Люди втянулись внутрь, как в нору, напоминая собой испуганных крыс. Понятное дело, что им было страшно. Каждое движение, каждый шаг наполнялись переживанием и волнением. Они очень старались не шуметь, хоть это не совсем получалось. Да что там говорить, если они даже не зажигали открытых огней.
Так, незаметно, ночь окончательно вступила в свои права.
В отличие от той команды, мне было гораздо удобнее обосноваться на четвертом этаже, прямо над тем залом, где они решили заночевать. Бетонный пол здесь был в трещинах, и через один из таких разломов у меня был потрясающий обзор на все, что происходит двумя этажами ниже.
Там, тускло освещая каменные недра, отбрасывали ломаные линии химические источники света. Этакие палочки, которые разламываешь и они заполняют кислотными оттенками округу. Ну прямо как в кино! Конечно, и тут было не без беды, потому что их мощности хватало ровно настолько, чтобы не переломать себе ноги.
Пристроившись прямо около дыры, и положив голову на сложенный рюкзак, всячески пытался не смыкать глаз. В этом мне помогали мысли о том, что я какой-то извращенец, наблюдающий сквозь отверстие…
— Зато какой, Алекс! — раздалось от наставницы. — Твой слух, усиленный за время развития, улавливает каждое слово, каждый шорох внизу! Ты совершенный извращенец… — никак не прекращала девушка свою язвительную речь, но я всячески её игнорировал, сосредоточившись на диалоге внизу, как раз воспользовавшись своим слухом.
— … говорил тебе, надо было оставаться там! — раздался резкий, надтреснутый голос. — Все эти ваши затеи, они только приносят нам беды! Вы вообще видели, что там было? Видели, что умеют те люди⁈
— Заткнись, Саня. — ответил другой человек, более спокойной и без истеричных ноток. Но даже так, несмотря на все попытки призвать к спокойствию собеседника, в нем с лихвой чувствовался внутренний испуг. — Если бы не наши затеи, то мы лежали бы в земле уже как пару месяцев. — продолжил он болезненным тоном. — Да и если б не те люди, как ты выразился — быть нам обедом монстров. И хрен бы кто вернулся живым. На твоем месте любой порадуется, что монстров пожгли. А ты только жалуешься и жалуешься… сколько можно? Понимаешь, что это так не работает? Прекращай панику наводить…
Я замер. Пожгли?
Не помню, чтобы среди ребят хоть кто-то мог пользоваться огнем. Вот хоть убейте, не помню. Однако, не исключено, что все эти их россказни — чистой воды бред и обычные слова перепугавшихся гражданских. Никогда не стоит забывать, что у страха глаза велики. Мало ли что они там могли увидеть?
— Вот-вот. — согласно угукнула Вейла, закидывая пару сочных и спелых виноградин в рот. — А может ребята научились делать что-то сверх того, что вы изучали вместе. Алекс, ты не забывай, что Изнанка существует вечность. Количество тайн внутри… пожалуй, почти безгранично.
— То есть? — мысленно спросил у наставницы.
— То и есть. — отрезала она. — Давай дальше слушать. — закончила девушка, кристально ясно давая понять, что ничего больше от неё услышать по этому вопросу не получится. Скорее всего опять какие-то ограничения.
Тем временем разговор внизу продолжался.
— А те одаренные, или как их там сейчас называют? — снова взволнованным голосом затараторил первый. — Ты же видел… девчонка… рыжая… что вообще с ней не так? Почему, мать его, она управляла тенями! Как её вообще можно называть человеком после такого⁉ И этот пацан психованный, который арматуру взглядом швырял. — все никак не останавливал тот свои словоизлияния. — Я до сих пор не верю, что мы выжили. Особенно когда на нас рванула та стая… — тут повествования прервалось гулкими звуками глотков.
— Они рванули не за нами, а за ними, когда те уходили в сторону разрушенной развязки. — прохрипел третий. Почему-то мне казалось, что это и был тот самый одаренный, единственный среди них. — Повезло, что нас никто не заметил. Как бы мне не хотелось это признавать, но я гораздо слабее той парочки…
Да, это точно он.
Стоило услышать подтверждение собственным мыслям, как кулаки на рефлексах сжались, да с такой силой, что костяшки мгновенно приняли белесый цвет.
Получалось, что в одном точно можно было не сомневаться. Ребята живы. Моя семья, мои друзья, они живы. Вот только… информация, как понимал, несколько устаревшая. Да и до сих пор не ясно, откуда у них взялась винтовка? Благо, радовало, что ту точно никто не смог отобрать у моих. На такое им просто не хватило бы сил, что меня несколько успокоило.
— Ладно, хватит лясы точить, нам надо думать, как и куда идти дальше. — продолжал тот, чей голос успел для себя характеризовать «спокойным». — Если те военные выжили и вернутся, то мы можем попасть под горячую руку в их разборках. А если вспомнить монстров… в общем, этого хотелось бы избежать… да и ребятам нужна помощь. — под конец сказал он, кажется, намекая на раненных.
— Т-ты думаешь… они м-могли выжить? — заикаясь, спросил совсем незнакомый голос, владелец которого был где-то в глубинах темноты. Во-первых, туда не доставал этот самый химический свет и его не было видно. А во-вторых, я и без того почти разглядел его, и, судя по откликам сферы, говоривший был очень юн.
— Одаренные такого уровня? — хрипло хмыкнул псионик. — Уверен, они просто так не сдохнут. — судя по следующему звуку, тот широко и со знанием дела зевнул, после чего добавил затихающим голосом. — Давайте спать, завтра опять искать убежище местное, ходить да сигналы подавать… кто первый пойдет в дозор?
Голоса постепенно начали затихать, сменившись тяжелым сапом и кашлем. Я же продолжал смотреть в дыру, как если бы та меня гипнотизировала своими рваными краями.
Но в какой-то момент ощущение усталости, которую я продолжал упрямо игнорировать последние дни, начала наваливаться многотонной плитой. Мои веки становились невыносимо тяжелыми, а все окружение стремило расплыться, превращаясь в призрачное марево.
— Эй, партнер, ты так скоро уснешь. — прозвучал голос Вейлы откуда-то издалека. Да так мягко и убаюкивающе, что сопротивляться ему было невозможно. — Алекс, твое тело уже на пределе. Как бы силен ты не был, но бесконечно подменять энергией сон не получится, можешь не стараться.
— Я… я же должен следить… — пробормотал в ответ, чувствуя, как неуклонно проваливаюсь в серую пустоту.
— Следи, следи. — тихо хмыкнула мне девушка. — Я присмотрю за ними, а тебе пора домой, отдыхать.
Мир мгновенно изменился.
Вместо холодного, грязного бетона и запахов ароматной листвы, я ощутил бескрайнее пространство собственного внутреннего мира. Правда сегодня оно кардинально