Сейчас рядом с Ридом стояли двое — заведующий Финн и Стейси.
— Кровопотеря была приличная, — говорил Финн. — Но селезёнку тебе сохранили, ты везунчик. Доктор Спенсер сделала все на отлично.
Рид повернул голову ко мне. Наши глаза встретились.
— За это ей огромное спасибо, — тихо сказал он мне.
— Всегда пожалуйста, — так же тихо ответила я.
— Доктор Спенсер, вы проснулись, — голос Финна зазвучал громче, а значит до этого он специально говорил тише, чтобы не потревожить мой сон. Осознавать это было очень приятно. — У вас же сегодня выходной, так что пора бы освободить больничную собственность и отправиться досыпать к себе домой, — по-хозяйски сказал он.
— Да, конечно, извините, — я тут же села на кровати, поставив ноги на пол. На секунду я представила, насколько у меня сейчас помятый вид, а потом успокоилась — Рида мне все равно не переплюнуть. — Просто вчера я.., - начала оправдываться
— Хорошенько поработали, — опередил меня Финн. — И по такому случаю рекомендую вам просить у вашего пациента премию, — подмигнул он мне.
Я лишь улыбнулась. Все-таки приятный он мужчина, наш заведующий.
— Будет вам премия, — проскрипел Рид со своей койки. — Уже и полежать спокойно не дают.
Вчера я хотела извиниться перед ним, но Финн и Стейсти собирались проводить осмотр. Я бы тоже могла остаться и подождать, пока они уйдут. Но решила, что извинюсь в другой раз, когда представится случай.
— Поправляйся, Джеймс, — сказала я ему, подойдя ближе. — Завтра увидимся.
— До встречи, док, — ответил он. — И не забудь: вечером ты снова едешь в клуб. Вероятнее всего с Дейвом. Тебе позвонят и скажут точно.
— Это тот, кто привез меня к тебе в первый день?
— Тот самый.
Я кивнула. По правде говоря, я и думать забыла о клубе, а Рид будучи едва в сознании — нет. Вот это самоотдача. Но ведь точно, сегодня суббота — и шоу должно продолжаться.
Я вышла из клиники в хмурое, серое утро, и холодный ветер окончательно привёл меня в чувство. Тело ломило от усталости, но я знала, что дома уже не усну. Рид пришел в сознание и даже помнил о работе, так что можно было не тревожиться сильно за него, пусть полостная операция и потребует более долгого восстановления. Нужно еще проверить, как там Майк.
Я взяла комм и написала ему короткое сообщение.
«Не спишь? Как себя чувствуешь?»
Ответ пришёл через несколько секунд.
«Живее всех живых. Остро нуждаюсь в твоих золотых ручках:) Когда можно к тебе приехать на перевязку?»
Я усмехнулась. Ну хитрец.
«Не нужно ехать, я выходная. Могу к тебе зайти и осмотреть, если не помешаю вам с мамой».
«Супер! Конечно заходи. Мама на работу с утра ушла. Квартира 411».
Зайдя к себе, я наспех привела себя в порядок, прихватила аптечку и отправилась к Майку. Позавтракать решила уже после.
Он открыл почти сразу. Гематомы на лице и руках за ночь расцвели еще больше, но глаза были живые и радостные.
— Ура, ты пришла, — улыбнулся он мне разбитыми губами.
— Ага, ура, — сказала я без большой радости в голосе. Даже просто смотреть на него было больно. — Скажи, мать-то тебя хотя бы отчитала, как следует, за такую красоту?
— Не-а, — не переставая улыбаться, ответил он.
Я лишь закатила глаза. Оптимизм — штука хорошая, но я и правда за него очень переживала.
Я прошла внутрь. Квартира оказалась немногим больше моей, чистая, с минимумом мебели, но уютная. На кухонном столе — две кружки с дымящимся чаем и тарелка с двумя кусками пирога.
— Сегодня с творогом, — Майк наверняка говорил о начинке выпечки. — Позавтракаешь со мной?
— Давай сначала тебя посмотрим. Как раз чай успеет остыть до комфортной температуры.
— Как скажешь, док.
Мой сосед начал снимать футболку, но было видно, что ему больно и неудобно делать это в одиночку.
— Осторожно, я помогу.
Когда мы освободили его от одежды, я сняла старую повязку с предплечья, которое штопала вчера.
— Швы чистые, нагноения нет. Дышится как? Рёбра сильно болят?
— Терпимо, — он скосил глаза на мои руки, которые обрабатывали кожу вокруг швов антисептиком. — У тебя руки тёплые, я заметил ещё вчера.
— Не отвлекай врача, — с напускной строгостью сказала я.
— Есть не отвлекать врача, — пошутил он и мы оба засмеялись. Правда, Майк тут же закряхтел от боли.
— Бедолажка, — я машинально провела рукой по его волосам, жалея.
— Еще, — его голос прозвучал неожиданно низко и атмосфера мгновенно стала почти интимной.
— Майк, ты же понимаешь.., - начала я.
— Да, конечно, — он отвернулся и смотрел куда-то вбок все время, пока я заканчивала с перевязкой.
— Спасибо, Кэм, — сказал он снова веселым голосом, когда я стала собирать все обратно в аптечку.
— Поправляйся, боец, — тоже весело ответила я — мы оба старались оставить момент недавней неловкости позади. — Если что-то опухнет или температура подскочит — сразу звони. Понял?
— Понял. Ну что, пить чай?
— Ага, только я к тебе ненадолго. Все же нужно постараться заснуть — вечером снова в клуб ехать, а завтра утром — смена в клинике.
— Нелегкая у тебя жизнь.
— Не сложнее вашей.
Майк понял, кого я имела в виду, говоря «вашей».
— Как там Рид? — Спросил он, пока мы усаживались за стол. — Слышал, ему вчера от Арса досталось.
— Пришлось оперировать, но сейчас угрозы нет. Утром уже говорил мне о работе, — ответила я, делая глоток чая.
— В этом весь Рид — ничем его не возьмешь. Он же и Арса вчера уделал. Отключился только после победы, прямо на ринге, мне пацаны сегодня утром звонили рассказывали. Арс, чтоб ты понимала, — настоящий зверь.
— Да, я видела его. Мы столкнулись на стоянке, он был с Белым Королем.
— Малоприятная, наверное, была встреча. Испугалась?
— Ага, не то слово. И этот Белый Король… жуткий.
— Что есть, то есть, — кивнул Майк, откусывая кусок пирога. — Наш Тоб с ним постоянно в контрах, завуалированных под «соседское сотрудничество», и вчерашний бой Арса с Ридом был еще одним способом Белого Короля уколоть Тобиаса. Напрямую нельзя — другие Короли нашего уважают и вписались бы за нас. Но, как видишь, Арс облажался, а вместе с ним и Белый.
— Как у вас все запутанно. Жаль только, что амбиции Черного Короля пришлось отстаивать Риду.
— Рид был не единственным претендентом на этот бой. Четверо приближенных Тоба тянули жребий, кто будет драться с Арсом. Ты его видела, так что желающих, как понимаешь, не было. И драться должен был Рени, но говорят, он