– А внутри кажется такой маленькой, – добавил Фредди. – Ну, держись, а я за Тенью побежал.
Я кивнул, не отвечая – и так я по темпу постоянно сбиваюсь. К тому же говорить через ларингофоны – то еще удовольствие…
База, действительно, снаружи кажется больше, чем внутри, но это легко объяснить. Дело в том, что база построена в форме восьмерки. Малое ее кольцо – это купол, вроде широко рекламируемых, но не больно популярных подводных кампусов Карибского моря, любимого детища так и не долетевшего до вожделенного Марса Илона Маска. Но наш купол больше, он словно затопленный стадион премиум-класса. И это – малая петля подводной восьмерки. А большая, что логично предположить, больше. Она представляет собой кольцеобразный коридор. На одном «полюсе» петли база, на другом терминал, рядом с которым лежит на дне громадина доставившей нас сюда подводной лодки. Хорошо хоть ее обегать кругом не надо, а то я бы, факн'щит, застрелился бы из призраковой «беретты».
Ну не люблю я бегать! От слова совсем, тем более – под водой. И на кой черт это вообще надо?
Я как раз миновал терминал и машинально покосился в сторону «внутреннего дворика» кольца. Там было на что посмотреть. На первый взгляд это напоминало самоподъемную буровую, но без вышки. Вместо вышки на платформе была размещена катапульта в виде эстакады, у основания которой стоял древний космический челнок. Забавно, что многоразовые корабли много раз пытались ввести в эксплуатацию, но единственной удачной попыткой (не считая полупровалившегося масковского «Фалькона») были американские «Спейс шаттлы». Их построили всего пять, и два из них погибли. А остальные списали.
Честно говоря, мне было жаль этот проект. С уходом в 2011 году «Атлантиса» мы окончательно уступили первенство в этой сфере китайцам и русским. Сейчас Восточная Федерация строит воздушно-космические самолеты, в том числе гражданские – «Конкорд-2», а у Западной Конфедерации, кроме орбитальных беспилотников, ничего нет. Признаюсь честно, иногда, особенно когда был помладше, я представлял себя бортинженером одного из этих корабликов…
И каково же было мое удивление, когда здесь, под водой, где-то у берегов Австралии, я встретил их, все три уцелевших «Шаттла». «Дискавери» в специальной силовой капсуле – ей-богу, не вру!!! – торчал на катапульте платформы, остальные два мирно расположились под ней, в ангаре, соседствуя там с двумя репликами – «Энтерпрайз» и «Констелейшен». Бракиэль говорит, что еще один отирается на орбите, причаленный к «Левиафану», – огромной орбитальной станции Проекта. Он там был, возил туда Надин на «Изиде». Откровенно говоря, я не совсем понимал логику Лорда – если «Изида» спокойно выходит в космос, на кой ему нужны старенькие шаттлы, тем более бывшие в употреблении? Правда, челноки серьезно отмодернизировали – подробно я не смотрел, но даже невооруженным глазом было заметно, что аэродинамические плоскости корабля были увеличены, корпус заново покрыт какими-то странными панелями, отчего шаттлы стали больше похожи на вышеупомянутые беспилотники, а еще – заменили двигатели. Я хоть и не специалист в этой области, но не узнать новейшие ФД-405 разработки КБ имени Рогозина мог только полный профан в этой области, а я-то считаю себя эрудитом. Впрочем, теперь у меня всегда было с кем посоветоваться – внутри моей черепной коробки располагался мощнейший компьютер, построенный по нейронной схеме, а к нему прилагалась нехилая такая база данных практически по всему, и проверка своей догадки у меня заняла какую-то миллисекунду. Вообще, крутая штука эта база данных, хоть я с ней еще и не освоился толком. Посмотришь, скажем, на те же двигатели, бац – и ты не только все о них знаешь, но и отремонтировать можешь в случае чего… хотя бы в теории.
Ладно, если что, ремонтировать будет все равно Призрак. Хрен его от этого оттащишь, он, по-моему, даже когда к Куинни ходит, по дороге ремонтирует все, что увидит поломанным. Если честно, на базе много неисправного – такое впечатление, что она пережила какую-то катастрофу. Если это и так, нам все равно об этом никто ничего не рассказывает.
Подводная база хуже антарктической. Она меньше, кроме того, там сыро и как-то неуютно. Ладно, мы тут ненадолго. Боксов, кстати, тоже нет – четырехместные комнатки соединены с одним общим боксом, разделенным по принципу «опенспейс». Но нам с ребятами как-то пофиг, если честно. Конечно, к присутствию Бракиэля мы не сразу привыкли, но потом ничего, притерлись. Тем более что они с Призраком внезапно даже закорешились, вероятно, потому, что Бракиэль сумел приручить «Таннина». Эта штуковина, все еще безымянная, сильно впечатлила нашего механика. Ну и, соответственно, нашлась точка соприкосновения.
– Круг!
Эге, а я быстрее, чем я думал. Пока мои мысли скользили от шаттлов к «Таннину», я добежал до шлюза и едва не ломанулся на второй круг, но меня остановила Апистия. Она сидела на склизком уступе купола и курила – под водой. Факн'шит, вот кто мне объяснит, как она это делает, под водой? Не говоря уж о том, что Апистия была без балаклавы, хотя сама же строго-настрого запретила нам снимать их – по ее словам, балаклава защищает нас, в частности, от давления, иначе всякий раз после пробежки мы должны были бы проходить декомпрессию. Если бы вообще добежали – от нагрузок кессонная болезнь развивается быстрее. Кстати, как там Дарья?
Я обернулся в том направлении, откуда прибежал, и едва разглядел ее фигурку – исходящее от станции освещение все-таки было слишком сильным. Украдкой глянув на Апистию, которая была занята каким-то спором с нашим марафонцем – Фредди, я потянул к Дарье канал, чтобы передать ей немного энергии. Ей, наверно, тяжело, особенно на последних метрах. Даже мне тяжело, а уж ей-то…
Фредди
Я, кажется, начинаю понимать Призрака. Эта Апистия, реально, та еще штучка. Девочка выглядит хрупкой, стройной, нежной, как балерина… прям как моя Тень. А внутри у нее, похоже, титановый скелет. Да еще и поведение на грани фола, нечто среднее между хрестоматийным сержантом вроде