Денни фыркнул и коснулся виска указательным пальцем протеза, слабо постукивая по нему. Он всегда так делал, стоило его беспокойству зародиться в груди. Минуты текли, ненавязчивые беседы не иссякали, а их по-прежнему было четверо, вместо пяти. И мастер совершенно не знал, почему один из игроков задерживался больше принятого.
— Ну, что же. Тогда начнем без любезного гнома, — вывел общую мысль Костя, чем заслужил синхронные кивки. — Прошу.
Затем уступил первенство Денни, в глазах которого моментально зажегся азартный огонек. Церемониально он поприветствовал игроков, откинул крышку небольшой коробочки, где хранились кубики, и, на несколько мгновений прикрыв веки, выдержал короткую паузу перед вступлением рассказчика.
Однако судьба распорядилась иначе, ведь появилось еще одно окошко с видео, на котором с красным носом и снегом в русых волосах Руслан пытался сказать пару связанных фраз. Ему явно не хватало дыхания, и все же он смог выдавить из себя хотя бы скромное «привет». И не дожидаясь ответных любезностей, он принялся снимать толстую куртку со скопившимся в капюшоне снегом. Освободив плечи, он задышал куда легче, а лицо разгладилось до состояния игривого покоя.
— Какой чуткий слух, — Денни приветливо мотнул головой. — Не зря ты класс барда выбрал.
— Успел на самое начало. Ловко запрыгиваешь в последний вагон, — подмигнул Костя и аккуратно сдвинул микрофон в сторону, освобождая чуть больше пространства для проброса кубиков.
— И откуда ты сбежал? — поинтересовалась Саша, доверительно придвинувшись ближе. — Неужели спасался от медведя и по пути извалялся во всех сугробах?
— Да нет, хотя теория классная. Секундочку.
Руслан исчез из кадра в обнимку с курткой, вдали послышались звон (видимо, от встречи ванны с металлическими застежками) и сдавленное ругательство. Он вернулся буквально через минуту, которую их честная компания провела в нерушимом молчании.
— Так вот о чем это я? Ах да! Беру воображаемую лютню и начинаю свой сказ. — Руслан задорно провел рукой по невидимым струнам и прочистил горло. — Спасался бегством от родной крови, укравшей мой покой на целый день. Развозить пришлось по всему Мурманску, то ради несметных блюд, то ради подарков, что забыли родичи купить. Елка же заслуживает отдельной баллады, ее я сложу как-нибудь в иной раз. Скажу лишь кратко, она внесла немалую лепту в мой снежный образ, который лицезрели вы совсем недавно. Отвезя же мучителей в пригород, я был таков. Не дав себя гирляндой повязать и усадить за общий стол с бесчисленными родственниками иль же бросить на съедение целому выводку их маленьких копий, выбежал из дома. Возможно, бардом стал я добровольно, но в детские аниматоры не вписывался никогда.
— Весомая причина для опоздания, — Вера обняла себя за плечи и заметно вздрогнула. — Честно говоря, дети в праздничные времена превращаются в сущих гремлинов. С ним в одной-то комнате находиться опасно.
Она снова дернулась и сильно зажмурилась.
— А вот и посттравматический стресс нагрянул. Жестко пришлось в магазине игрушек в горячие сезоны?
— Еще как. Хуже, чем в пекле. Даже тифлингу было бы некомфортно, — Костя усмехнулся, однако не стал возражать. Ведь он на собственной шкуре школьного учителя отлично знал, каково в принципе работать с детьми. — Год с увольнения прошел, а меня все еще не отпустили фантомные боли.
— Очень вероятно, что не отпустят никогда.
— Иди ты, — отмахнулась от Саши Вера и присосалась к коктейлю в надежде на восстановление ментальных сил. — Я все-таки буду уповать на лучшее.
Хитро разглядывая полный комплект игроков сквозь полупрозрачный кубик, Денни щелкнул пальцами. Хватило одного вдоха, чтобы на фоне зазвучал ненавязчивый эмбиент, погружая собравшихся в иной мир, и все же столь им знакомый.
«Маленькая комнатушка, которую вы сняли на втором этаже таверны накануне, озаряется первым утренним светом. На единственной кровати спят трое низкоросликов, а тифлинг мужественно лежит на полу. Именно потому, когда над ним просвистывает стрела, Кастос быстро открывает глаза, будто бы даже и не спал».
— Я приподнимаюсь на локтях и осматриваюсь. Мое зрение позволяет детально изучить все вокруг несмотря на то, что еще достаточно темно.
«И ты видишь стрелу с синим оперением, вонзившуюся в дверь. Длинные шторы из-за сквозняка частично закрывают тебе обзор, но…»
— Кинь проверку на внимательность, — Костя легко выбросил даже больше, чем надо было, и тогда Денни продолжил историю:
«Это не мешает тебе увидеть записку, прикрепленную к древку».
— Тянусь к прикроватной тумбочке за зеркальцем нашего любителя покрасоваться перед дамами — Ланрока, — чтобы проверить нет ли опасности снаружи.
«Ее нет. Кем бы ни был таинственный лучник, он уже скрылся далеко от вашего пристанища».
— Я бодро встаю, потягиваюсь и одним движением хвоста стаскиваю одеяло со спящей компашки.
— Кастос, ну ты чего. Дай поспать. Я и так допоздна отрабатывал лютней ночлег в таверне, — низким сонным голосом пробасил Руслан. — Кидаю на ловкость. Хочу, чтобы мой гном успел подхватить одеяло у самого пола и укутался в него только сильнее.
— Принято, — заметно кивнул Денни и обратился уже к Косте:
«Ты читаешь послание вслух, и в ней значится место чуть севернее от города и небольшая приписка «осторожно, снегопад».
— Какой снег в начале лета? Ворчливо говорю я и, запрыгивая с кровати прямо на подоконник, указываю на зеленый, как мои острые уши, пейзаж за окном. Видели? Кто записку нам послал, не шибко умный, а?
— Неужели там сказано только это? Пытаюсь заглянуть в листок, но роста полурослика безнадежно не хватает. Должно быть что-то еще, иначе не вижу смысла выбираться наружу в такую рань.
— Верна дело говорит. Тайных знаков там не видно, а?
«Чем дольше Кастос держит в ладонях чудную весточку, тем больше ощущает покалывание в кончиках пальцев. Это чувство ему знакомо, оно напоминает огонь родного города, и неожиданная догадка касается его разума».
— Шепчу на инфернальном и аккуратно дую на бумагу, которая молниеносно вспыхивает красным. Новые строчки источают жар, и я могу различить следующее, — Денни предусмотрительно скинул необходимый текст Косте в чат, и уже оттуда тот задумчиво прочитал: — Ступи на гладь озера замерзшего, пройди тайною тропой, отбрось тревоги долой, найди сундук давно поверженного.
— Кажется, я слышу зов невскрытого замка, — Вера потерла ладони с нескрываемым предвкушением, а глаза потемнели от удовольствия. — Мои отмычки всегда наготове.
— Уж мне ли не знать.
Резко вся компания посыпалась и засмеялась на разные голоса. Только им казалось, что веселье окончательно выдохлось, оставив жгучую боль в ребрах, как новый взрыв смеха прокатывался волной, стоило им взглянуть на лица друг друга.
— Если так и дальше пойдет, то придется камеры отключать, — утер