– Вот уж не думал, – сказал Бильбо, – что когда-нибудь выгляну наружу из этих ворот. И что так обрадуюсь снова солнцу и свежему ветру! Да только ветер-то холодный!
И, действительно, в резком восточном ветре угадывалось приближение зимы. Он вихрями носился над и меж выступами Горы и стонал в скалах. Гномы, побывав, словно в духовке, в подземном логове дракона, теперь дрожали даже на солнце.
А Бильбо вдруг понял, что он не только очень устал, но и сильно проголодался.
– Утро уже на исходе, – сказал он, – и так или иначе, а пора бы позавтракать – если у нас есть хоть какой-нибудь завтрак. Правда, не думаю, что лучшее место для перекуса – на крылечке у Смарда. Давайте найдем другое.
– Ты прав! – отозвался Балин. – Думаю, нам стоит дойти до старого дозорного поста у юго-западного склона Горы.
– А скоро мы туда доберемся? – поинтересовался хоббит.
– Часов пять похода, – ответил Балин, – и путь нелегкий. Дорога от Ворот вдоль Горы по левому берегу потока, похоже, разбита. Но вот там, у руин Дола, где река резко сворачивает к востоку, когда-то был мост, за которым крутые ступеньки подымались на правый берег, а оттуда к Вороновому холму уже шла дорога. У подножия холма от дороги отходила тропа, взбиравшаяся к смотровой площадке. Но подъем там крутой, даже если ступеньки и целы!
– Да уж, – проворчал Бильбо, – опять поход и подъем, и снова без завтрака. А сколько еще завтраков и других приемов пищи пропустили мы в этой проклятой дыре, где нет ни часов, ни времени!
По правде говоря, прошли две ночи и день между ними (и не совсем без перекуса) с тех пор, как дракон уничтожил волшебную дверь, но Бильбо сбился со счета и не знал, истекли одни сутки или целая неделя.
– Пошли, пошли, – засмеялся Торин.
Настроение его снова начало улучшаться, тем более что в кармане постукивали друг о друга драгоценные камни.
– И не смей называть мой дворец проклятой дырой! Погоди, пока его не вычистят и снова не украсят!
– Ну, разве после смерти Смарда! – мрачно проронил Бильбо. – А, кстати, где он? Я бы отдал свой завтрак, чтобы это узнать. Надеюсь, он прямо сейчас не наблюдает за нами с вершины Горы?
Такое предположение сильно встревожило гномов, и они быстро согласились и с Балином, и с Бильбо.
– Надо отсюда уходить, – сказал Дори. – Я словно чувствую, как мне в спину упирается взгляд дракона.
– Здесь холодно и уныло, – добавил Бомбур. – Есть вода, но никаких признаков еды. Дракону, верно, приходилось жить впроголодь.
– Пошли, пошли! – закричали остальные. – Так, как говорит Балин!
Справа к реке подступали скалы, и тропы там не было, пришлось ковылять по камням вдоль левого берега, и от окружающего запустения и разорения присмирел даже Торин. Мост, о котором говорил Балин, давно рухнул, и оставшиеся от него крупные камни, словно речные валуны, лежали на шумном перекате, но все без труда перешли поток вброд, отыскали древние ступени и поднялись на обрыв. Вскоре наткнулись на старую дорогу, и она привела в глубокую впадину между скалами, где немного отдохнули и позавтракали тем, что у них оставалось, преимущественно подкормом* и водой. (Состав этого подкорма мне точно не известен, это нечто сухареобразное*, он не портится, но используется не для удовольствия, а как довольствие*, и привлечь может лишь желающего потренировать челюсти. Озеряне изготовляют подкорм для дальних странствий).
Потом продолжили путь. Дорога уходила от реки к западу, и все ближе подступал южный отрог Горы. Наконец достигли идущей на Холм тропы. Она круто взбиралась вверх, все гуськом поплелись по ней и уже под вечер оказались на вершине хребта против клонящегося к западу холодного солнца.
Здесь они обнаружили открытую с трех сторон площадку, ограниченную с севера ровной скалой с похожим на дверь проемом. От этого проема открывался обзор на восток, юг и запад.
– В старое время, – сказал Балин, – мы всегда держали тут дозорных, а это вход в помещение, вырубленное для них в скале. Вокруг Горы располагалось несколько таких площадок. Но во времена нашего благополучия в дозорах не было особой нужды, и дозорные не слишком напрягались, иначе мы бы раньше узнали о появлении дракона, и все могло сложиться по-другому. Спрячемся в скале и, не бросаясь никому в глаза, будем вести наблюдение.
– В этом мало толку, если нас видели во время подъема по тропе, – бросил Дори, который все время поглядывал на вершину Горы, словно опасался, что там, как птица на шпиле, сидит дракон.
– Придется рискнуть! – ответил Торин, – Сегодня мы уже не способны двигаться дальше.
– Это правда! – воскликнул Бильбо и рухнул наземь.
В помещении могла укрыться добрая сотня дозорных, а за ним, глубже в скале, находился зал поменьше, куда не так проникал холод снаружи. Всюду было пусто, похоже, при Смарде сюда не забредали даже дикие животные. Все сбросили поклажу, некоторые тут же улеглись и заснули, остальные сели у выхода на площадку и принялись обсуждать дальнейшие действия. Во время разговора они все время возвращались к одному и тому же вопросу: «Где Смард?» Смотрели на запад – и не видели дракона, не видели на востоке, и на юге не было никаких его следов, разве что там кружила большая стая птиц. Они вглядывались и недоумевали, но так и не пришли ни к каким выводам, а в небе меж тем уже появились первые холодные звезды.
________________
*фыркали и шаркали – puffling and shuffling.
*Огоньку не найдется? – Give me a light. Одновременно посвети мне и дай прикурить.
* то отблески, то звяканье – a glint and a tinkle.
*– О небеса! Или подземелья! – what on earth or under it has happened!
*сребросверк – mithrill (из вымышленного языка эльфов, переводится как серый блеск).
*вырубленные в диком камне… не встретив ни одного дикого существа – cut out of the living rock… met no sign of any living thing.
*подкорм – cram (to cram – пичкать, откармливать).
*сухареобразное – biscuitish.
*для довольствия, а не удовольствия – sustaining… not entertaining.
Глава 14
Вода и пламя
Если вас, вот как гномов, интересуют сведения о Смарде, следует вернуться