— Почти три месяца, — ответила Люба. — Но они что-то давали на похороны.
— И ты веришь, что они тебе что-то в добровольном порядке выплатят? — спросил с усмешкой Захар.
— Не надо, вдруг у них совесть проснется.
— Давай так, я их немного подтолкну к этому решению.
— Не нужно, — мотнула головой Люба.
— Нужно, мне это нужно.
— У меня денег нет, — выпалила она.
— Купи мне колбаски вкусной. Я тебе сообщение пришлю, как называется и где продается, - с усмешкой сказал Захар.
— Хорошо, — согласилась Люба. — А зачем вам это нужно?
— Я не практиковал давно, а без этого такие, как я, чахнут и могут обратиться на темную сторону.
— Ясно, тогда я согласна. Рассчитываться буду колбасой. Но мне же ничего за это вмешательство не будет? — спросила она.
— Нет, это тебе во благо, — ответил Захар. — И не просто хотелка, а долг перед тобой от этой организации.
— В общем, я ничего не теряю.
— Ну да, кроме колбасы, — рассмеялся он.
Люба пообещала купить ему колбаски. Решила, что надо его отблагодарить за то, что он ее отвез на станцию и потом заберет их с Верочкой обратно. Они с ним договорились созвониться на следующий день.
Любовь уже укладывала Верочку, когда снова у нее затрезвонил телефон. Она решила пока трубку не брать, но он всё звонил и звонил. Дочка начала недовольно елозить в кровати. Пришлось отвечать на звонок. Из трубки на нее понеслась отборная брань, как только ее не называли. Люба тут же сбросила звонок. Ей прилетело сообщение с фотографией и подписью, что это она во всем виновата. «Пожалела гнилую тачку для брата, овца!»
Там на снимке было какое-то кровавое месиво. Люба ничего не поняла. В первом порыве хотела перезвонить, а потом передумала. Потом только из обрывочных сообщений поняла, что Славка решил разобрать автомобиль. Они с приятелем вытаскивали движок, и тот сорвался с троса и рухнул ему на ноги. Одну ногу раздробил полностью. Верочка, видя состояние матери, начала хныкать. К ним заглянула бабушка.
— А чего малышка плачет, а почему не спит? — спросила она.
Люба рассказала ей про травму Славки.
— Значит, твою машину разбирал? Правильно дед сегодня сказал, что они ее попробуют продать запчастями. Упал движок на ногу? Так ему и надо. Нечего на чужое добро зариться, ишь какие, еще и обижаются. Вдову грабят и удивляются, что им за это прилетело, - возмущалась бабушка.
- Ленка написала, что это я их прокляла, поэтому и неприятности на них посыпались.
— Ага, вали всё с больной головы на здоровую. Сами себе проблем накаркали, а тебя виноватой хотят сделать. Не полез бы он под капот, ничего бы с ним не стало. Морды наглые.
— Вы чего тут шумите, ребенку спать не даете? — заглянул к ним дед.
Ему рассказали последние новости.
— Быстро же им обратка прилетела, — хмыкнул он. — Так им и надо.
— Она пишет, что парень может и без ноги остаться, - заглянула в телефон Люба.
— Главное, чтобы с головой всё в порядке было, а вместо ноги можно и протез поставить. Жаль, что честь и совесть в протезной не выдают, — усмехнулся дед.
— Очень жаль, — согласилась бабушка. — Ладно, пошли, пусть Люба внучку укладывает.
— Ага.
— Люба, ты телефон выключи, не волнуй себя на ночь глядя, да и ребенка не беспокой, - велела бабушка.
— Так и сделаю, а то достала уже своими сообщениями, — кивнула Любовь.
Она выключила телефон и снова стала укладывать спать Верочку. Интересно, от машины хоть что-нибудь останется или ушлая семейка так и не успокоится и продолжит ее дальше разбирать?
Утром ей позвонили из конторы, где раньше работал Егор, и пригласили зайти за компенсацией.
— Мы вам уже несколько раз звонили, — елейным голосом сказал директор. — А вы всё трубку не берете. Мы уже давно всё приготовили, а вы про нас совсем забыли.
— Я не забыла, — ответила Люба. — Просто вы о себе не напоминаете.
— Нет-нет, мы деньги для вас отложили, и бухгалтер вам точно звонила.
— Хорошо, я через час к вам приеду, - она не стала больше с ним спорить.
— Ждем-ждем, — сказал он.
Люба положила трубку. «Быстро сработало заклинание от Захара», — подумала она. — «Придется ему не только колбасу покупать».
Глава 27 Всему свое время
Люба оставила Верочку на попечение бабушки с дедушкой и отправилась в контору, от которой работал когда-то Егор на стройке. На ресепшене она представилась и сообщила, что приехала за компенсацией.
— Да-да, Анатолий Сергеевич про вас говорил. Он просил вас проводить сначала к нему, — кивнула администратор.
Они с Любой направились в директорский кабинет. Девушка постучала в дверь, а затем заглянула внутрь.
— Анатолий Сергеевич, здесь Люба пришла, у которой муж погиб на одной из наших строек, — сказала она.
— Да-да, пусть проходит.
Любу пригласили в кабинет.
— Здравствуйте, проходите, — сказал молодой мужчина.
Ему было около 30–35 лет. «Надо же, такой молодой, а уже директор», — подумала она.
Выглядел он как-то не очень: под глазами залегли глубокие тени, а кожа отливала серостью.
— Присаживайтесь, — кивнул он на стул и провел по волосам рукой, отчего они встали смешным ежиком. — Выпить хотите?
— Нет, утро же, да и праздника с поводом никакого нет, — удивилась она.
— Ну да, может, чай или кофе с коньячком?
Почему-то Любе вспомнились страшилки, которые рассказывали девчата в колледже, как взрослые дядьки приглашали глупых молодых дурочек к себе и подмешивали им всякое разное в алкоголь. Потом выбрасывали их где-нибудь в лесопосадке, после чего девушки попадали в больницу или навеки терялись. Она поморщилась от этих воспоминаний и мотнула головой.
— Нет, спасибо, я не за чаем приехала.
— А я бы хлебнул кофе с коньяком, но я за рулем. Всю ночь сегодня не спал, — вздохнул он. — Мерещилось всякое.
— Да? — Она снова с удивлением на него посмотрела.
— Как вам живется? Как вы справляетесь? — с участием спросил он.
— Справляюсь,