Эвелин не смутилась и продолжала молчать. Матиас заметил лишь почти незаметное подергивание ее губ.
– Вот ваш шоколад, – официант переставил с подноса на столик две чашки и блюдца со сдобой.
Прежде чем вернуться к стойке, он водрузил между ними контейнер с салфетками, на которых стоял логотип заведения.
– Вижу, ты узнал мое настоящее имя, – только и сказала она, разламывая булочку.
Ее руки были абсолютно спокойны и не дрожали.
Как ты можешь быть такой холодной?
– То есть?.. – спросил он.
– То есть – что?..
– То, что ты солгала мне, и не только в этом… – Матиас не собирался раскрывать сразу все свои карты.
Так ты скажешь мне, что это был спектакль? У тебя хватит смелости признаться?
Он взял в руки чашку и начал потягивать шоколад, чтобы избавиться от смущения.
Вдруг девушка рассмеялась.
– Что тут смешного?
Эвелин достала из контейнера салфетку и протянула ему.
– У тебя шоколадные усы, ты такой забавный.
Ее глаза тоже смеялись.
– Это не кажется мне смешным. Более того, подобное просто неуместно, – ответил он, отказываясь жестом от салфетки и вытирая губы тыльной стороной ладони.
Эвелин отломила кусочек булочки.
– Злишься?
– И ты меня еще спрашиваешь? Ты лгала мне во всем, с самого первого момента, когда мы встретились, и до последнего, когда исчезла из моей комнаты.
Девушка пристально смотрела на него, теперь ее взгляд был серьезным. Она неторопливо крошила булочку на блюдце, не прерывая зрительный контакт.
– Не во всем, Матти.
Лгунья. И не называй меня так!
– Ты действительно очень мне нравишься.
– Тогда боюсь и представить, что бы ты могла сделать с человеком, который тебе не нравится…
Эвелин опустила голову и продолжала машинально измельчать свою булочку.
– Все сложнее, чем ты думаешь… – прошептала она, как будто признавалась в этом самой себе.
– Достаточно было бы начать с признания, что ты сделала это для своего отца, – сказал Матиас.
Впервые на ее лице появилось выражение, похожее на растерянность, как у жертвы, пойманной хищником и не имеющей возможности сбежать.
Бинго!
Эвелин кивнула.
– Как я сказала, все сложнее, чем кажется, – повторила она.
– А мне, наоборот, думается, что все и так ясно. Никаких тайн: это сделали ты и твой папочка. И чтобы он получил еще больше власти в Sensaction, вы погубили меня и мою семью…
Эвелин резко подняла глаза. Они были полны изумления.
– Ты так думаешь?
– Именно! И я также думаю, что ты в восторге от Sensaction и их планов. Ты притворялась, что шокирована их намерениями, а на самом деле была на их стороне. Устроила весь этот спектакль, чтобы подставить меня.
– Ты не понимаешь, о чем говоришь, – возразила она.
Но Матиас уже не слушал ее. Через окно кондитерской он увидел трех парней, которые начали пристально наблюдать за ним еще с улицы. Хотя на них не было униформы, судя по их фигурам, они вполне могли быть сотрудниками частного охранного агентства. Матиас заметил, что они дружно зашагали в сторону двери их кафе.
– Я так и знал, что это ловушка! Как глупо было дать тебе еще один шанс! – выкрикнул он, вставая из-за стола.
В спешке опрокинул свой стул на пол. Все присутствующие подняли головы и испуганно посмотрели на них.
– Что ты такое говоришь? – спросила девушка с таким видом, как будто она действительно ничего не понимает.
Матиас ничего ей не ответил. В панике он огляделся вокруг, ощущая полный ступор.
И что мне теперь делать?
Когда ребята осматривали это место накануне, они выбрали его, потому что тут был выход с задней стороны помещения. Но, войдя внутрь, Матиас забыл найти глазами эту дверь заранее, как ему рекомендовали.
В этот момент какой-то мужчина, сидевший за соседним столиком, окликнул его по имени.
Юноша повернулся к нему, но не узнал.
– Матиас, беги! Вон туда! – приказал незнакомец, вскакивая со своего места и указывая на дверь рядом с туалетом, которая вела на кухню кондитерской. Юноша побежал вместе с ним на задний двор, мимо стального кухонного стола к служебному выходу. Через несколько секунд они оказались в боковом переулке.
Снаружи их ждала машина с работающим двигателем.
Эвелин, оставшись одна в зале, испуганно наблюдала за этой сценой. Она не находила в себе сил встать со стула. Перед ней на блюдце лежала груда крошек, оставшихся от булочки.
Два
Себ находился в хлеву с коровами. Он знал их всех и называл по именам. Когда Матиас открыл деревянную дверь и вошел внутрь, тот стоял рядом с Нериной, страдавшей последние несколько дней от мастита.
– Вижу, это была хорошая идея отправить к тебе Андреа. Ты с ним не был знаком, но он один из самых надежных людей в Союзе. Ты сам убедился, на что он способен, – удовлетворенно сказал Себ, продолжая гладить пятнистую шкуру животного.
– Прекрасная идея, тем более что я уже успел запаниковать, – улыбаясь, ответил Матиас. За время дороги обратно на ферму он успел познакомиться с Андреа и пообщаться с ним. Помолчав, юноша добавил:
– Знаешь, что меня поражает?
– Что же? – спросил Себ.
– То, что у вас здесь есть взрослые, которые принимают вас такими, какие вы есть, не пытаясь поменять. И еще они признают тебя Главным. Это невероятно! Просто какой-то рай…
Себ рассмеялся:
– Да, может быть! Но на самом деле это совсем не так. Мы здесь тоже ссоримся. И взрослые тоже стоят над нами, как и везде. И иногда, да даже весьма часто, мы не можем выносить друг друга.
Матиас вспомнил тех двоих, отца и сына, которые спорили из-за замены масляного фильтра. Он покачал головой:
– Да… Но здесь взрослые не используют импланты. По крайней мере, вы можете разговаривать с ними, не испытывая страх, что они заблокируют вас за малейшую ошибку.
– Это правда. Тут, конечно, не рай. Но здесь можно ругаться мирно! – снова смеясь, признал Себ.
Ругаться мирно. Действительно, звучит немного смешно. Однако…
– Во всяком случае, я искренне благодарен вам. Не знаю, как бы я без него справился, – сказал Матиас.
– Я же говорил, что мы не оставим тебя одного! Пойдем в кабинет, расскажешь, как все прошло, и мы подведем итоги все вместе. Ринго и Марика уже ждут нас.
Себ еще раз погладил Нерину, что-то прошептал ей на ухо и уверенным шагом вышел на улицу. Матиас последовал за ним. Ему очень хотелось успеть поговорить с Себом на улице, но пришлось сдержаться, поскольку к ним присоединился один из работников конюшни, чтобы рассказать Главному об итогах утреннего визита ветеринара. Что же касается встречи Матиаса с Эвелин, так как Себ не мог участвовать в этом лично, то он следил за операцией прикрытия издалека. Оказалось, он поручил нескольким взрослым из Союза тайно контролировать Матиаса и постоянно сообщать Главному о том, что происходит.
Дойдя до главного здания, они попрощались с мужчиной и сразу же направились в кабинет, не обменявшись ни словом. Там нашли Ринго, занятого сканированием для Марики стопки счетов, которые нужно было сохранить в архиве. Тем временем сама девушка сидела перед компьютером,