По сути это всё, я действительно работал от души, воюю, парни у меня золотые, большая часть довоенного состава полка сохранилась. Даже жаль что это ненадолго, знаю, что будет когда выведу их к нашим, бессмысленные лобовые атаки, а нужно, тут их не бросишь, а там хоть такие, но свои. Упускать своего шанса я не желал. Всё обнулится, это понятно, но ради шанса снять проклятие, это уже не беда, серьёзнее, вон аура уже бурлит, что явно мессира напрягло, значит, стоит поторопиться. Потеряю по сути всё, что в амулетах-дисках есть, сами амулеты не жалко, сделаю ещё когда найду мир с псионами, но я решил, отдам представителям полка. И все пси-амулеты тоже, разберутся, что с ними делать. Освобожу и маг-хранилище. Меня всё равно на перерождение отправят, с нуля всё будет качаться. Так чего бросать? А тут пусть используют. Власти отберут понятно, но не сразу. Да это уже их дела. Однако я действительно от своей аферы в восторге. И ведь получилось, по пути тёмной ночкой и наложниц в Варшаву доставил, оплатив их услуги. Так что добыл донора, вывел полк, передав им всё, Зиновьевой все лекарские амулеты, честно описав кто я, и откуда, подтвердив, что действительно генерал, но из будущего, из сорок второго, где погиб, часть вещей в новое тело смог перенести, и вооружения. Это уже в тылу советский войск было, и исчез до появления спецотряда НКВД. Теперь работа мессира.
Глава 23Очередное перерождение для меня было настолько же привычное дело, что воспринимал естественным образом, как дышать. Когда я очнулся, именно такие мысли у меня в голове были, но я тут же закашлялся. При этом шумно, из легких вода хлынула, меня судорожно рвало. Боль в груди, тело почти не чувствовал. А рядом послышались азартные возгласы, причём на немецком, сам я похоже в воде. Мало того что вода выходила, так ещё новая пыталась попасть, я дёргался, пытался выплыть хватаясь за какие-то стебли. И судя по шуршанию, я в камышах. Глаза пытался отрыть, но их водой заливало, то свет сквозь плёнку воды, то мутная зелень вокруг. Рядом кто-то появился, по волнению в воде понял, схватили за шкирку и потянули на берег, где я открыв глаза, тряся головой, обнаружил берег реки и немцев. Обычный Вермахт. Один обнажён, это он меня вытащил, остальные в трусах, сухие, видимо приехали купаться, а тут шум в камышах. Да, точно, взопрели они, пляж увидели и решили освежится, велосипеды лежали чуть дальше, сам я в новом теле, явно повреждённом, похоже просто утонул рядом, прячась в камышах. Форма на мне красноармейская. Неужто в этот раз в простого бойца попал? Впервые получается. Что ж так грудь болит? Подожду запуска опций, а пока меня обыскав, пустой, оттащили от берега, размышлял про мессира и что и как было. При этом меня немец-медик перевязывал, оказалось у нового тела огнестрельное ранение в грудь, как бы лёгкое не задето, на спине выходной отверстие, тоже забинтовали, потом меня оттащили в сторону, в тень. И это не обо мне забота, а чтобы часовой рядом от духоты не страдал. Тут вспышка и я провалился в беспамятство. Ну вот, новые воспоминания пришли. Немного сумбурно всё описываю, перескакивая с места на место, но просто сознание путалось. Не смог задержаться на воспоминаниях и переходил на другие. А тут вообще потерял сознание из-за пришедшей памяти.
Когда снова очнулся, отметил, что все опции появились, значки. Первым делом в оба хранилища зашёл, по очереди запустил, по два кило в сутки, стандарт, у сканера тоже, но метры. Ну и остальное. Мессир поработал, остался доволен результатами. Погасил тот бурю на моей ауре за полтора дня. Я за это время успел рассказать всю историю жизни с момента нашего расставания. То, что помнил. Что по ауре, мгновенно не получиться, там нужно особое плетение. В общем, чтобы не навредить и гасил эти тридцать четыре часа. В лесу у Великих Лук дело было. Рядом лежал связанный полицай. Хранилища нет, всё опции удалены, там якоря дестабилизировали ауру из-за проклятия. Если проще, оно расплывалось, медленно, но неотвратимо, и уже опции подтачивало. Нет, на самом деле как же повезло, я думал в Содружество переберусь, там начну искать магов. Сама причина удивления, когда надо, мессир вдруг тут как тут. Заставляет задуматься, я об этом сейчас. Хотя может амулет Удачи сработал, тоже версия. Главное тот всё сделал, и отправил меня на перерождение. Тело новое, в такое ещё не попадал. Так вот, узнал в кого попал, память раскрылась. А был Владлен Томский, красиво звучит, как дворянина, но тот был из детдомовских. Проживал в славном городе Ленинграде. Исполнилось восемнадцать лет и молодого токаря, где он подрабатывал после школы, с завода на срочную службу. Это было осенью сорокового года, в июле Владлену исполниться девятнадцать лет. Да, больше полугода служит. Сейчас начало войны. Похоже сегодня двадцать пятое июня. А ранили его вчера ночью, до полуночи, тот и заполз в камыши. Остатки разбитого стрелкового полка, где тот служил простым стрелком, внезапным ударом вырвались из окружения, где те были блокированы на приграничных недостроенных укреплениях, отошли. Бои идут на севере Белоруссии, а служил тот в Двести Тринадцатом стрелковом полку. Первый батальон, вторая рота, Пятьдесят Шестой стрелковой дивизии, Четвёртый корпус, Третьей армии. Белорусский военный округ.
Война началась внезапно, заняв части дотов и укреплений на границе, встретили врага, но сопротивление было недолгим, двое суток бились в полном окружении, части дивизии были рассечены, и началось отступление. Вот ночью, двигаясь в ротной колонне, семь сотен бойцов осталось, и был ранен, просто пролетающей пулей. Кто-то из пулемёта отработал в никуда, темно же, и вот. Тот вывалился из строя, пуля в спину вошла, замыкающим был, и упал. Даже не подобрали. Скорее всего и не заметили потери бойца. Смог перевязаться, остановив кровь, медпакет был, брёл пока силы были. Светало. А тут заметил мотоциклистов вражеских, и закинув вещи в кусты, ушёл в камыши мелкой речки и затаился. А утром начались судороги, ещё тот слышал речь немецкую, но старался сдержать кашель, и уйти в воду, по горло погрузившись. А там потерял сознание и по сути в утонувшее тело попал я. Получается сегодня вообще утро двадцать четвёртого. Ну точно, так и есть. С чего я взял, что двадцать пятое? Простой подсчёт показал дату. Двое суток, с утра двадцать второго по вечера двадцать третьего, полк держался в дотах, пока остатки не вырвались внезапным ударом. Немцы его не ожидали. Ни патронов, ни еды, темнота позволила уйти, пока силы были. Владлен шёл в ротной колонне, там взводный-три командовал, один он выжил и повёл остатки роты на восток, за своим полком. Ну и постреливали, то тут, то там, трассеры летали, и пуля случайная догнала Владлена в спину. Всё. Надо срочно вещмешок найти, что он в кусты закинул, там помимо личных вещей и документы. Он их там держал, не при себе, включая красноармейскую книжицу. Пока лекарская опция запускалась, морщась, раны давали о себе знать, я прикинул возможность побега. Нет, я даже стоять не мог, какой побег? А тут я испытал немалый шок.
Немцы, искупавшись, начали собираться. Судя по положению Солнца, сейчас часов десять утра. Их около взвода было, без офицера, фельдфебель старший, пообщались, кидая на меня взгляды, возится со мной те явно не хотели. И вот, собравшись, покатили прочь по тропинке. Даже не добили, похоже моё состояние было принято за смертельное, это и немецкий медик подтвердил, и посчитали, что долго я не проживу, сам помру, и оставили на берегу. Деревенские похоронят. В принципе нормальная немецкая практичность. Поленились штыком добить, чтобы наверняка. Это они зря. Слишком сильная вражда к людям в серой форме фельдграу. Нет, я человек благодарный, тоже одному жизнь оставлю, но только одному. Пока же мне срочно нужно восстанавливаться, и до Крепости. Для меня оно краеугольный камень при перерождениях. Нашим буду помогать. Состояние всё также тяжёлым было, сапоги как гири, сил нет стянуть, и сил переползти не было. Да тень передвигалась и вот я под испарения от формы уже под прямыми солнечными лучами лежу. Опция зарядилась, так что всё пустил на лечение. Сначала диагностика, всё же легкие задеты, попала вода в лёгкие, и заживил именно их, и пару крупных сосудов повреждённых пулей. На это и хватило, именно они все силы забирали. Остальное позже. Есть хотелось не передать как, Владлен последний раз вчера вечером сухарь погрыз, последний, больше нет, и всё. Сил чуть прибивалось, я смог сесть и используя первое хранилище стал резать полосками кожи голенища, освобождая ноги от этих капканов. А то я их не чувствовал, распухли.