Обычным солдатам и офицерам низкого ранга в массе своей не нужно быть сильными магами. А тренировка путем магического истощения без должной подготовки и присмотра высокоуровневого мага в половине случаев заканчивается тем, что маг уничтожает свои каналы маны и становится калекой. В лучшем случае, обычным человеком. В худшем, он может потерять возможность управлять конечностями. Но так тренируются только взрослые маги, независимо от того, насколько они гениальны. Детское тело просто не может выдержать таких нагрузок. Обычные гении высших кланов приступают к такой тренировке в восемнадцать, не раньше. И я хотел найти для тебя возможность, когда ты станешь старше.
Гении уровня монстр с использованием драгоценных клановых артефактов и под наблюдением архимага могут приступить к тренировкам в шестнадцать лет, хотя в трети случаев это заканчивается неудачей, которая тормозит развитие гения, а то и вовсе ставит крест на его будущем. В древности были гении с невероятным талантом и силой воли, которые начали тренировки магического истощения в четырнадцать. Один из таких и был основателем клана, который ныне стал императорской династией. Но я никогда не слышал о тех, кто тренировал магическое истощение в десять лет. Это же нонсенс! Даже под присмотром архимага уровня галактус травмы были бы в тысяче случаев из тысячи. Как земляне додумались до такого? Тебе я не рассказывал о такой тренировке.
— Ну, ты же знаешь этих землян… — криво улыбается Айва. — Они повернуты на науке и не чтят никаких традиций. Они часто проводят эксперименты, которые называют… эмм… «метод научного тыка»! А также не доверяют ничему, что не подтверждается «статистическими показателями на массиве данных» и «нормальным распределением Гаусса». Занимаясь с детьми, они обнаружили, что магический талант ребенка развивается быстрее, если после некоторого времени на Стилиме он или она возвращается в обычную Вселенную для медитации.
Я спрашивала учителей о том, что такой метод тормозит время обучения наших будущих пилотов, но они ответили, что время относительно. С внешней точки зрения кажется, что прогресс идет медленнее, но для ребенка прогресс, наоборот, увеличивается. Преподаватели мне заявили, что несмотря на наши партнерские отношения, они обязаны в первую очередь позаботиться о развитии детей, а потом уже о передаче их нам в качестве бойцов. Мне кажется, они просто оттягивают неизбежное…
— Стой! — лицо маркиза Нортона полно вопросительных знаков. — Хочешь сказать, что тренируешься через магическое истощение в этой академии не ты одна… а… а… все дети⁈
— Конечно! — согласно кивает девочка. — Я же тебе уже рассказала об этом. Время от времени каждый ученик отправляется в место медитации, поэтому и режим дня сбивается, и его нужно восстанавливать. Кто-то выходит на медитацию раз в 5–7 дней, другие — раз в полторы-две недели. Чем лучше талант, тем реже ученик уходит на медитацию.
— Пять-семь дней еще нормально, — задумчиво бормочет про себя мужчина. — В исторических записях написано, что основатель нынешней династии в юности тренировался где-то раз в неделю, сократив период до четырех дней, когда стал старше. Но почему те, у кого лучше талант, тренируются реже? Разве не должно быть наоборот?
— Как нам объяснили, дети с лучшим талантом имеют более развитое магическое ядро и каналы маны, которые сопротивляются воздействию планеты Стилим. Маны больше, и вытягивается она медленнее. Поэтому и момент истощения наступает позже. Конечно, если не применять никаких заклинаний. Если творить заклинания, даже самые простые, планета просто забирает всю ману из заклинаний себе. Но земляне строго запрещают нам истощать себя таким образом. Теперь я понимаю, что они также обнаружили проблему с травмами каналов маны.
— Как это может быть? Разве у тебя не лучший талант в магии, чем у них у всех?
— Мой случай — особенный, — Айва гордо выпячивает все еще плоскую грудь. — У меня есть мамины диадема и кулон. Окружающая среда на Стилиме вытягивает ману из любых магических артефактов в сотни и тысячи раз быстрее, чем из живых организмов. Но мои артефакты не боевого, а вспомогательного типа. Диадема и кулон тесно связаны со мной, и Стилим через них забирает мою ману быстрее, чем у других. Поэтому я и медитирую раз в три дня. Земляне уже провели тесты, это не опасно для моего организма. Они только удивились могуществу маминых артефактов. Директор Сяомао даже просила меня одолжить их на время, но я отказала. Она назвала меня жадиной. Но я ведь не такая… это же мамины вещи…
— Ты все правильно сделала! — перебивает ее отец. — Эти вещи слишком дороги для нас. Не только, как артефакты, но и как память. Вдруг твоя мама наложила на них какое-нибудь проклятье? Если их передать другим, кто знает, может быть, они сломаются. Лучше не рисковать. Да, и что за директор такой? Как такому гнусному человеку доверили управлять академией?
— Директор Сяомао не управляет академией. Она управляет всей Фабрикой Максовия. И она хорошая, обычно. Она иногда играет с нами. Говорят, что ей нет и двадцати, и все детство она провела в лаборатории.
Глава 521
— Ей еще нет двадцати, и она управляет целой страной? Как это возможно?
— Там многое случилось. Предыдущий руководитель, регент Орха вместе со своими стражами до этого защищала планету от вторжения потусторонних тварей, а теперь она руководит армией Фабрики, атакующей другую планету. Место директора пустовало, и Владыке Максу пришлось вмешаться лично. После его ухода править в качестве наместника осталась директор Сяомао. Но она — тоже необычный человек. Учителя говорят, что ее мозг работает в несколько раз быстрее, чем у обычного человека, а еще она может понять, говорит человек правду или ложь.
— У этого Макса много талантов в руках, — бессильно качает головой Нортон. — И тебе не нужно называть его Владыкой.
— Ну… все в академии так говорят. Я просто привыкла. Да, я тебе не рассказала все до конца. Девчонки говорят, что раньше для медитации они возвращались на Механоид. И здесь где им нужно было медитировать по много часов с перерывами на еду, сон и учебу, чтобы полностью восстановить ману перед возвращением. Если ману не восстановить полностью, смысл тренировок теряется. А сейчас нас отправляют в новое место, насыщенное маной. И время в медитации было сокращено в