Время поесть. Тем более сутки я не ел. Сегодня у меня тушенка, вода и чуть-чуть непонятно где найденного хлеба, наверное, от него я откажусь. Интернета и связи нет, поэтому в телефон можно написать этот текст, послушать ЛЮБЭ и посмотреть какие-нибудь фотки мирной жизни. Одиноко. Затрахала эта война. Вот. ЛЮБЭ уже включил. Да-а-а-а… Антуражно слушать песню “Комбат” под аккомпанемент реальных артиллерийских орудий. Хорошая группа, я еще в детстве ее слушал, папа включал…
10.11.2023
21:54».
Прицеплен комментарий:
«Быстрее бы, конечно, закончилось это все, держись, братуха
22:41».
Мне понятны острота впечатлений Тимофея и горячность при записях, когда рука не может записать ничего другого, кроме как о том, что тебя задело, бросило в окоп, чуть не убило.
* * *
«15 ноября 2023»
Видео: по селу с частично разрушенными домами и пустырями между ними растянулась цепочка бойцов. Забегают в двухэтажку. У входа в нее раздается взрыв…
«Н.п. Крынки, левый берег Днепра.
Выдвижение наших штурмовиков было обнаружено противником, и он начал наносить по ним огневое поражение.
Общая панорама села кажется безжизненной и уничтоженной, но это не так. Каждый дом – это огневая точка, каждый подвал – это безопасное укрытие. Противника там достаточно. На мое удивление в руинах села остаются мирные жители. На днях наши вытащили оттуда мужчину и женщину неходячую. Им повезло».
Наверно, мужчина остался со своей неходячей женой. Представил, как они сильно прижимаются друг к другу при взрывах. Люди преклонного возраста, у которых нет машины, чтобы уехать, либо не позволяет здоровье или не могут оставить дом.
* * *
«16 ноября 2023»
На видео – белоснежная собачка с черными пятнами по крупу и с коричневыми ушами ходит по двору около конуры, а потом заходит в нее и ложится.
«В общем Луну мне привезли из России. Она из приюта. Уже обжилась, на днях заселяли ее в будку. Девчонка смышленая, активно занимаюсь с ней. Но пока не пойму, то ли она случайно команды выполняет, то ли уже есть успех. Боится поводка и выходить гулять за ограду. Хочет играться с кошками, но они явно этого не понимают и мгновенно ретируются, а она за ними носится.
Передаем большое спасибо за корм семье Н.»
Выходит, собачка не местная…
* * *
«20 ноября 2023
Сегодня общался со своим другом. Обсуждали проблему идентификации наших погибших товарищей. В результате активных штурмовых наступательных действий были убитые, которых не было возможности эвакуировать сразу. Спустя несколько дней предпринимались попытки по эвакуации “двухсотых”. Безрезультатно. Спустя еще несколько дней на месте боестолкновения погибшие не найдены. Возможно, их эвакуировало смежное подразделение другого полка. Как среди “двухсотых” двух разных полков искать “своих”? Вопрос».
Далее Тимофей пишет об использовании для идентификации жетонов, которые имели военные в нашей армии.
И дальше:
«Фактически в мирное время жетоны никто не носил, а “подшивали” их к военному билету или удостоверению личности… Неожиданно для всех началась война, жетоны так и остались в этих самых военных билетах. Я не знаю, почему нет или не было доведено указания о ношении их… У меня в части никто их не носит, в том числе и я. Черт его знает… У меня первые ассоциации с жетоном это, конечно же, Великая Отечественная война и “солдатский медальон смерти”, возьмешь с собой, погибнешь. Хех, стереотипы и ассоциации.
Отсюда вытекает ряд проблем. Основная – изуродованные, пролежавшие не один месяц тела, невозможно идентифицировать командирам “на местах”. Где условно “свой”, а где “чужой”? Кого эвакуировать-то? Конечно, забирают всех, по мере возможности.
В Ростове есть центр опознания убитых военнослужащих. Все “двухсотые” в первую очередь едут туда. Если опознать убитого нет возможности, то берется ДНК, и если родственники погибшего сами обратятся и сдадут такой же анализ, то, возможно, они найдут своего сына/брата/отца/мужа. Но не факт. Единой базы ДНК военных нет. Почему-то. Хотя разговоры о необходимости ее создания были уже давно, еще до войнушки.
Я лично знаю один специфичный случай на этой войне, уверен, он не единичный. Солдат оказывается в госпитале. Травматическая ампутация верхней конечности, отсутствие памяти, сильнейшие ожоги тела. Эвакуационная команда, которая его доставала, была не из его подразделения.
Документов и жетона с личным номером при нем, естественно, нет, и никто в госпитале не может выяснить, откуда он, как зовут, из какой он части и т. д. Проходят месяцы. Мать обращается в Ростовский центр опознания. Сдает тест ДНК, и ей отдают запаеный цинк с останками ее сына. Сына хоронят на родине. Спустя полтора месяца у бойца восстанавливается потихоньку память, попытки связаться с матерью не увенчаются успехом. Он едет к себе в станицу и с удивлением узнает, что он уже пару месяцев как похоронен.
В общем после его ранения товарищи из его воинской части нашли только остатки руки и записали его в погибшие (а его самого-то уже эвакуировали другие. – Примеч. авт.). Руку отправили в Ростовский центр, где его тоже посчитали погибшим, и отдали матери. (Видимо, рука и находилась в цинке, который похоронили. – Примеч. авт.) Вот такая история… И сколько таких историй – сложно представить…»
* * *
«20 ноября 2023»
На видео войска на дорогах, на мостах, вертолеты обстреливают, самолеты пролетают, взрывы, танк бьет, горит техника, батюшка с крестом стоит на перекрестке среди домов и что-то восклицает.
«На видео операция “zаходим” в Херсонскую область. Ракетные удары по аэропорту Херсона, бои за Антоновский мост через Днепр, захват Херсона. 3 марта город