Но пистолетик был всего лишь игрушкой, а на что-то более серьезное у Саши просто средств не было. Точнее, пока он смог изготовить лишь некоторые нужные ему части, используя срубленные в бывшем Розановском саду стволы вишен и относительно приличные стволы от берданок. А на все остальное… правда, кузнецы на коном заводике уже отковали ему несколько массивных заготовок из тех же бракованных стволов, но чтобы заготовки превратились в необходимые детали, требовались довольно непростые станки. И самое обидное заключалось в том, что «оружейники» были готовы для него эти два станочка изготовить (и даже деньги на оплату такого заказа имелись) — вот только ставить их было просто негде.
И Валерий Кимович по этому поводу испытывал сильную грусть. И долго бы еще испытывал, но на Пасхальные каникулы к нему без приглашения внезапно нагрянул господин Горохов. Который, не застав Андрея дома (тот к родителям Пасху отмечать уехал), начал излагать «свое дело» Александру, причем, похоже, искренне считая, что оно и какую-то дружбу поможет наладить:
— Александр Алексеевич… а можно просто по имени? Вы уж извините, но я как-то привык, что в клубе единомышленники друг к другу по именам…
— Можно, зовите меня просто Сашей.
— Даже так⁈ Тогда и вы меня по имени…
— Договорились, так что, Персиваль…
— Вы меня отныне зовите Мишей.
— А… почему?
— Я сразу после Пасхи уже и перекрещусь, а Мишей меня все давно уже называют. Я же Потапыч, вот меня сперва вроде как в шутку так называли, а теперь… Батюшка не возражает, хотя и смеялся долго, но согласился, что он просто моде дурацкой давеча поддался, да и духовник наш того же мнения. А пришел я к вам с просьбой помочь мне все же котел ваш выделать: я дипломной работой взял изготовление малой паровой машины, посредством которой повозки двигать можно. И машину мне уже сделали, тройного расширения, а вот с котлом… я же даже не знаю, как вы его сделать-то смогли!
— Да уж… рад бы помочь, но честно скажу: нет у нас возможности такой еще раз сделать. Раньше были средства…
— Денег я дам, конечно, сколько потребно будет, столько и дам!
— Но речь не о деньгах: у нас ранее и рабочие свободные были, и станки незагруженные полностью, а теперь… даже новые станки ставить негде, хотя я знаю, какие потребны и даже знаю, кто мне их довольно быстро сделает.
— Печально… но я работу дипломную должен буду к следующему Рождеству приготовить, так что если дело только за постройкой цеха какого или в станков оплате… Мне-то батюшка, как и братьям, в месяц по пять сотен рубликов выдавал на занятия да развлечения, а я их и не тратил особо. А не хватит, так он еще добавит: у него давняя мечта всех сынов в инженеры вывести, а я, ежели все получится, первым в семье буду. И вы не думайте, я к вам в товарищи набиваться не стану, и денег с вас возврата не попрошу.
— Ну что же, давайте поглядим, что вы там придумали. Вы хоть какие бумаги с собой захватили? Ведь котел всяко под машину вашу делать…
— Да, не чертежи, правда, а эскизы только… технические эскизы, но ежели в Туле чертежников найдем, то и чертежи по ним менее чем за неделю воспроизвести возможно: один-то раз в чертежном бюро такое проделали, когда заказ мой на завод передавали. А вы как думаете, согласится ли господин Розанов мне таким манером помочь или ему еще что-то сверху может дать нужно будет? Так я готов…
— Согласится, я полностью уверен. И, если вы временем располагаете, давайте сразу и все прочие условия обсудим. А для начала давайте пообедаем…
Глава 4
В конце мая Миша Горохов, вероятно договорившись в своем училище о том, где он будет выполнять дипломную работу, перебрался в Тулу. То есть «пока» в Тулу, так как здесь у него была возможность закупить все необходимое для постройки парового котла, а в дальнейшем он собирался на некоторое время, необходимое для изготовления котла, переехать уже в Богородицк, но там пока еще просто жить было негде. Крошечный уездный городок, более напоминающий деревню (причем и не особо большую), с единственным «большим» домом явно не годился для успешной работы инженера. Впрочем, как раз это было делом абсолютно временным: Саша, обсудив с Мишей некоторые вопросы, предложил парню туда «навек переселиться», причем подробно расписав сияющие перспективы, если Миша примет его предложение. А так как господин Горохов дураком точно не был, он «предварительно» с Сашиным предложением согласился, тем более что иных вариантов собственной «реализации» в России он и не видел. А началось это после разговора вообше, казалось бы, отвлеченного, Саша просто спросил за обедом, что Миша собирается делать после получения диплома прославленного училища. И ответ его несколько удивил, настолько удивил, что расспросы продолжились — и привели к совершенно неожиданному результату. Впрочем, и первый ответ оказался «неожиданным»:
— Знаешь, Саша, я из России уезжать всяко не собираюсь, а посему с дипломом скорее всего пойду отцу помогать. У него торговля идет неплохо, он же материями заграничными торг ведет, большей частью восточными. Ну, парча там, бархат опять же, батист индийский. Разве что свою фабрику по выделке тканей выстроить, но она-то доходов нужных всяко не даст, да и неинтересно мне ткачеством промышлять.
— Странно, если ты изначально собирался в торговлю пойти, то почему на инженера учиться пошел? И инженер из тебя вроде очень неплохой выходит, к тому же это дело тебе интересно: вон какую непростую машину паровую придумал и выстроил.
— Придумал — да, а выстроил… мне ее за заводе Бромлеев построили, по моим чертежам конечно, но… Бромлеям моя машина неинтересна: она слишком