Да еще и сибиряки озоровали против Строгановых… Но ведь Миша вроде бы говорил именно о крымчаках?
После спасения из реки как-то вылетело из головы…
Совершенно дурацкую мысль спросить, какой нынче год, я отмел сразу. Какой мне толк, что от сотворения мира по старому византийскому календарю сейчас шесть тысяч фиг знает какой! Был бы я профильный историк, то наверняка бы знал, какой «старый» год шел при Петре Первом — как раз когда император положил вести отчет от Рождества Христова… Тогда можно было бы просто вычесть разницу — и по ней определить текущий год.
Но нет же, не знаю я дат, не помню…
Еще более идиотским был бы вопрос, кто нынче царь — или великий князь⁈ Реакцию донцов в этом случае просчитать вряд ли возможно… Но даже при самом благоприятном раскладе меня посчитали бы за дурачка — и о каком-либо становлении казаком говорить бы уже не пришлось… Да и не с кем мне было разговаривать — Колчан и Щербатый вскоре после знакомства улеглись спать. А уж беспокоить спящего перед сменой нежелательно от слова «совсем» — по себе знаю! И только за ужином (когда мы вечеряли, как говорят донцы), вскользь прозвучало имя Михаила Черкашенина — коий в контексте разговора был упомянут как действующий казачий атаман.
И это уже вполне себе солидная привязка. Ибо Михаил Черкашенин есть прославленный атаман донских казаков, весьма авторитетный также и у запорожцев. Его имя плотно связано с героической обороной Пскова от войск Стефана Батория в конце Ливонской войны.
Вроде как бывший характерником — иначе заговоренным, особенным воином — Михаил предрек, что сам он сложит голову во время осады, но вот город выстоит… В общем-то, так и случилось.
А Ливонская война и осада Пскова — это как раз события царствия Иоанна Грозного… Подробно о событиях которого я читал, дай Бог памяти, лет десять назад! С весьма печальным результатом дня настоящего — я просто ничего не помню…
Нет, ну конечно, кое-какие вехи в голове отложились. Казань брал, Астрахань брал! Опять же, Ливонская война — которую забирали в одни ворота, пока последний магистр не сделал финта ушами, «завещав» Ливонию полякам… Или литовцам? Короче, и с теми, и с другими начался лютый махач; позже, увидев возможность, против московитов вписались и шведы, отжавшие Ингерманландию… Ну, то есть окрестности современного Питера с выходом к Балтийскому морю — от самого Санкт-Петербурга до Ивангорода.
И вот касаемо всех событий этой войны — за исключением разве что осады Полоцка Иваном Васильевичем (успешной осадой, но город-то ляхи по итогу отжали) да героической обороной Пскова… Помимо этого в голове просто белый шум.
Впрочем, я сейчас пока что нахожусь на южных рубежах земли русской — откуда взяться татарам на севере, правильно⁈ Так вот, из событий «южных» в голове сидит разве что оборона Тулы в 1552 (туляки не дали сорвать второй поход на Казань), Судбищевская битва… Года точно не помню — но совсем недавно же промелькнула новость, что дайверы обнаружили относящиеся к ней артефакты, ага.
Ну, и решающая битва при Молоди. Сражение некогда забытое — но на самом деле вряд ли уступающее Куликову полю и масштабом, и значением для русской истории…
Увы, но детально о Молодях я ничего не знаю. Помнится, что татары сумели обмануть царскую рать и рванули в Москве — но конный русский отряд напал на обоз и тыловые части, и погромил их, оттягивая основную массу крымской орды на себя… Оттянул аж до холма у деревни Молоди, где наши спешно ставили гуляй-город.
Но наверное, к моменту появления татар окончательно закрепиться еще не успели — иначе почему стрельцы дрались с крымчаками у подножия холма, в чистом поле? Точно помню, что стрелецкие приказы полегли в полном составе, и дальше начались кровавые штурмы гуляй-города… Что были отбиты с последующей вылазкой русских всадников, решивших дело.
Ну, это в двух словах… Но большего в голове ничего — даже имен воевод, к моему вящему стыду…
Еще много интересного я читал о самом Иване Грозном и его семье. В частности, что версия с убийством сына была изложена папским легатом и иезуитом Антонио Поссевино — оболгавшим Ивана Васильевича в качестве мести. Мести за то, что Грозный кинул легата и не позволил строить на Руси католические храмы — также, как и не дал ему открыть иезуитские коллегии… А ведь Поссевино выступил посредником на переговорах между Речью Посполитой и Московским царством!
Нет, кинул Иоанн Васильевич легата вполне по делу — ведь и посредник он был так себе, с учетом территориальных потерь Москвы. Да и иезуиты бы взялись за дело не хуже, чем в Речи Посполитой — где православная русская шляхта стала массово принимать католичество, а предатели из числа духовенства заключили с католиками унию… После которой на земле Малороссии обильно полилась кровь именно православных.
И льется до сих пор…
Но если Поссевино и был слабеньким дипломатом (или же он просто кинул царя прежде, чем тот бортанул легата с его коллегиями) — но искусство подкупа, интриг и отравления иезуиты знали превосходно. Вроде как Антонио прямо сказал, что царь и года не проживет — а тот и не прожил, умерев совершенно страшной смертью… Словно умирал уже не человек, а гниющий изнутри труп.
И вроде как после эксгумации останков Ивана Грозного и его многочисленной семьи, следы отравления были обнаружены у каждого из последних Рюриковичей… Рюриковичей на престоле государства Российского!
А еще читал, что Иоанна Васильевича травили не сразу, а постепенно — и что именно яд с высоким содержанием ртути мог провоцировать вспышки гнева и подозрительность царя…
Конечно, неплохо бы предупредить Иоанна IV, за буйный нрав прозванного «Васильевичем», ага… Но это из разряда фантастики. Где там царь, а где я? Лежу на голых ветках — и мерзну от ночного холода, усиленного речной влажностью… В статусе не воина даже — а так, лапотного мужика!
Причем желание становиться казаком как-то понемногу меркнет… Ведь если мой «предшественник» входил в посошную рать, то за рекой осталось какое-никакое имущество Микитки — и блин, его довольствие! Раки, конечно, и без соли неплохо получились — а какая-нибудь полбяная каша без соли будет еле жеваться… Наверное. Хотя доставшееся мне тело не приучено к соленой пище — когда солят не ради консервации, а именно с целью усилить вкус… Так вот, сейчас у меня при одной даже мысли о какой-нибудь каше (любой, лишь бы горячей!) желудок к стенкам прилипает!
А уж если заесть ее хлебом, м-м-м…
Да и казаки не шибко спешат принимать в свои ряды оборванца без минимальных навыков боя и хоть какого оружия — терпят, разве что, да присматриваются… Но не более. Вот почему я сплю без халата, в одной рубахе? А потому, что если кто из казаков чем делиться — то он это сам и предлагает, как Миша. Но если вдруг взять чужое, да без спроса… Короче, интуиция подсказывает, что у казаков так дела не делаются.
Вот только против возвращения в «посошную рать» также есть куча аргументов… Например, я там банально никого не знаю — а вот меня люди наверняка помнят, так что возможны казусы… Это раз. Придется плыть через реку, на нашем участке даже более широкую, чем на броду — это уже два. Нет, метров двести пятьдесят воды для бассейна — это не расстояние даже, а так, разогрев! В своем родном теле я бы наверняка рискнул, но вот теперь… Теперь все сложнее.
У меня не было возможности разглядеть свое лицо — ибо зеркал тут нет, а в чистой речной воде я как-то не шибко отражался. Но помимо густой и плотной бороды, я обзавелся также крепкими, жилистыми руками — и поджарым, сухим телом. Вот это приятный бонус! Ну и казалось бы, плыви не хочу… Однако, даже когда я плыл по течению, то неожиданно быстро выдохся — а сейчас течение будет сносить меня в сторону от противоположного берега, что на порядок удлинит конечную дистанцию… И плавание, как ни крути, требует развития определенных групп мышц и связок — но далеко не факт, что тяжелый крестьянский труд на земле развил их до нужного состояния.