивнул и начал рассказывать всё — от начала и до конца. И про Марка, и про покушение, и про таинственную книгу, найденную в библиотеке, и про завтрашний ритуал в день парада планет. Он подробно описал каждое событие, не упуская ни одной детали.
Пока длился его рассказ, я задумалась. С этим ритуалом ещё не всё понятно. Я, конечно, согласна его пройти, если очень надо, но хотелось бы вначале этот момент с кем-то обсудить, взвесить все за и против, прежде чем принимать окончательное решение. А Ирэн, с её мудростью, знаниями и опытом, как раз очень подходила на роль советчика.
Когда Александр закончил, тётя обдумала всё, начала говорить:
— Ну вот, что, мои дорогие, меня уже не спасти, а вот Лику можно попытаться, — начала она, но голос её звучал