Книга была подписана псевдонимом, но читатели не сомневались, что автором является человек, близко знающий высший свет, а поскольку местом действия романа были Девоншир Хауз и Холланд Хауз, а в главном герое романа Гленорване безошибочно угадывался лорд Байрон, то все понимали, что автором романа является леди Каролина Лэм.
Человек, которому больше всего досталось на страницах «Гленорвана», – Байрон никак не отреагировал на выход его в свет, для него этот роман как бы и не существовал.
Гораздо острее отнеслись к «Гленорвану» друзья Байрона. Хобхауз, например, просто пришел в ярость, он записал: «Герой романа чудовище. Имеется в виду Байрон». Первым импульсом Хобхауза было поехать в Мельбурн Хауз и высказать Каролине все, что он думает о ней. «Я отправился к этой суке, – рассказывал он, – а она меня спросила, кому принесла хоть какой-то вред ее книга… она показала мне почти непристойные портреты ее и Байрона».
Каролина не собиралась отступать. Она воспроизвела в романе одно из писем, а когда Хобхауз высказал ей по этому поводу свое возмущение и пригрозил опубликовать кое-какие из ее писем, она ответила, что тогда она опубликует все письма Байрона, а также дневники, которые она вела на всем протяжении их романа.
Хобхауз уехал, разбитый наголову. Каролина, будучи в боевом настроении, оказалась не тем человеком, с которым стоило спорить.
Образ Байрона, выведенный Каролиной в «Гленорване», был мрачным, но она вовсе не изображала его чудовищем. Он выступал на страницах романа как любовник героини и был окутан ореолом доблести. Многие черты Байрона, изображенные Каролиной, вполне соответствовали действительности, и когда она преувеличивала его красивую внешность и характер, то только для того, чтобы изобразить своего героя еще более великолепным мужчиной, перед которым невозможно устоять, каким действительно был Байрон в жизни, хотя она характеризовала его гораздо более жестоким, чем он был на самом деле.
Роман «Гленорван» доказывал одно – Каролина до сих пор сходит с ума по Байрону. Она ненавидела его и все-таки обожала.
Байрон путешествовал по Европе, когда мадам де Сталь переслала ему «Гленорвана». Он нашел роман скучным, а успех «Гленорвана» оставил его совершенно равнодушным. Хотя можно предположить, что в глубине души Байрон был польщен таким интересом к его особе. При этом он понимал, что ему необходимо как-то отреагировать на роман – этого ждали в Англии. И он написал Муру: «Мне кажется, что если бы писательница написала правду – и ничего, кроме правды, полную правду – роман не был бы более романтичным, но более занимательным. Что касается сходства, портрет не может быть удачным – я слишком мало ей позировал».
После шумного – по существу, скандального – успеха «Гленорвана» в жизни Каролины Лэм наступил спад. Светское общество отторгло ее. Она заперлась в Брокете, неделями не вставала с постели, пила фужерами коньяк, глотала успокоительные таблетки. Периоды тяжелой депрессии сменялись вспышками истерического веселья, она приказывала седлать коня и скакала сломя голову по полям и лесам.
Ее неуемная энергия искала выход, ей необходимо было быть в центре внимания, жить в атмосфере скандала. Она решили повторить успех «Гленорвана» – в 1821 году написала второй роман, «Грэм Гамильтон». Роман не оправдал ее ожиданий. Он не был, как «Гленорван», согрет огнем страсти, ненависти и любви и был встречен весьма прохладно и продавался плохо. Каролина на этом не успокоилась – в 1823 году она выпустила свой третий роман – «Ада Рейс», который тоже не имел успеха.
Настроение Каролины в тот период нашло отражение в письме ее новому другу писателю Уильяму Годвину. Она писала:
«Если бы вы жили здесь, вы бы не стали говорить, что природа не сделала лучшее для нас. Здесь все выглядит замечательно, все цветет. У меня нет никакой возможности в настоящее время поехать в Лондон, но если я доживу до июня, то навещу Лондон. Не думайте, что я живу здесь ради здоровья, что я много гуляю и выгляжу замечательно. Я напоминаю разбитую лодку, ибо я никогда не возвышусь и не буду великолепной – я только маленькая веселая лодка, выброшенная на берег где-нибудь в Воксхолле или около лондонского моста, или возможно раненая, но не до смерти, как бабочка, коснувшаяся пламени свечи. В моей карьере не было ничего чувствительного или интересного. Все, что я знаю о себе, это то, что я была счастлива, хороша, богата и окружена друзьями. Теперь у меня остался один верный друг Уильям Лэм и еще двое в лице моего отца и брата, но здоровье, душа и все остальное ушло – как это случилось? Конечно, не по велению Бога, я медленно, постепенно угасаю по моей собственной вине».
Впрочем, в этом письме, как и во многих других, Каролина не вполне искренна. Временами она оживала, к ней возвращалась бодрость. Она по-прежнему жаждала внимания и поклонения со стороны молодых мужчин, с которыми сталкивалась. Однако одних отталкивало полное отсутствие у нее сдерживающих начал, другим же льстило ее внимание, аристократическое происхождение и то, что она знаменита. Она была любовницей великого лорда Байрона, одного из самых мужественных и красивых любовников века, и вот она тут – приглашает молодого человека занять его место в ее постели.
Портрет Уильяма Годвина. Художник Дж. Норткот
Однако когда молодым людям предстояло показать себя, они зачастую обнаруживали, что она совсем не такой уж замечательный партнер в занятии сексом. Она обычно заливалась слезами и не могла удовлетворить ни себя, ни их.
Всякая переписка с Байроном оборвалась после выхода в свет романа «Гленорван». До Каролины доходили только смутные слухи о том, как он живет там, в Европе. Она была уверена, что никогда в жизни больше его не увидит. Но судьба распорядилась иначе.
Новость обрушилась на нее неожиданно. В момент нечастого приступа веселья в Брокете ей принесли короткую записку от мужа: «Каролина, держись, я знаю, это будет для тебя ударом – лорд Байрон умер».
Она упала в обморок, и ее отнесли в постель. Это был шок, от которого она потом так и не оправилась. Но судьбе этого показалось недостаточно, и Каролину ожидало еще одно страшное испытание.
Она пролежала в постели два месяца, безразличная ко всему, но к середине июля стала поправляться, и сэр Уильям вывез ее на небольшую прогулку в открытом