Вернув весь фокус внимания на объявление, пробежался глазами по заголовку, который кричал жирными буквами: «Разыскивается за особо тяжкие преступления, совершенные против государственных служащих и мирных граждан. Если встретите, в конфликт не вступать, сразу доложить ближайшему из патрулей. Цель является одарённой.» Под её фото было ещё несколько небольших квадратов, только пустых. Не сомневаюсь, что тут должны были быть фото Артема и Алисы, но, не исключаю, что для них просто не нашлось качественных фото. Однако описание не оставляло никаких сомнений.
— Это… это бред какой-то. — выдохнул я, чувствуя, как внутри смешивается непонимание, злость, ярость и ещё что-то, что у меня никак не получалось четко охарактеризовать.
— Тихо, партнер, тихо. — мягким, вкрадчивым голосом отозвалась внутри моей головы Вейла, явно делая попытки скорректировать мои эмоции, и отрезвить рассудок. — Если ты будешь так ярко реагировать дальше, то слишком элементарно себя выдашь. А это не в наших интересах, верно? — потянувшись, задала она риторический вопрос. — Тем более, ты учти, что твоя энергия пульсирует с такой силой, что даже самый дерьмовый сенсор из местных «одаренных» учует неладное. Так что дыши медленно и глубоко.
Игнорировать столь нужный, и главное, своевременный совет, точно не стоило. Поэтому сделав несколько глубоких вдохов, решил ему последовать, вспоминая, как раньше она меня предупреждала. Говорила о том, что мной с легкостью могут воспользоваться, после чего возьмут и выкинут.
Получалось, что они хотят конфронтации. Марков хочет. Вместе с остальными. Это при том, что он пытался убедить меня в обратном.
Воздух, распространяющийся внутри легких, приносил с собой некоторое освежающее чувство, которое в свою очередь тормозилось привкусом горелого машинного масла. И, удивительно, там было нечто напоминающее свежий, только-только испечённый хлеб. Этот запах был здесь совершенно чужим, этаким неуместным символом мирной жизни, затерявшимся где-то далеко в прошлом.
Протянув руку вперед, резким движением сорвал этот злосчастный листок, от чего бумага протестующе хрустнула под пальцами. А кнопки, на которых она держалась, с противным звоном посыпались на землю.
— Эй, товарищ! — раздался над самым ухом незнакомый голос. — Вы знаете, что порча казенного имущества и препятствие поиску нарушителей у нас карается? — пару раз кашлянув, тот добавил — Тем более по законам военного времени.
Я медленно обернулся, понимая, что это обращение было точно в мой адрес.
Патрульные.
Тройка бойцов в самом обычном, стандартном снаряжении. Бронежилеты поверх серых флисок, и небольшой набор подсумков с самым важным. Особенно выделялись те, на которых был огромный красный крест. Сейчас как раз то время, когда о первой помощи беспокоятся больше всего. Это, безусловно, радовало. А вот пистолеты-пулеметы, размещенные на их груди, наоборот, вызывали некоторое недоверие.
Судя по погонам, человек, который ко мне обращался, имел звание старшего сержанта. Правда если обращать внимание на его обветренное с оспинами лицо, то легко можно было понять. Он давно уж на службе. И успел повидать слишком много дерьма, да и теперь, видимо, видит его не меньше.
Вся их группа смотрела на меня с ленивым подозрением, а рука самого сержанта покачивалась рядом с рукояткой пистолета, свободно болтающегося на поясе.
Что ж, плохого я ничего не сделал, поэтому листок прятать не стал. Глупо это. Наоборот, взял обеими руками, расправляя его прямо перед собой, и одновременно с этим, стараясь сохранить максимально каменное выражение лица.
— Капитан Вишневский. — представился, вытаскивая жетон из кармана, тыкая им прямо под нос потенциальным собеседникам. Мой голос то ли от усталости, то ли от нервозности, звучал хрипло, прям с перебором. Так обычно звучат те люди, которые только-только вылезли из-за грани между жизнью и смертью. Да и вид у меня был соответствующий. — Я только что вернулся с поверхности, с задания по зачистке ближайшей территории. Там у нас творится сплошняком ад, пополам с бездной. Прихожу, и вижу что-то новенькое. Вот и стало интересно, что это вообще такое. — ткнул пальцем в лицо на листовке, показывая фальшивую брезгливость и неосведомленность.
Сержант резко изменился в лице. Жетон, подтверждающий мои полномочия, вкупе со званием капитана и упоминание о заданиях на поверхности, откуда с завидной регулярностью шли новости одна тревожнее другой, сбили с него флер надменной спеси. Он коротко козырнул, жестом приказывая своим людям опустить стволы в землю.
— Виноваты, товарищ капитан. Сразу вас не признали, вид у вас… действительно соответствующий вашему заданию. — пожевал тот слегка губу.
— Плевать на мой внешний вид. Вы лучше ответьте на мой вопрос. — я сложил листок в несколько раз, засовывая его в карман разгрузки под маск-халатом, показывая всем своим видом крайнюю степень заинтересованности происходящим. — С каких пор вообще стали вывешивать такие объявления? Да и кто подписывает нынче такие приказы? Полковник Марков? — засыпал вопросами патрульных, чтобы максимально внушить доверия к собственной персоне, особенно выделяя мои знакомства с сильными мира сего.
Сержант сплюнул на пол и понизил голос, оглядываясь по сторонам, чтобы на всякий случай не было лишних ушей. Тем более с расцветкой «гражданских», которым такое точно слышать не рекомендовалось.
— Да черт его знает, товарищ капитан. Администрация вместе с военной комендатурой словно с цепи сорвались. Нам, сами понимаете, подробности никто не рассказывает. Да и не принято докладывать низшим чинам, но по слухам эта малявка — одаренная, причем чертовски дикая. — сделав сигнал своим товарищам, он поудобнее перехватил автомат и продолжил. — То ли вчера, то ли позавчера, оттяпала руку одному из высокопоставленных офицеров. А ещё нескольких бойцов в расход пустила. После чего сбежала вместе со своими сообщниками. — немного подумав, внезапно решил добавить, как если бы только что вспомнил. — Ещё поговаривают, что подполковник Егоров лично курирует её поиски.
— Офицера? — в своем удивления только и мог что прищуриться, стараясь сделать все, чтобы энергия оставалась в пределах каналов. С другой стороны, Аня… молодец. Ученица действует с каждым разом все решительнее и решительнее.
— А не кажется что слишком… решительно? — неуверенно раздалось от Вейлы
— Кого именно? Есть информация? — проигнорировал её вопрос, стараясь сейчас об этом не думать.
— Так называемого Лейтенанта Полякова. Сейчас он в госпитале, штопают. Хорошо, если выживет. Но вернется ли к службе… вопрос хороший. А говорят такой офицер хороший был. В общем, капитан, если увидите этих зверей и их предводительницу, то сразу сообщайте, у нас приказ брать живой или мертвой. Под это дело даже мобильную группу реагирования выделили, включая наших собственных одаренных.
Я утвердительно кивнул, изображая задумчивость и некоторую вовлеченность, хотя внутри, в душе, по-своему ликовал. А что уж говорить про Вейлу,