Я не питал иллюзий на его счет, и он всегда был со мной строг, если не сказать, жесток. Но у нашей расы были сильны родственные связи, и просто так я порвать с ним все отношения просто не мог. Моя покойная матушка такого бы точно не одобрила.
— Так вот... — протянул отец, когда понял, что я не собираюсь начинать разговор первым. — Мне нужна твоя помощь. Ты многих знаешь, у тебя масса связей... Так что подключайся к поискам.
— Поискам кого? — удивленно поднял я бровь.
Это что-то новенькое — неужели отцу не хватило собственных связей и влияния, чтобы отыскать искомое?
Доривальд-старший, казалось, смутился. Но нет, разумеется, мне это показалось.
— Моей невесты, — с раздражением бросил он. — Эта стерва сбежала от меня за день до свадьбы.
Я не удержался и рассмеялся. Огонь девка, раз посмела пойти против моего отца.
— А я говорил, что это плохая идея.
— Заткнись! Ты хоть понимаешь, что тень позора из-за нее ляжет на весь наш род? Со мной перестанут вести дела, мне не будут доверять! А все потому, что эта гадина сбежала!
Я нахмурился. Да, он прав, подставила его невестушка. Хотя, зная отца, я мог догадаться о причинах ее побега.
— Кто она? — сухо поинтересовался я, раздумывая о том, стоит ли во все это ввязываться.
— Милана Роульд, дочь графа Роульда, человечка, — с презрением ответил отец. — Я пока удерживаю слухи, но скоро всем станет это известно, и тогда моей репутация придет конец! — он с силой ударил кулаком по столу, и стоящий рядом графин с водой подпрыгнул, звякнув. — Зря я связался с этой семейкой. Отказать дракону! Она должна за это ответить!
Я посерьезнел. Вопросы чести для нас в отличие от людей значили много, и даже если девчонка сбежала от отца из страха, то это не оправдывало ее.
— Хорошо, я подумаю, что сделать, отец, но ничего не обещаю. Но мне нужно больше информации. У тебя хотя бы портрет ее есть?
— Есть, а толку, — мрачно отозвался отец, бросив на стол лист с наброском карандашом. — Всего один. Ее отец не слишком-то баловал дочь, а художник явный бездарь.
Я схватил лист, вглядываясь в черты нарисованной там девушки. Слишком небрежно, нечетко, и под описание той, что изображена там, подойдет каждая третья.
Пухлые губы, чуть вздернутый носик, брови вразлет... Кого-то мне она напоминала, но сколько ни смотрел, не мог сообразить. Наверное, не стоит даже ориентироваться на это портрет.
— Ясно, — разочарованно бросил я. — Ну тогда словами скажи, в чем не особенности. Приметы, привычки, все, за что можно зацепиться.
Отец задумался, чуть успокоившись.
— Признаться, я ее почти не знал. Видел всего пару раз. Но, кажется, за ухом у нее есть родимое пятно в виде звезды.
Я кашлянул изумленно.
— Отец, ты что, успел затащить ее в постель до свадьбы?
Доривальд-старший зло усмехнулся.
— Если бы. Тогда бы она и не подумала бежать — просто не посмела бы. Нет, я разглядел его, когда надевал ей на шею подаренное мной к свадьбе колье. Этого хватит?
Я покачал головой.
— Не знаю, даже. Давай еще раз в деталях, что случилось, и как она вообще могла сбежать?
Глава 14
Сегодня наконец, на занятиях начались по-настоящему интересные темы. Общая теория магии, принцип создания заклинаний, практические задания.
Я старалась проявить себя, первой тянула руку на лекциях, тщательно следовала указаниям преподавателей на практике, и не просто запоминала все, а пыталась разобраться, понять, как это работает.
— Магические плетения бывают нескольких уровней по степени сложности, от десятого до первого, — вещал нам преподаватель по основам заклинаний, худой и нескладный тип в черной мантии. — Десятый уровень — это, к примеру, зажечь искру или заставить пол стать скользким, покрыв его корочкой льда. Но даже такие слабые заклинания можно использовать с умом. Ведь достаточно искры, чтобы разжечь пожар, или пятачка льда, чтобы заставить противника поскользнуться и упасть.
Мужчина рассказывал все на примерах, не углубляясь в скучную теорию, и мы слушали его с раскрытыми ртами, даже те, кто на остальных занятиях скучал или отвлекался.
Лекция была общей, и аудиторию битком набили адепты огня со всего первого курса, раскрасив ряды парт в красный цвет своей формы. Мы с Генри устроились в самом уголке, чтобы не привлекать внимания, но некоторые из парней и девчонок то и дело косились в нашу сторону.
— Чего это они? — шепотом спросила я у друга.
— А черт их знает, — пожал он плечами. — Может, про магию твою узнали, вот и интересно. Или про нашу стычку с принцем.
Я с сомнением поджала губы. Взгляды одногруппников были не просто любопытными — мне в них почудилось предвкушение, будто они чего-то ждали.
А потом я почувствовала на себе еще чей-то взгляд. Повернув голову, я увидела сидящего на другом конце аудитории Дармиуса в окружении прихлебателей. И прямо в этот момент парень уставился прямо на меня.
Заметив, что я тоже смотрю, он криво ухмыльнулся и провел пальцем по горлу. Я вздрогнула, и его ухмылка стала шире.
— Похоже, этот ублюдок что-то задумал, — тихо шепнул мне на ухо Генри, глядя туда же, куда и я. — Не бойся, я буду рядом и не дам тебя в обиду.
Принц отвернулся, и я выдохнула.
— Спасибо, Генри, — виновато глянула я на парня. — Не надо было тебе встревать тогда за меня. Как бы и ты теперь не пострадал.
— Да я этого хлыща одной левой! — с показной бравадой заявил парень.
Я лишь тихо рассмеялась, радуясь, что у меня есть такой друг, и я не одна.
Следующим уроком была практика. Нас привели в большой зал, похожий на ту лабораторию, где я встречалась с деканом. Только здесь не было столов, а повсюду были расставлены деревянные, каменные и стальные манекены. По углам стояли бочки с водой, кадки с землей, а из приоткрытых вверху окон задувал ветер, раздувая полыхающее в больших очагах вдоль стен пламя.
Присутствовали все элементы стихий, и они должны были послужить нам своего рода костылями, чтобы научиться управлять собственной силой. Преподаватель магии стихий, седой и пухлый профессор Айцгель, так и заявил нам с порога, что если не научимся обращаться с первоэлементами, то толку от нас будет ноль. И первым заданием было достучаться до стихии, подчинить ее себе.
Очагов на всех огневиков не хватило, и к ним выстроилась очередь.