Экскурсию на Капри мы завершаем традиционным осмотром Лазурного грота. К этому известному еще в глубокой древности гроту мы подъезжаем на моторном катере, с него пересаживаемся на лодку и становимся в хвост за другими лодками, ожидающими очереди вплыть в грот. Нам повезло: море спокойно и вход в грот открыт. В бурную погоду войти в грот дело нелегкое и в него не пускают. Вокруг бойко ведут торговлю пловучие торговцы, продающие с лодок коралловые ожерелья, засушенные морские звезды, фрукты. Наконец, подходит наша очередь. Лодочник берет нам входные билеты, и мы, пригнувшись и подтягивая лодку за укрепленную у входа цепь, вплываем внутрь грота. Грот невелик, но удивительно красив. Дневной свет проникает в грот не прямо, а преломляясь о поверхность воды, наполняя грот голубым сиянием. Весло и даже рука, опущенная в прозрачную воду грота, кажутся голубыми.
СОРРЕНТО – ПОМПЕЯ – ВЕЗУВИЙ
На обратном пути с Капри мы садимся на пароходик, идущий в Сорренто, и через полчаса высаживаемся у подножия этого цветущего городка, стоящего на высоких обрывистых скалах на берегу залива. Белые и розовые виллы Сорренто утопают в виноградниках, фруктовых садах, оливковых рощах. Это на редкость живописный городок, в гостиницах которого, так же как и на Капри, всегда полно иностранных туристов. На центральной площади городка, где нас ждет машина, торгуют огромными душистыми апельсинами и красивыми деревянными шкатулочками, украшенными искусной резьбой и инкрустацией. В Сорренто мы прежде всего едем на виллу, где по предписанию врачей несколько лет прожил Горький. Ныне на стене этой виллы установлена мраморная мемориальная доска.
Дорога от Сорренто к Неаполю вьется вдоль берега Неаполитанского залива, проходя сквозь ароматные апельсиновые рощи, мимо множества приморских селений и промышленных городков: Кастелламмаре-ди-Стабия – одного из крупных судостроительных центров Южной Италии, Торре-Аннунциата, Торре-дель-Греко, Резина, Портичи с металлургическими, химическими заводами и авторемонтными мастерскими, с мастерскими по полировке кораллов, производству различных ювелирных и кустарных изделий. На полдороге к Неаполю, у городка Торре-Аннунциата, когда перед нами начинают подниматься покрытые виноградниками отроги Везувия, мы сворачиваем с прибрежного шоссе вправо, и через несколько минут машина останавливается у входа на территорию раскопок древнего города Помпеи.
Помпея – один из городов Кампании, засыпанный в 79 году н. э. извержением Везувия. Посещение раскопок дает полное впечатление о жизни этого древнего торгового города. Помпея была основана в VI в. до н. э., в
80 г. до н. э. была завоевана римлянами и превратилась в одну из римских колоний. В 63 г. н. э. город серьезно пострадал от землетрясения, а в 79 г. извержение Везувия погребло его вместе с городами Геркуланумом (на месте которого стоит ныне город Резина) и Стабией (на месте которой стоит город Кастелламмаре-ди-Стабия), засыпав мелкими осколками пемзы (так наз. «лапилли»), а затем покрыв толстым слоем вулканического пепла. Раскопки Помпеи начались только в 1748 году, на более научной основе они были возобновлены в конце прошлого века, но до сих пор раскопана далеко не вся территория города.
Помпея построена по строгому плану: улицы пересекаются под прямым углом, через весь город идут две главные артерии – широкие и длинные проспекты. Улицы имеют очень высокие тротуары, так как мостовые одновременно служили и сточными канавами для дождевой воды и отбросов. Для пешеходов на перекрестках сделаны из каменных глыб переходы с одной стороны улицы на другую. Эти глыбы положены друг от друга строго на определенном расстоянии, оставляя колеи для колес боевых колесниц и повозок. Тротуары и мостовые мощены неровными плитами лавы. Большой интерес представляют уцелевшие на наружных и внутренних стенах домов надписи, сделанные краской, углем или просто нацарапанные чем-то острым. Эти надписи рассказывают о предвыборной борьбе в древнем городе, призывают голосовать или, напротив, не голосовать за того или иного кандидата. Некоторые надписи являются рекламой различных лавок или представляют подписи к тут же исполненным рисункам. Возле нескольких городских ворот сосредоточены строения, в которых находились гостиницы, конюшни, трактиры, лавки, бары с облицованными мрамором стойками. Наиболее важные общественные здания окружают форум, являвшийся центром всей городской жизни. Город имел несколько храмов, открытый театр на 5 тысяч зрителей, закрытый театр на 1500 мест, аптеку, крытый рынок, меняльные лавки, спортивную площадку, несколько терм, общественные уборные и т. д. Из уцелевшего примитивного оборудования и надписей видно, что Помпея имела мукомольную фабрику с пекарней, фабрику для выработки сукон и войлока, дубильную фабрику, кузницы, общественные прачечные. Жилые дома древнего города были большей частью двухэтажные, со внутренним двориком, и состояли из небольшой комнаты, служившей столовой и гостиной, и нескольких маленьких спаленок, чуланов и кухни. Позднее ко многим домам пристраивали также перистиль – крытую галерею.
Наибольшую художественную ценность в Помпее, несомненно, представляют фрески, украшающие внутренние стены ее жилищ, – цвета этих прекрасно сохранившихся в течение двух тысяч лет фресок радуют глаз своей яркостью (преобладает красный и желтый цвет на темном фоне), изображения – будь то орнамент, цветы, фигуры мифических богов или людей и животных – поражают своим изяществом и выразительностью.
Из древнего города мы выходим через другие ворота, устроенные в толстой крепостной стене, увенчанной сторожевыми башнями. Прежде чем выйти, мы осматриваем небольшой музей, в котором собраны многочисленные предметы быта, орудия труда и даже обуглившиеся продукты питания помпеян. Посетитель Помпеи получает представление не только о том, как жили, чем занимались, что ели, как развлекались древние жители этого города, он получает представление и о их внешнем облике. Не успевшие спастись во время извержения Везувия жители Помпеи задохнулись от ядовитых газов, и их тела были засыпаны вулканическим пеплом. Остыв, пепел окаменел и образовались как бы полые формы, так как тела истлели. При раскопках в земле, лаве и пепле непрерывно наталкивались и наталкиваются до сих пор на эти своеобразные «формы». Эти пустоты заливают гипсом и получают точные «статуи» погибших помпеян. Это небольшого роста коренастые люди, с правильными, но грубоватыми чертами лица. Смерть застала их в том положении, в каком они находились в момент извержения вулкана, лица их отображают ужас, члены сведены конвульсией.
«Страшная гора-истребительница», как называл Везувий поэт Петрарка, и после извержения 79 года не раз извергала лаву и пепел. В 472 году случилось даже, что пепел, после его извержения, был занесен ветром в Константинополь, на расстояние свыше тысячи километров. С конца XVII века извержения стали многочисленнее и происходят один-два раза в десятилетие. Крупнейшие