И тут Анаит совершенно серьезно выдает:
— Да кто ж на нее еще взглянет, кроме нашего Даниэля, ни груди, ни задницы, ноги худющие. Чем охмурила нашего сына, непонятно. Если и вправду беременная, то точно Даниэля дитятко, потому что больше не от кого. Ой, что же делать теперь…
Жена качает головой и, кажется, на какое-то время вообще забывает о присутствии Катерины. Совершенно не замечает, как только что проехалась по ее внешности, что, в общем-то, недопустимо. С Анаит всегда так — во время стресса выдает перлы хоть стой, хоть падай. В сложные минуты я в семье голова…
Смотрю на нашу Катерину.
И вправду ни груди, ни задницы. Особенно если сравнить с моей дорогой супругой… У той-то всего с избытком, всяко бог наградил. Но ноги у нашей невестки красивые, тут не отнять, и лицо — кровь с молоком, глаз не отвести. Так что я в принципе Даниэля понимаю, почему никак не может ее забыть.
А все-таки как это не вовремя…
Зара ведь на сносях, что с девкой делать? Как в глаза сватам смотреть?
Главное — и не порадуешься дитятку как следует, ведь столько неприятностей сейчас свалится на наши бедовые головы. То ни одного внука, то сразу два! Одну невестку прогонишь — этого ребенка лишишься, вторую прогонишь — другого потеряешь.
У Зары сын… Но вдруг у Кати тоже сын? А ее-то как раз Даниэль хоть любит…
— Даниэль в курсе? — спрашиваю напоследок.
— В курсе, конечно, — пожимает Катя плечами. — Я отправляла ему фото с положительным тестом. Он его точно видел, сообщение было доставлено и просмотрено. Я думала, он вам сказал…
И снова этот осуждающий взгляд.
Ох, Катя, Катя, дурна твоя головушка.
— Ни словом не обмолвился, — качаю головой. — А ты сама не могла подойти и сказать мне или Анаит? Мы же от тебя той беременности четыре года ждали как манны небесной… Что-то уже придумали бы. Ты поступила очень безответственно! Надеюсь, ты это осознаешь?
В самом разгаре наших выяснений отношений дверь кабинета вдруг резко открывается, и на пороге появляется мой драгоценный сын.
— Что, уже доложили тебе, что мы беседуем с Катериной? — не удерживаюсь от язвительной подколки.
Предатели и иуды! Забыли, кто здесь хозяин?
С другой стороны, справедливо, когда-то это были мои люди, а теперь его… Стопроцентно начальник отдела поспешил подлизать.
— Естественно, доложили! — Даниэль этого даже не скрывает.
Он проходит в кабинет, одаривает нас таким грозным взглядом, что кажется, готов сжечь на костре.
— Что вы творите, уважаемые родители? — спрашивает он обманчиво спокойным голосом.
— Что мы творим? — хмыкает Анаит. — Нет это что ты творишь, Даниэль! Вы поступили крайне безответственно, подставили нас перед сватами!
— Когда ты нам собирался сказать, что твоя бывшая жена беременна? — спрашиваю его грозным голосом.
— Чего?! — хрипит он.
Мы думали, это мы шокированы новостью.
Но наша реакция — ничто по сравнению с реакцией Даниэля.
Кажется, он вообще превращается в бетонный столб. Так и стоит с отвисшей челюстью…
Глава 39. Правда наружу
Даниэль
— Катя… — вырывается из моего разом пересохшего горла. — Катенька моя… Ты почему не сказала?
Делаю шаг к ней, а она смотрит на меня волком.
— Как это не сказала? Я говорила! — возмущается она с искренней обидой в глазах.
— Как же ты говорила, что я ничего не слышал? — развожу руками.
— Я тебе фото с положительным тестом… — Ее губы трясутся, должно быть она так же переполнена чувствами, как и я.
— Какое фото? — тяну с надрывом. — Ты думаешь, я не заметил бы фото, если бы ты мне его прислала? Я ничего не получал!
— Но как же? Я отправляла в мессенджер, — охает она, достает из сумочки телефон — Вот!
Хватаю ее мобильный, и вправду вижу в диалоге фото, которое она мне отправила: на белой, чуть скомканной салфетке лежит тоненький тест для определения беременности. На нем отчетливо видны две полоски.
Ненадолго выпадаю из реальности.
Сколько таких вот тестов я купил для Катерины в прошлом. Сколько мы с ней стояли над этими тестами, ждали результатов, сколько надежд с ними связывали.
Как же сильно я хотел увидеть эти две полоски…
Как мечтал, что однажды приду с работы, а Катя с визгом бросится мне на шею и пропоет в ухо: «Милый, я беременна!» Или же ворвется ко мне в кабинет во время какого-нибудь совещания, и я по ее лицу пойму, что вот оно… свершилось! Получилось!
Я миллионы таких вот сцен успел проиграть у себя в голове за годы нашего брака.
Думал, узнаю, что беременна и задохнусь от счастья.
Был неправ.
Сейчас, когда великий момент наступил, я чувствую себя в триста раз счастливее, чем даже смел надеяться.
Я в эйфории, она заполняет каждую клетку моего тела.
Нет и не бывает радости сильнее, чем та, что испытываешь, зная, что самая большая в жизни любовь подарит тебе малыша.
У меня будет ребенок от моей Катерины…
Маленькое продолжение ее и меня.
— Катенька, ты не представляешь, как сильно я об этом мечтал! — выдаю с чувством.
Тяну к ней руки, хочу обнять.
И тут сбоку слышится низкий голос моего отца:
— А уж как мы все ждали…
— Очень ждали! — это уже вздыхает мать. — Только пораньше было бы лучше.
Хочется шлепнуть себя ладонью по лбу.
Испортили такой момент…
— Мама, папа, вы еще здесь? Немедленно покиньте кабинет! — грозно на них смотрю.
Родители строят обиженные лица, кажется сейчас начнут спорить. Но нет, все же уходят. Хотя такое послушание для них нехарактерно.
— Катенька, милая, иди обниму! — Я маню ее руками.
А она почему-то не идет.
Обижена?
— Катенька, я не видел этого фото, клянусь тебе! — пытаюсь ей доказать.
— Нет, видел, — упрямо талдычит она. — Тут вот видишь две синие галочки…
С этими словами она снова тычет фото мне в лицо.
Достаю свой телефон, открываю наш с Катей диалог, показываю ей:
— Вот, видишь? Нет ничего! Неужели ты думаешь, что я бы проигнорировал…
— А куда оно делось? — спрашивает Катя с надрывом. — Телефонные эльфы удалили?
— О чем мы вообще говорим? — Делаю шаг к ней. — Ты беременна, и теперь я это знаю — вот, что важно, а не всякие там фото. Катенька, любимая, возвращайся ко мне! Я жизнь положу ради тебя и нашего