— Понятно. Значит, вы обратились к нам, чтобы быть уверенным, что дебют вашей сестры пройдет успешно.
— Да. Но прежде чем мы начнем обсуждение, мне нужно немного рассказать вам про Рози.
Тень улыбки пробежала по ее очаровательным губам.
— Вы уже сказали, что она застенчива.
— Да, застенчива, несмотря на удивительно откровенные замечания насчет того, какие глупые слухи рождаются в высшем обществе.
— Только в высшем обществе? — лукаво спросила она. — Вы должны сознавать, что слухи бродят в каждой деревушке, в городках, в больших городах Англии и, уверена, всего мира. Будете утверждать, что мастера по металлу в Ньюкасле не грешат слухами?
Такого он утверждать не мог. Чего стоили одни только слухи, охватившие весь город после смерти отца. Говорили даже, что это Джеффри убил его, чтобы наложить лапу на герцогство. Смешно! Во-первых, герцогство возникло на горизонте уже после смерти отца, и Джеффри понятия не имел, что станет наследником. А во-вторых, он бы вернул герцогство назад, если бы это было возможно. Но так как сильные мира сего настаивают, что ему придется быть герцогом, логично будет получить все преимущества, которые прилагаются этому проклятому титулу, — а их на самом деле было не так много, как наверняка думали люди.
— Не скажу, что они никогда не судачат, — заметил Джеффри. — Но им приходится слишком много трудиться, добывая для своих семей хлеб насущный, чтобы тратить время на сплетни. Их жизнь не пронизана слухами настолько глубоко, как здесь, в Лондоне.
— Я поняла. Значит, они высокопринципиальные мастера по металлу. — Леди Диана черкнула пару строк в записной книжке.
Он наклонился к ней.
— Что вы там пишете?
— Все, что поможет мне лучше понять своеобразие положения, в котором оказалась ваша семья. Тогда я смогу сделать для вашей сестры все возможное. Кроме того, я отметила себе, что нам с сестрами нужно называть вашу сестру леди Розабел.
— Зачем? Это же я унаследовал чертов титул.
Она нацарапала еще несколько заметок. Он мог только догадываться, что в них значилось. Наверное, что-то вроде: «Заставить его светлость прекратить браниться». От этого ему захотелось браниться еще больше.
Когда она опять подняла на него глаза, губы ее были сжаты в тугую, узкую линию.
— Правила обращения к титулованным особам имеют свои особенности, и одна из них заключается в том, что, если титул наследует мужчина, к его братьям и сестрам следует обращаться так, как если бы их отец был жив и обладал данным титулом. Если, конечно, вы озаботились получением патентной грамоты. Если нет, тогда нам следует заняться этим как можно скорее.
— Нет, еще не успел. Если вы думаете, что это поможет повысить шансы Рози, тогда, конечно, делайте. А моя матушка, получается, станет вдовствующей герцогиней?
— Правила не распространяются на вашу матушку, потому что она вошла в семью через брак. Только на вашу сестру. Так что ваша матушка остается миссис Брукхаус, а вот ваша сестра теперь — леди Розабел Брукхаус.
— В этом нет никакого смысла.
— Правила не рассчитаны на такую необычную ситуацию, в которой оказалась ваша семья. В подобном случае они, конечно, выглядят бессмысленными.
— Бессмысленными — вот точно подмечено. — Джеффри взглянул на карманные часы и обнаружил, что они торчат здесь уже три четверти часа. Поднявшись на ноги, он опять начал расхаживать взад-вперед.
— Давайте ускоримся. Я вижу, что вам не терпится покончить со всем этим.
— Неужели вы заметили? — саркастически осведомился он. — За время, проведенное у вас, я мог бы сконструировать мост.
— Целый мост? — ответила она сарказмом на его сарказм. — Либо вы исключительно искусный инженер, либо ждали меня много дольше, чем мне показалось. За это время я не смогла бы даже выкройку платья набросать.
Яд в словах леди Дианы удивил его. Характер у нее был, видно, тверже, чем у всех других светских женщин, которых ему доводилось встречать.
— Может, я слегка преувеличил.
— Подумать только! Мужчина — и преувеличил. Никогда с таким не сталкивалась. — Она ткнула в его сторону карандашом. — Послушайте, если вы искренне заинтересованы в нашей помощи, мы должны понять, что вам требуется, а вы, кажется, не в силах этого объяснить.
Леди Диана опять лизнула кончик карандаша, и ему пришлось подавить стон. Пока она писала в своей записной книжке, Джеффри смотрел на ее очаровательный рот, думая о том, каковы на вкус эти пухлые, соблазнительные губы.
Когда она заговорила снова, ему потребовалось какое-то время, чтобы сообразить, о чем речь.
— Итак, пожалуй, мне следует рассказать вам обо всем, что мы делаем, чтобы обеспечить юной леди самый успешный дебют. А затем вы выберете те услуги, которые понадобятся вашей сестре.
— Прекрасно!
— Может, предпочтете сесть, пока я пройдусь по всем пунктам?
— Я бы предпочел стоять. Неподвижность действует мне на нервы. В особенности когда я сижу на такой хлипкой мебели. — Он показал на кушетку.
— А ваши метания по комнате действуют на нервы мне, — отрезала она. — И пусть внешний вид этой шератоновской кушетки вас не обманывает. У нее крепкая конструкция, которая выдержит даже такого здоровяка, как вы.
— Что ж, поверю вам на слово, — проворчал он и снова опустился на свое место. — Может, начнем?
— Конечно. — Она взяла другой блокнот и принялась перелистывать его. — В общих чертах, если мы помогаем юной леди со всеми аспектами дебюта…
Вот так началось схождение Джеффри в ад.
Глава 2
Диана, стараясь не терять терпения, начала во второй раз объяснять, почему за представлением леди Розабел королеве должен последовать ужин для узкого круга приглашенных в городском особняке герцога. Однако этот человек ее настораживал, и в первый раз в жизни она не могла объяснить почему.
За прошедшие четыре года она работала с дочерьми и женами графов и баронетов, адмиралов и генералов. Даже имела дело с каким-то промышленным магнатом. У некоторых из этих мужчин полностью отсутствовали манеры, другие задирали нос все из-за того же скандала. Но она всегда была готова натянуть на лицо улыбку и продолжать работать.
А те немногие, которым хватало глупости делать ей и ее сестрам отвратительные предложения? Те вдруг обнаруживали, что им придется заплатить весьма значительную сумму, если они желают, чтобы «Элегантные события» продолжали снисходить до сотрудничества с ними. Однако никто из них не доводил ее до белого каления так, как это сейчас удавалось герцогу. И в этом не было никакого смысла.
Хотя нет, какой-то смысл был. Казалось, этот мужчина не способен сосредоточиться ни на чем, кроме ее карандаша, потому что каждый раз, когда она облизывала кончик