— Что дальше? — осведомился Мэтт, поправляя висевшую на поясе кобуру. — Есть предложения, как ущучить нашего неуловимого Петрича?
— А как же, — ответил Сип. — Идем. По дороге объясню.
Он решительно направился к дальней стене, на которой рельефно выделялись большие металлические створки внутренней двери. Мэтт с сомнением качнул головой, но все же последовал за напарником. Полнейшая неопределенность и отсутствие четкого плана оптимизма не добавляли. Как, впрочем, и вся затея с покушением, которая вдруг окончательно перестала ему нравиться.
Громкий стук одиноких шагов гулко прозвучал под сводами пустого помещения. Возникло странное и немного пугающее чувство бесконечного одиночества, словно персонал комплекса куда-то исчез, бросив парочку потенциальных террористов на съедение притаившемуся за тонкими стенками серому чудовищу. Мэтт даже ощутил неприятный холодок, пробежавший вдоль спины. Он вдруг окончательно понял, что вернуться отсюда живыми у них никак не получится.
Сип приложил подаренный «охранником» магнитный ключ к замку на стене, и створки послушно разошлись в стороны, открывая проход в такой же пустынный коридор. Он просматривался на всю длину, а потому нетрудно было убедиться в том, что там нет ни единой живой души, словно ученые-физики пополам с охранниками разом вымерли, оставив станцию на попечение тех, кто захочет и сумеет воспользоваться ее потенциалом.
— Интересно, как ему это удалось? — произнес коммодор, останавливаясь на пороге.
Пояснять, «кому», не пришлось, Сип и без того понял, мгновенно вспомнив «встречающего» на дебаркадере.
— Что «это»?
— Ну как... расчистить проход внутрь станции, конечно. Если припомнить обстоятельства нашего прилета, то охранники в коридорах должны стоять буквально через каждые пару метров, а здесь... сам видишь.
Сип пожал плечами.
— Не знаю. Да и неинтересно это. Нет никого — и слава великому Юпитеру.
Мэтт хмыкнул с большим сомнением.
— Оно, конечно, хорошо, базара нет, — сказал он. — Вот только чувство у меня такое, будто лезем мы прямиком в какую-то ловушку.
— Не похоже. Хотели бы повязать, так взяли бы сразу после посадки.
— Надеюсь, ты прав, — Мэтт осторожно выглянул в коридор, покрутил головой направо-налево и осведомился: — Ну, и куда же теперь? По-моему, самое время поделиться всей гениальностью твоего плана.
— Идем направо, — решительно заявил Сип и двинулся по мягкому, слегка пружинящему напольному покрытию.
Мэтт последовал за ним.
— И что у нас там, справа? — бросил он в спину мерно вышагивающему напарнику.
— Ближайший из пяти арабайнеров.
Коммодор остановился, словно споткнувшись на ровном месте.
— Арабайнеров? — произнес он. — На кой черт нам арабайнеры?
Сип резко затормозил и обернулся.
— А ты еще не понял? — сказал он. — К Петричу просто так не подобраться. Наверняка там охраны больше, чем можно себе представить. В то время как фазерет — вот он, как на ладони.
— Ты хочешь ударить из арабайнера по фазерету?! — коммодор смотрел на спутника расширившимися глазами. — Но зачем?
Сип поглядел на Мэтта сверху вниз, словно строгий учитель на невыучившего урок ученика.
— Это же очевидно. Где, по-твоему, мы должны разыскивать этого Вита? Станция-то немаленькая. Во-от... Если начнем метаться по коридорам, обязательно нарвемся на неприятности. Гораздо проще дождаться момента и ударить в то место, где он окажется наверняка. И где же это, как думаешь?.. Ага, вижу, что догадался. Правильно. Как только фазерет двинется в сторону пампагнера, это будет означать, что наша цель на борту. Теперь понял?
— А если ты ошибаешься? Вдруг вся теория с эвакуацией на Новастру ошибочна? Тогда что?
— Тогда нам сильно не повезет, — Сип нахмурился.
Стало очевидно, что подобный вариант приходил ему в голову, однако он гнал его прочь, потому что в таком случае рушилось все. Начиная от спасения Гуайюсы и кончая их собственными с Мэттом жизнями.
— Но на борту может оказаться не только Вит, — тихо, но весомо произнес коммодор. — Ты об этом подумал? Они-то здесь совершенно ни при чем.
Напарник равнодушно пожал плечами.
— Жизнь какого-то грагала для тебя имеет значение? — сказал он. — Идем, пока не стало слишком поздно!
Стало понятно: окончательное решение принято, и отступать от него Сип не намерен. Мэтт, неодобрительно качая головой, поплелся вслед за ним по коридору.
Еще один поворот направо, и снова никого. Станция и в самом деле производила впечатление покинутой.
Коридор окончился герметичной переборкой с массивным круглым люком по центру. На стене справа обнаружился стандартный магнитный замок.
Сип остановился и потянул из кобуры бластер.
— Внутри почти наверняка дежурный оператор, — пояснил он, хотя Мэтт ничего не спрашивал. — Один... или даже двое... Придется нейтрализовывать. Не подведи, я на тебя рассчитываю.
Под его пристальным взором Мэтт достал свой лучемет. Однако пускать его в ход явно не собирался. Он прекрасно понимал, что давно выпустил из рук инициативу, но не было ни сил, ни желания сопротивляться железной воле напарника. Мысль о том, что совсем скоро им предстоит расстрелять ни в чем не повинный корабль грагалов, не давала ему покоя. Даже более того, приводила в ужас. Он чувствовал, что внутренне изменился до неузнаваемости. Криворотый Мэтт исчез без следа, уступив место бывшему десантнику из отряда «Снежный кот», который не готов пойти на преступление ни при каких обстоятельствах.
Сип с большим сомнением смотрел на командора, а затем отвернулся и решительно приложил магнитный ключ к поверхности замка. Тяжелая металлическая дверь поползла в сторону.
Операторов оказалось двое. Никаких неприятностей они явно не ожидали, а потому расслабленно развалились в креслах перед пультом управления арабайнером, поблескивавшим разноцветными огоньками, и смотрели в сторону зависшего за большим керамлитовым окном экзотического корабля грагалов. Фазерет просматривался превосходно, несмотря до довольно приличное расстояние, и Мэтт мельком подумал, что более удобной мишени даже трудно пожелать. Людоедский план напарника начинал обретать реальные очертания.
Оба оператора разом подобрались и обернулись на звук открывшейся двери, недоуменно уставившись на двух незнакомцев, посмевших проникнуть в закрытое для обычного персонала помещение. Однако Сип не дал им времени на то, чтобы задать вопросы и уж тем более, оказать хоть какое-то сопротивление. Он сразу же открыл огонь.
Слепящая молния ударила одного из охранников в левую сторону груди, оставив после себя обугленную черную дыру. Оператор сполз на пол, не издав ни звука. В помещении отчетливо запахло паленым. Второй вскочил на ноги и, глядя на нападавших расширившимися до невероятных пределов глазами, сделал попытку достать оружие.
Не успел. Огненный бластерный луч поразил его в голову, и офицер рухнул как подкошенный.
— Вот так, — невозмутимо произнес Сип, засовывая лучемет обратно в кобуру. — Надеюсь, больше нам никто не помешает.
— З-зачем? — произнес Мэтт, не в силах оторвать взгляд от распростертых на полу тел. — Можно же было просто оглушить.
— Так надежней. Никакой возни со связыванием, затыканием ртов и прочими утомительными процедурами. Тем более что времени на проявление гуманизма у нас просто нет... Видишь фазерет? В любое мгновение он может сорваться с места и раствориться в гиперпространстве, где нам его будет уже не достать. Кроме того, нужно успеть задать арабайнерам новую цель. Ты что-нибудь понимаешь в этом пульте?
Мэтт не ответил. Словно сомнамбула, не отрывая взгляда от корабля грагалов, он подошел к панели управления и тяжело оперся о нее руками. После чего замер неподвижно.
— Ну! — нетерпеливо произнес Сип. — Чего медлишь? Ведь уйдет же!
— Я не стану этого делать, — глухо произнес Мэтт.
— Что-о?!
— Я не стану этого делать, — решительно повторил коммодор, оборачиваясь. — И тебе не позволю.