Стоп, Мира! Что за дела? Это уж совсем несвоевременное соскальзывание мысли! Но мысль разве остановишь? Она была по-змеиному быстрой, непослушной, но при этом необычайно системной. А параллельная линия мысли “про мебель” почему-то не мешала ни оценке текущей рабочий ситуации (основная линия) ни навязчивой мысленной жвачке о том документе (вторая основная линия).
…Ну и главное, Мира, дом виана Арона с сиреневой ванной – это не твой дом. Нечего подбирать туда мебель! Хватит фантазировать. ХВАТИТ!
Странно. Мне кажется, ещё неделю назад я мыслила иначе. А теперь веду несколько ровненьких неконфликтующих мыслительных линий. Психически здоровые люди так не могут. Может я сошла с ума?
Напротив нас с размаху в “моё” кресло опустился Гидеон, потирая ладони. Драконоид явно предвкушал.
Я тоже – сейчас мы сцапаем Селию. Поработаем. Будет интересно… но что же всё-таки в том документе?
Арон вложил мне ладони чашку чёрного кофе с молоком. Я приказала себе собраться: ведь я имела неосторожность сегодня облачиться в скромное белое платье до колен – удобное, но изящное, с кружевными плетениями на лифе (визуально в нём грудь ещё больше, и мой атлантианец скашивает на неё взгляд ещё чаще. Так совпало. Я не специально!). Посадить на такое платье кофейное пятно было бы полным провалом. А одежда должна сидеть на мне по-атлантиански безупречно. Потому что… ох не знаю почему! Но эта идея казалась удивительно естественной.
Босс опустился на диванчик рядом со мной.
“Насчёт документа, человечка… Твоя гипотеза о рабстве не то чтоб очень далека от истины…” – хитро протянул накс в ментальном поле, и я шумно закашлялась. Отставила чашку на безопасный мраморный столик.
“Да ну! Да зачем это боссу?” – взмолилась я в псионическое пространство.
А накс замолчал.
– Зачем мне что? – строго переспросил меня виан Арон.
– Да так, ничего… – промямлила я.
– Пора начинать. Позволь, милая, – босс взял меня за руку, ту самую, что с алым кольцом на пальце. Арон как-то хитро провёл по красному камню подушечкой пальца и над низким столиком между нами и Гидеоном зависла проекция соседней комнаты, куда согласно инструкции Эвонис должен был выманить Селию.
Светящиеся алым сгустки энергии оформились в миниатюрных Селию и Эвониса. Это было отражение того, что видел сейчас наш накс. Проекции за долю секунды стали объёмными, цветными и весьма детальными, и мозг уже начинал обманываться – казалось, это и не проекции вовсе, а ты сам просто находишься в той комнате. И видишь происходящее с наилучших позиций.
Накс транслировал всё для нас.
– Фиксирую начало записи в присутствии свидетелей, – ровным тоном произнёс виан Арон, – человека, драконоида и двух наксов.
– Свидетельствую от расы драконоидов, – привычно отчеканил стандартную формулировку Гидеон.
– Свидетельствую… – сбивчиво произнесла я, – от расы людей.
Я знала, как положено фиксировать показания, но самой прежде не доводилось. И я как-то смешалась. Но тут же позабыла о своём смущении.
Два каскада вибраций прокатились по псионическому полю: наксы обозначились согласно протоколу.
И запись началась.
Признаться, у меня было стойкое ощущение, что я подглядываю за чем-то очень личным, и ох… это было неловко.
***
Эвонис и Селия замерли в центре светлой комнаты с потолком-куполом, стилизованной под греческую ротонду. Просторной и величественной, как круглая главная зала какого-нибудь древнего храма. Изящные колонны словно струились по стенам, а в арочных нишах между ними скрывались плотно закрытые двустворчатые двери, ведущие в другие помещения.
Именно эта комната была выбрана намеренно. И за одной из шести дверей-врат, за псионической завесой, сидели мы с Ароном и Гидеоном. В эдакой “засаде”.
– Эвонис, – изогнула Селия тонкие губы в змеиной, якобы кокетливой улыбке
– Сели… – расплылся Эвонис в ответной немного глуповатой для атлантианца улыбке. Эвонис обхватил Селию за неестественно тонкую талию.
– К делу, – тон Селии звучал как-то совсем не под стать влюблённой женщине. В нём отчётливо звенел металл. Что создавало диссонанс с её ладошкой, которой атлантианка ласково провела по щеке Эвониса, прошлась по шее и замерла на центре груди. Селия встала на носочки так что её губы чуть ли не касались губ Эвониса и выжидательно застыла.
– Я сделал то, что ты сказала, – ровным чисто атлантианским тоном выдохнул Эвонис в губы Селии (на которую смотрел так жадно, что мне в очередной раз стало неловко). Но этот его тон! Не подкопаешься: сказано так безупречно, словно он свою речь из транса выдавал. Когда с тобой так разговаривают, нипочём не угадаешь, обманывают тебя или нет. И никакая спецагентская уловка не сработает. Ну по крайней мере, из тех, что мне полагалась знать. Я же просто "подай-принеси" в офисе была, а не агентом особого назначения. Хотя формальная база на эту тему всем подчинённым моего атлантианца полагалось. И я не была исключением.
– Милый, – промурлыкала Селия. Точнее, попыталась. По мне, так прозвучало похоже на скрежет битого стекла… ох. Ну вот не получается у неё кокетничать, ужас какой… Возможно, просто её сильная сторона в чём-то другом…
Я не успела додумать эту мысль.
Селия мягко коснулась губ Эвониса в поверхностном поцелуе.
И тут же схватила атлантианца за горло одной рукой. Жуть! Впилась тонкими сильными пальцами – словно хотела трахею вырвать! А второй рукой – как фокусница выхватила откуда-то из воздуха свой накс-дирежерскую-палочку.
Я и ойкнуть не успела, как накс Селии упёрся кончиком в шею Эвониса. Словно это не накс, а боевой кинжал!
Больше никаких красивых слов, никакого кокетства. Я сипло выдохнула и вскочила на ноги.
Но Арон и Гидеон уже оказались комнате у Селии и Эвониса.
Я влетела за ними следом.
И застала, как Селия ещё только несёт накс к горлу Эвониса – медленно, как насекомое в жидкой смоле. А это как?..
“Накс пишет в режиме реального времени для протокола, – швырнул в меня пояснением Арон, – но ещё показывает прогноз на несколько секунд вперёд. Предельно точный, но весьма короткий“
Оу…
“Я могу вам и ближайшее тридцать лет расписать… – гордо прошипел в ментальном поле наш накс, – но мой атлантианец прав. Достоверно, на уровне предвидения – лишь несколько секунд”.
“Надо остановить её!” – швырнула я мысленный посыл Арону.
“Остановим,” – почти беспечно ответил в псионическом поле босс, – “но запись совершённого покушения тоже нужна. Так что дадим виане Селии недвусмысленно шагнуть за грань закона. Не переживай, Мира…”
Все наши перемещения и переговоры уложились в доли мгновения. Поразительно, насколько мысль быстрее слов. Да и скорость, с которой мы ворвались в комнату, поражает. Точно время замедлилось… Как чудесно… И как… естественно?
…
И тут время вернуло привычный ход.
Накс Селии с размаху воткнулся в горло Эвониса, но вдруг погнулся и соскользнул с жертвы с немелодичным "кряк". Селия ахнула, отдёрнула от шеи атлантианца руки, а Эвониса затянула тонкая воздушная плёнка с алым отливом как вторая кожа – защита, которой покрыл горе-влюбленного наш накс
Эвонис потрясённо выдохнул.
– Ты хотела меня убить? – печаль в голосе Эвониса была мимолётной, а потом его тон заледенел, чисто по-атлантиански. Вот это в них и пугало: они умели выглядеть… не знаю, роботами.
– Идиот, – выплюнула Селия, – позёр! Что ты несёшь? Я лишь защищалась! Ты и… Арон сговорились! Вы… предали Атлантию, у меня есть видеодоказательсва!
Ха!
Это как те видеодоказательсва, что были сфабрикованы против меня?
Я смотрела на Селию. На моих глазах с неё слетала вся атлантианская холодная методичность. Во взгляде разгоралось нездешнее импульсивное безумие. Она была непоследовательной, несобранной… не такой.
– Виана Селия, – мягко вступил в беседу Арон, – поясните-ка нам происходящее. Вашу версию. А то, чем дальше в лес, тем больше… злонамеренной хвойной растительности, как говорят котоиды.