АНТИСОВЕТСКИЕ АНЕКДОТЫ
АНТИСОВЕТСКИЕ АНЕКДОТЫ
БОРЬБА НАРОДНОЙ ПРОПАГАНДЫ С БОЛЬШЕВИСТКОЙ
СОВЕТЫ СПЕРЕДИ И…
СЗАДИ
ОТДЕЛ I
СВОБОДА СЛОВА В С. С. С. Р
ЖИЗНЬ СОВЕТСКОГО ГРАЖДАНИНА.
Это — жизнь советского гражданина «в общем и целом», как любят выражаться советские ораторы. В этом отделе обыватель «страны социализма» говорит преимущественно о самом себе. «Гордый обладатель одной шестой части земного шара» рассказывает о той невероятной нищете и полной безнадежности, какая и не снилась человеку Запада. Очень часто личная жизнь типичного советского гражданина проходила по такой формуле:
КОРОТКОЕ ЖИЗНЕОПИСАНИЕ ГРАЖДАНИНА С. С. С. Р.
В понедельник — родился.
Во вторник — в «ЗАГС» явился. (Бюро регистраций рождений, браков и разводов).
В среду — арестовали.
В четверг — на допросе побывал.
В пятницу — осудили.
В субботу — расстреляли.
В воскресенье — похоронили.
Что бы избежать такого печального течения жизни, советскому гражданину рекомендуется придерживаться шести заповедей, выработанных многолетней советской практикой.
ШЕСТЬ ЗАПОВЕДЕЙ
или
ИСКУССТВО ЖИТЬ В С. С. С. Р.
1. Не думай.
2. Если подумал, не говори.
3. Что сказал не записывай.
4. Если записал, не печатай.
5. Если напечатал, не подписывайся.
6. Если подписался, немедленно дай опровержение.
Эти 6 заповедей явились ответом на 6 условий, которые в начале 30-х годов объявил Сталин Про эти «гениальные» условия шумно и долго писала советская пресса, трещало радио.
В результате этих шести условий, рабочих так прикрутили, что начались массовые бегства с фабрик и заводов. В это самое время катастрофически падал жизненный уровень трудящихся. Жизнь становилась невыносимой, невозможной.
Тогда в народе потихоньку заговорили о четырех добавлениях к шести условиям Сталина. А именно:
Солнечное отопление. Лунное освещение.
1. Солнечное отопление.
2. Лунное освещение.
3. Заочное питание.
4. Гробовое молчание.
Заочное питание. Гробовое молчание.
И нужно сказать, что бедным гражданам С. С. С. Р. волей — неволей приходилось строго придерживаться этих четырех добавочных условий.
Представим себе, что гражданин С. С. С. Р. который безусловно очень строго старается выполнить указанные выше шесть заповедей, и потому пока-что не расстрелян (повезло-же человеку!), выходит утром на роботу и встречает своего хорошего знакомого. — «Как поживаете? — спрашивает он приятеля. Приятель отвечает:
1.
— Иван Иванович, как поживаете?
— Как Ленин.
— ?!
— И не хоронят и есть не дают.
Необходимо здесь пояснить, что коммунистического праведника Владимира Ильича Ленина не похоронили, как простого смертного, а набальзамировали и поместили в так называемый «Ленинский Мавзолей» в Москве около одной из стен Кремля, куда советская власть организовала «добровольно — принудительное» паломничество населения к новоявленным советским мощам.
2.
— Иван Петрович, какова жизнь молодая?
— Чудесно, живем как в Африке.
— Как так?!
— Питаемся бананами и ходим голыми.
В этом анекдоте содержится намек на то обстоятельство, что при постоянном недостатке основных продуктов питания, как например: масло, сахар, мясо, сало и т. д. — гастрономические магазины С. С. С. Р. были некоторое время завалены… полу-гнилыми бананами.
Что-бы понять смысл следующего анекдота, необходимо указать, что все жилые помещения в СССР одно время были объедены в так называемые «Кусты».
3.
— Иван Семенович, как поживаете?
— Довольно близко к природе.
— А именно?
— Днем ходим голыми, а ночью прячемся в «кусты».
Однажды советский гражданин встречает Ивана Никифоровича. Иван Никифорович немного философ и склонен жить не только текущим моментом, но и заглядывать мыслью в прошлое и будущее.
4.
— Иван Никифорович, мое почтение, как поживаете?
— Ничего себе, средне. Хуже чем в прошлом году, но лучше, чем в будущем.
Советский гражданин приходит на службу. Он разворачивает газету. Это, обыкновенно, либо «Известия», либо «Правда» — один из двух центральных органов печати Советского Союза. К сожалению, каждый из них имеет фатальный недочет.
ФАТАЛЬНЫЙ НЕДОЧЕТ.
— Скажите, вам нравятся «Известия» и «Правда»?
— Откровенно говоря, не совсем.
— Почему?
— Да, видите-ли, в «Известиях» недостает правды, а в «Правде» — известий.
Но все-таки читать советскую прессу в советских условиях абсолютно необходимо. Об этом свидетельствует такой случай:
ПОЛЬЗА ОТ ЧТЕНИЯ
Однажды на какой-то большой съезд приехал в Москву делегат города Одессы. На съезде говорили, конечно, о достижениях. Между прочим было упомянуто о консервном заводе — гиганте, построенном в Одессе на Пересыпи.
— Но, позвольте, — удивился делегат, — я только-что приехал из Одессы, живу именно в Пересыпи и ничего об этом не слыхал!
Бестактное заявление делегата вызвало всеобщее возмущение.
— Газет не читаете, товарищ! — с укором бросил ему председатель съезда.
Возвращаясь после работы домой, советский гражданин решает зайти купить кое-что в одном из советских «церабкопов», «гастрономов» или «бакалей». Но опять-таки все эти магазины объединяет одна фатальная особенность:
ЧЕГО ТОЛЬКО НЕТ!
— Ну, как? Есть что-нибудь в церабкопе?
— О, чего там только нет! Соли нет, сахара нет, масла нет, спичек нет… чего, чего только нет!
Перед тем советский гражданин, по обыкновению, постоял в очереди. Представление о большой очереди, как о чем-то совершенно неизбежном; и нормальном, даже в мирное время, настолько вошло в плоть и кровь каждого советского гражданина, что с одним советским научным работником произошел такой случай:
БЕЗ ОЧЕРЕДИ
Советский ученый получил командировку за границу.
— Ты же обязательно привези нам оттуда что нибудь — просила его жена.
Научный работник обещал, но вернулся с пустыми руками.
— Не было в магазинах товару? — поинтересовалась жена.
— Ах, нет, товаров в витринах было сколько угодно, а вот очередь искал — нигде нет. Так и пришлось вернуться ни с чем.
Да, собственно говоря, и купить на свои деньги мог советский гражданин не очень много. Это рисует такой пример: старший научный сотрудник Академии Наук, который руководил группой младших научных сотрудников, получал 600 рублей в месяц. В то время хороший костюм стоил 1.500 рублей, и пальто стоило 1.500 — 1.800 рублей, Таким образом, для того чтобы приобрести приличный костюм, нужно было не пить и не есть три месяца и только при таких невыполнимых условиях удалось-бы прилично одеться на свой заработок.
Но дело заключалось не только в реальной стоимости советского рубля. А в чем еще — разсказывает такой анекдот:
МНОГОСЕМЕЙНЫЙ.
Работник заполняет одну из неисчислимых анкет в советском учреждении. В анкете графа об «иждивенцах».
— Знаешь товарищ, — работник чешет затылок, — мои «иждивенцы» в эту графу не влезут. Я многосемейный.