— Рад, что тебе нравится, Миш. — Он улыбнулся ему. — А теперь давай собираться ко сну. Завтра нас ждёт важный день. Поедем к новому крутому доктору, договорились?
— Да! — Миша кивнул, вытирая слёзы. — Он поможет мне?
— Постараемся сделать всё, что только возможно, сынок.
Я вздохнула и отмерла, и тогда мы уже вместе помогли Мише переодеться в пижаму, которую Вадим достал из комода. Динозавры, конечно.
Зелёная с тираннозавром на груди.
Вадим бережно снял с Миши штаны, массируя мышцы на голенях лёгкими движениями. А я стояла и смотрела, как он хмурится, разглядывая тонкие ножки моего сына. Потом надел пижамные штаны и застегнул пуговицы на кофточке.
Они вдвоем сходили умыться и в туалет, а я... Я стояла столбом посреди комнаты, впервые не участвуя в этом всем. Это было... Это были такие странные ощущения. С одной стороны я привыкла и все выполняла на автомате, но с другой... С другой стороны, как будто кто-то снял с моих плеч тяжелый груз и разделил его со мной.
— Вот так. Готово. — Вадим уложил сына в кровать, укрывая одеялом и поправляя подушку под головой. — Спокойной ночи, Миш.
Он наклонился, целуя мальчика в лоб, потом в нос, и Миша захихикал.
— Щекотно, пап!
— Хорошо спи, сынок. — Вадим взъерошил его волосы. — Если что-то понадобится ночью, зови. Вот тут на кровати видишь, кнопка в виде робота, она немного светится в темноте. Нажми ее и я сразу приду, хорошо?
— Хорошо. — Миша зевнул, обнимая плюшевого динозавра, который лежал рядом на подушке. — Спокойной ночи, папа. Спокойной ночи, мамочка. Я вас люблю.
— И мы тебя любим, солнышко, — я наклонилась, целуя сына в щеку.
Вадим выключил основной свет, оставив включённым только ночник в форме луны на прикроватной тумбочке, и мы вышли из комнаты, прикрыв дверь.
В коридоре Вадим Дамирович развернулся ко мне, блеск в его глазах подстегнул меня и внутри всё сжалось в сладком предвкушении и одновременно неуверенности. Он протянул мне руку.
— Пойдём, җаным.
Я переплела пальцы с его пальцами, и позволила ему вести себя. Он впустил в меня внутрь его... нашей спальни вместе. Вадим закрыл дверь за нами и прислонился к ней спиной, скрестив руки на груди.
Тишина, в которой я мнусь напротив под его взглядом.
— Иди сюда, девочка.
Я выдохнула и шагнула к нему, потом ещё один шаг, и он притянул меня за талию, прижимая к себе.
Его губы нашли мои, и поцелуй был уже не таким нежным, как в ресторане. Он был властным и жарким. Зубами прикусил мою нижнюю губу, отчего я ахнула, и он тут же воспользовался этим, углубляя поцелуй.
Вадим приподнял меня, я обвила ногами его талию, руки как-то уже сами собой легли ему на плечи. Он понёс меня к кровати, продолжая целовать, не отрываясь ни на секунду. Опустил на край матраса, встав между колен, и его руки зарылись в мои волосы, запрокидывая мне голову.
— Вадим... — Я выдохнула его имя между поцелуями, цепляясь за лацканы его пиджака.
— Что, җаным?
— Я... я боюсь, что это сон. — Слова вырвались сами, и я зажмурилась от того, как глупо это прозвучало. — Что сейчас проснусь, и ничего этого не будет. Что ты...
Он отстранился, взяв моё лицо в ладони и заставляя открыть глаза.
— Посмотри на меня, моя девочка.
Я подняла взгляд, встречаясь с его глазами.
— Это не сон, Лера, — прошептал Вадим мне в губы. — Ты моя невеста. И ты станешь моей женой, как только мы подадим заявление на развод. Миша будет моим сыном, как только оформим усыновление. И никто никто никогда не разлучит нас. Веришь мне?
Я кивнула, и он снова наклонился, целуя меня еще глубже. Он стянул с моих плеч куртку и бросил её в сторону. Потом за ней последовал мой свитер, отчего я вздрогнула.
— Замёрзла? — Вадим провёл пальцами по моим рукам вверх и вниз, оставляя за собой дорожки мурашек.
— Нет... просто...
— Просто что?
— Просто я... — Я сглотнула, опуская глаза. — Я не знаю, что делать. Как себя вести. Я...
Вадим усмехнулся, подцепляя мой подбородок пальцем и заставляя посмотреть на него.
— Ты ничего не должна делать, җаным. — Он наклонился, целуя меня в шею прямо под ухом. — Просто позволь... позволь показать тебе, насколько сильно я хочу тебя. Позволь мне всегда заботиться о тебе. И... любить тебя.
Он положил ладони мне на спину, расстёгивая бюстгальтер и снимая его, ткань опала с груди вниз, пока Вадим не отрывал взгляда от моих глаз. Затем он вновь склонился и переместил губы ниже по шее, к ключицам, я выгнулась от этого прикосновении, застонав.
— Вот так, девочка моя, — он не отрывался от меня, покрывая верх груди поцелуями. — Не сдерживайся.
И тут зазвонил телефон.
Вадим замер, уткнувшись лбом мне в грудь, он выдохнул сквозь зубы что-то на татарском, что точно было ругательством. Потом выпрямился, доставая телефон из кармана брюк.
— Виктор, — он провёл рукой по лицу, не сводя с меня горящего взгляда. — Мне нужно ответить. Это по делу Андрея, могут быть важные новости.
Я кивнула, пытаясь отдышаться и привести мысли в порядок. Вадим принял вызов, включая громкую связь, и сел на кровать. Потом обхватил меня за талию и перетянул к себе на колени. Одна его рука обвила меня, притягивая спиной к его груди, вторая держала телефон.
— Виктор, — он положил подбородок мне на плечо, губами касаясь кожи за ухом. — Слушаю тебя.
— Вадим, привет. Извини, что звоню так поздно. Но подумал, что ты захочешь узнать новости как можно скорее.
— Говори.
Пальцы Вадима прочертили ленивую линию вовнутрь на бедре, а я прикусила губу, пытаясь сосредоточиться на разговоре.
— Андрея взяли под стражу по факту организации похищения ребёнка. Это раз. — Виктор зашелестел бумагами. — Плюс к этому всплыла история с незаконной торговлей, в которую он был вовлечён вместе с этим Максимом Крыловым из стриптиз-клуба. Крылов уже дал показания, надеясь на смягчение приговора. Это два.
— Дальше, — Вадим провел ладонью по моему животу внизу к поясу джинсов, я прислонилась к нему плотнее, слушая.
— Друга Андрея из органов опеки поймали на горячем. Он уже начал оформлять документы на Мишу как на ребёнка, изъятого у нерадивой матери. Всё это ещё до того, как "похищение" должно было произойти. Полный идиот, если честно. Сейчас ему грозит лишение должности и уголовное дело за служебный подлог и злоупотребление полномочиями.
Вадим хмыкнул, проникая кончиками пальцев под пояс джинс, касаясь белья, отчего я едва не подпрыгнула