Он рассмеялся — настоящим, громким, заразительным смехом, который заставлял его глаза щуриться. Он положил руки мне на талию, и это движение было настолько естественным, будто так и должно было быть.
— Признайся, ты иногда надеваешь те самые тапочки с мордочками просто для ностальгии.
— Они сожжены в ритуальном костре, как и полагается всем неудачным перевоплощениям, — с невозмутимым видом ответила я.
Он покачал головой, все еще улыбаясь, и его взгляд стал серьезнее, нежнее. Он притянул меня чуть ближе.
— Ну что, — прошептал он, проводя большим пальцем по моей ладони. — О душах будем говорить дальше или ты снова устроишь потоп, если я скажу что-то не то?
Я сделала вид, что подумываю над ответом, глядя в его янтарные глаза, в которых отражалась я — настоящая, сильная, любимая.
— Зависит от того, как себя поведёшь, — так же тихо ответила я, поднимаясь на цыпочки, чтобы сокраить и без того крошечное расстояние между нами.
Его улыбка стала еще шире.
— Тогда я буду на высоте.
И он поцеловал меня.
Это был не поцелуй отчаяния, не поцелуй страсти, рожденной в огне битвы. Это был поцелуй-обещание. Обещание утреннего кофе вместе, споров над картами, тихих вечеров и громких ссор, спасения друг друга и бесконечных, бесконечных подколов. В нем была вся наша история — от неуклюжей ученицы и насмешливого директора до двух половинок одного целого.
Когда мы наконец разъединились, чтобы перевести дух, в комнате снова воцарилась тишина, но на этот раз она была теплой и уютной.
— Контрабандист может подождать, — заявил Сэмсон, его лоб касался моего.
— Император будет недоволен, — заметила я, не делая ни малейшей попытки отодвинуться.
— Императору виднее, что лучшие его агенты должны поддерживать… рабочий настрой. А для этого иногда нужен перерыв.
Я рассмеялась и снова притянула его к себе, чувствуя, как счастье разливается по всему телу теплой, неконтролируемой волной. Да, мы были оружием. Мы были защитниками империи. Но мы также были просто мужчиной и женщиной, которые нашли друг друга посреди хаоса.
И каким бы ни было наше следующее задание, мы знали — мы пройдем его вместе. С сарказмом на устах, с магией в руках и с абсолютной, безоговорочной любовью в сердце.
КОНЕЦ