— Ты устала?
— Очень.
— Тогда пошли.
— Куда?
— Полежим. Полчаса. Просто полежим. Я тебя обниму.
— Хорошо.
И они пошли в спальню. И лежали полчаса. Просто лежали. Он обнимал её, она прижалась к его груди. Метка светилась тихо. Жемчужина под его рёбрами отзывалась. И всё это было очень обычно — как должно быть у людей, у которых утром одна сделала операцию, а другой ждал в коридоре.
В Сар-Аммате в этот день у Иссары и Тэо тоже были новости.
Айри принесла список. Семь имён. Все — люди, которые пришли работать к Аэдрису за последний год.
Двое — на кухне. Один — конюх. Двое — в саду. Одна — на стирку. И одна — в гардеробной. По имени — Талия. Молодая женщина, тридцати лет, тихая, без семьи в Сар-Аммате, без родных. Она пришла полтора года назад, через рекомендацию одной из старших швей — той, что когда-то работала на двор Дома Чёрного Течения.
— Это она, — сказала Иссара, прочитав список. — Я уверена.
— Подождите проверять. — Тэо был осторожен. — Может быть, рекомендации — просто работа торговая. Не обязательно связь.
— Мы её сейчас проверим.
Иссара послала за Талией. Сказала Айри — пригласить тихо, без шума, под предлогом обычного дворцового вопроса. Через двадцать минут Талия пришла. Молодая, худенькая, с тонкими руками, с собранными в плотный пучок тёмными волосами. У неё лицо было нейтральное — ничего, кроме спокойного внимания.
Иссара показала ей небольшой свёрток. Развернула. Внутри — кусок ткани. Внутренняя сторона одной из туник Аэдриса, которую Тэо позавчера выкрал из его гардеробной и обработал реагентами.
— Талия, — сказала Иссара мягко. — Эта ткань — туника Его Величества. Та, которую он носил последний раз перед болезнью. Я хочу тебя спросить — ты помнишь, как ты её чистила?
Талия посмотрела на ткань. У неё в лице ничего не дрогнуло. Даже на полтона.
— Помню, госпожа, — сказала она. — Я её чистила два дня назад. Перед последней стиркой.
— А до этого?
— Раз в неделю. По расписанию.
— Чем чистишь?
— Серой пеной. Как все туники.
— И всё?
— И всё, госпожа.
Иссара чуть наклонила голову.
— Талия. Я тебе сейчас покажу одну вещь. Я хочу, чтобы ты не торопилась с ответом.
Она достала из ящика стола маленький мешочек. Развязала. Высыпала на ладонь горсть тихого песка — того самого, который Шенн принёс из Дома Серебряного Течения. Песок был светло-серый, очень тонкий, с лёгким металлическим блеском.
И в этот момент Иссара впервые увидела, что у Талии в лице что-то дрогнуло. Очень коротко. На полсекунды. Если бы Иссара за шестьдесят лет наблюдений не научилась замечать такие микродвижения, она бы пропустила.
Тэо рядом тоже это увидел. Он переглянулся с Иссарой.
— Талия, — сказала Иссара тем же мягким голосом, — ты узнаёшь?
— Нет, госпожа.
— Точно?
— Точно.
— А почему у тебя в лице сейчас на секунду прошла волна? Я её видела.
Талия моргнула. Один раз.
— Я просто удивилась, госпожа. Я не знаю, что это.
— Хорошо. — Иссара ссыпала песок обратно в мешочек. — Я тебе верю на слово. Но я хочу, чтобы ты завтра пришла снова. Я тебе ещё несколько вопросов задам. А пока — иди.
Талия поклонилась. Вышла. У двери, на секунду, она оглянулась. Иссара поймала этот взгляд.
— Тэо.
— Что?
— Беги за ней. Тихо. Узнай, куда она пойдёт сейчас.
— Понял.
Тэо ушёл. Иссара осталась в кабинете. Долго смотрела на закрывшуюся дверь.
«Она знает, — подумала старуха. — Она поняла, что мы знаем. Сейчас она побежит к посыльному, чтобы доложить. Если мы найдём этого посыльного — мы найдём дорогу до самого Верана.»
Через два часа Тэо вернулся.
Он был запыхавшийся, на лице — выражение охотника, который только что взял добычу.
— Госпожа Иссара. Я её вёл. Она пошла в нижний город. Через торговый квартал. Прямо к одному дому в порту. Дом — Налани мне его указывала в первый день, она знает все такие — это дом посредника. Того толстого старика с золотыми кольцами, о котором она мне говорила. Талия зашла к нему. Просидела у него двадцать минут. Вышла. Дальше я её не вёл — у неё за плечом вдруг появился человек в чёрном, я понял, что меня заметили. Я убежал боковой улицей.
— Ты её не упустил?
— Я её упустил намеренно. Дальше бы меня узнали. Но мы знаем главное — она пошла к посреднику. К тому же, к которому Налани носила брошь. Этот посредник работает на Дом Чёрного Течения.
Иссара медленно кивнула.
— Хорошо. Это значит, что у нас сейчас есть цепочка. Талия — посредник — Веран. Двое из трёх — известны. Третий — пока тень.
— Что мы делаем?
— Я сейчас пишу письмо Аэдрису. Гонец на быстрой лодке к острову. Он должен знать, что Веран знает.
— И мы её арестовываем?
— Не сразу. Сначала — ставим за ней наблюдение. Пусть думает, что мы её отпустили. Через неделю она сделает ошибку — побежит к посреднику ещё раз. Тогда мы возьмём их обоих за раз.
— А если она побежит сегодня к нему ещё раз?
— Тогда мы возьмём её сегодня. У меня в коридоре два гвардейца Аэдриса. Они её ведут с того момента, как она вышла из дворца. Если она побежит — её возьмут. Если будет вести себя обычно — оставим.
Тэо кивнул. У него был тот вид, как будто он за один день стал на десять лет старше — не от усталости, а от того, что сделал что-то по-настоящему важное.
Иссара села к столу. Взяла пергамент. Перо. И начала писать.
«Дорогой Аэдрис. Мы нашли исполнителя. Молодая женщина из гардеробной, имя Талия, рекомендация шла через Дом Чёрного Течения. Способ — тихий песок с маслом, нанесение на тунику. Сегодня она ходила к посреднику в порту. Веран теперь знает, что мы знаем. У вас на острове — оцениваю — неделя, может две, прежде чем он попытается что-то предпринять. Налани должна усилить наблюдение в бухте. Возможно, ему придёт идея напасть на остров — у него есть быстрые суда. Возможно, он сделает что-то здесь, в