Тем временем отец осматривал комнату, словно бы ища следы визита девушки. Матиас проследил за его взглядом, не испытывая ни беспокойства, ни страха осуждения. Он чувствовал себя уверенно, им овладела неведомая внутренняя сила: Эвелин изменила его, сделала другим.
Отец сделал несколько шагов к двери. Обернулся на мгновение, чтобы взглянуть еще раз на сына, при этом его мысли и эмоции были Матиасу непонятны. Затем, ничего не сказав, вышел из комнаты.
Матиас подождал, пока не услышал его шаги по лестнице, и затем с нетерпением схватил мобильный телефон Союза, который прятал в кармане куртки. Он спешил отправить сообщение Эвелин.
Прежде всего хотел поблагодарить ее, а затем сказать, что никогда не был счастливее, чем с ней, и что вместе они будут делать великие дела, и что ему не терпится увидеть ее снова, и что им непременно нужно увидеться в этот же день, нет, прямо сейчас, в этот самый момент, и где бы она ни была, он мигом примчится к ней.
Эвелин ответит ему сразу. В этот раз его очередь сделать шаг навстречу.
Он перечитал текст и отправил. Послание казалось ему одновременно серьезным и романтическим. Таким же, как его новое «я».
Он не отрываясь смотрел на экран телефона.
Смотрел и смотрел на экран…
Эвелин?
Эвелин???
Тринадцать
Почему она ему не ответила? Как понять ее молчание?
Матиас провел бессонную ночь, непрерывно глядя на синий экран телефона.
Прошло полтора дня.
Ноль звонков.
Ноль сообщений.
Ноль Эвелин.
У него не было других мыслей, кроме бесчисленных предположений, среди которых вертелись самые нелепые.
Твой телефон упал и сломался, поэтому ты не можешь ни получать, ни отправлять сообщения. И позвонить мне тоже.
Тебя задержали и обыскали, когда ты вышла из моего дома. Они нашли устройство с данными моей мамы у тебя в рюкзаке. Тебя арестовали и сейчас допрашивают спецслужбы в каком-то темном подвале. А так как у тебя стойкий характер, они уже начали применять пытки.
Тебя ударили по голове, когда ты шла к себе домой, ограбили, и никто до сих пор не нашел тебя.
Тебя похитил серийный убийца, маньяк, и посадил на цепь у себя на чердаке.
Тебя сбила машина, когда ты переходила улицу. Ты в гипсе в больнице. Нет, ты в коме в реанимации. Или вообще уже умерла, и, так как о нас двоих никто не ведает, я узнаю об этом последним.
Матиас сорвал с вешалки куртку и захлопнул входную дверь. Нужно выйти на улицу, чтобы прервать эти абсурдные мысли, роящиеся в его голове; наверняка Эвелин скоро свяжется с ним, как только сможет. Ведь, честно говоря, ей есть чем заняться, учитывая ее позицию в Союзе.
Холодный утренний воздух, заполнив ноздри, заблокировал его и без того сбившееся дыхание.
Надо было надеть шарф.
Юноша застегнул до подбородка молнию куртки и спрятал нос в воротник.
У него не было четкой цели. Он прошел через сквер на большой бульвар и повернул направо. Несколько машин медленно ехали мимо с одинаковой скоростью, которую им задавали датчики, установленные под асфальтом. Матиас остановился и наблюдал за ними с тротуара. Вся жизнь, казалось, текла сейчас в замедленном темпе, как будто некая высшая сущность временно приостановила ее в ожидании новостей от Эвелин.
– Эй, вот так встреча!
Матиас резко обернулся. Он не мог узнать парня, который с ним поздоровался.
– Привет, я Илья!
Илья?
– Ну, Илья, мы виделись на прошлой неделе в том ангаре, – напомнил тот, снимая шерстяную шапку.
Матиас вспомнил: это был юноша, сидевший рядом с ним в круге. Тот, с рыжим чубом. С другой стороны тогда находился неприятный высокомерный блондин.
Но мы – все, кто в Союзе, – не должны сообщать об этом на публике!
– Я не думаю, что нам стоит останавливаться на улице и показывать, что мы знакомы, – сухо сказал Матиас, тщательно проговаривая слова так, чтобы их можно было прочитать по губам.
Илья от души рассмеялся.
– Что тут смешного? – с легким раздражением спросил Матиас.
Если бы Эвелин находилась сейчас с ними, то ей было бы что сказать по поводу такого поведения.
– Да ладно тебе, мы ведь уже все сделали!
Что сделали?
– Нам не стоит вспоминать об этом, – добавил Илья.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Действительно, лучше прервать этот разговор. Думаю, он неуместен. Тебе стоило бы это понимать.
Илья пристально посмотрел на него.
– Я имею в виду твою вечеринку. Хотя она, по моему мнению, и была немного странной. Но они хорошо заплатили нам, и я прекрасно провел время.
Что ты вообще несешь?
У Матиаса на мгновение потемнело в глазах.
– То есть… у тебя нет четвертой блокировки? – озадаченно спросил он.
– У меня? – уточнил Илья, указывая пальцем себе на грудь. – Конечно же нет! Там ни у кого не было блокировки.
Матиас почувствовал, что у него закружилась голова.
Ему хотелось убежать. Или ударить этого парня. Или, может быть, просто заплакать прямо там, посреди улицы. Но он смог совладать с собой: нужно было заставить Илью говорить дальше.
– Ну ладно, раз вечеринка закончилась и прошла так классно, расскажи мне, как она была организована. Это оказался великолепный сюрприз…
– Ну, смотри, я как раз сидел в агентстве в тот день, когда они приехали сделать заказ, это было около двух недель назад, – начал Илья.
– В агентстве?
– Да, агентство, в котором я работаю, оно организует мероприятия. Все, кто был в ангаре в тот день, являлись статистами. С большинством из них я знаком, так как мы уже встречались раньше.
– И кто к вам обратился?
Илья закатил глаза к небу, как будто ему стоило больших усилий вспомнить. Затем его лицо просияло.
– Это были две женщины, та дама в красной шубе и девушка. Ее звали…
– Эвелин?! – вырвалось у Матиаса.
– Да, точно, Эвелин. Это та, которая командовала всеми нами на вечеринке.
– В смысле – командовала вами?
Илье не терпелось рассказать, как все было организовано. Он гордился своей работой. Хотя это не совсем то же самое, что работать актером в кино, но понемногу он приближался к своей цели: снимался в рекламе и благодаря этому оказался в актерской студии. Рано или поздно для него тоже найдется важная роль.
– Это она давала нам указания. Пригласила нас прийти за два часа до твоего появления и объяснила, как мы должны себя вести. Например, мой друг Рики и я должны были сесть так, чтобы между нами было свободное место, которое ты бы мог занять. Кроме того, нам выдали листы с нашими ролями, которые мы должны разыграть. Еще там были наши реплики на случай, если бы ты заговорил с нами. Но мало кому разрешалось подходить к тебе. Большинство должны были держаться от тебя на расстоянии, – с гордостью поделился информацией Илья.
Матиас слушал, пытаясь улыбаться, но его сердце разбилось вдребезги.
– Работы немного, а заплатили хорошо. От таких возможностей не отказываются, – добавил собеседник. – Жаль только, что ты не вернулся обратно в ангар, мы все надеялись на это…
– Извини, что ты имеешь в виду?
– Наша работа закончилась, когда ты вышел, в это время как раз выступала Эвелин. Но мы оставались внутри еще какое-то