После чего приблизился ко мне. И, мягко но уверенно отодвинув притихшего Георгия Карповича, спросил напряжённым голосом.
— Вы там, «у себя», реставрировали монархию?
— Не совсем, Иосиф Виссарионович. — Вместо меня ответил начавший приходить в себя Андропов. — Но, положа руку на сердце, дела «там», в будущем, обстоят гораздо хуже…
— Третья мировая? — Тут же попытался выяснить, Сталин. И, ударив крепко сжатым кулаком в раскрытую ладонь левой руки, ощерился. — Чёртовы американцы!
— К счастью, до этой критической отметки дело не дошло. — Поспешил успокоить взволнованного Иосифа Виссарионовича я. И, толком не понимая, с чего начать, ляпнул. — Но, локальный конфликт с применением ядерного оружия, всё же случился.
— И кто же с кем воевал? — Моментально осведомился Сталин. — Кто эта, неизвестная сверхдержава, осмелившаяся бросить вызов Стране Советов?
— Советского Союза больше нет. — Втягивая голову в плечи и, съёживаясь и стараясь занять как можно меньше места в кресле, пролепетал я. — А сцепились Россия и Украина.
— Значит, вы допустили раскол Государства? — Наклоняясь и прожигая меня горящим взглядом, обличительно прошипел Сталин. — И? Как? Как это всё могло произойти?
«Вот же бля, встрял! Между молотом и наковальней»! — Изо всех сил борясь с желанием послать всё на хуй и телепортироваться из, ставшего вдруг очень неуютным номера, куда подальше, затравленно подумал я. И, чувствуя, что помимо воли начинаю покрываться холодным потом, с трудом перевёл дыхание. — «Да уж… У этого монстра не забалуешь»!
— Иосиф Виссарионович! Пожалуйста, перестаньте пугать Его Высочество! — Попытался встать на мою защиту Пельше. И, переключив внимание с моей, чуть не обосравшейся персоны, на себя, дрожащим голосом заметил. — Принц Генрих, вообще, подданный совершенно другого государства. К тому же, принимая во внимание его возраст, не имеет отношения к развалу СССР вообще, и геополитической обстановке его времени, в частности.
Отвлёкшийся на мгновение Сталин, вновь взглянул на вашего покорого слугу. И, задумчиво пробарабанив пальцами по подлокотнику занимаемого мной кресла, вопросительно вскинул брови.
А я, подчиняясь силе воли и харизме этого великого человека, отрапортовал, как по писанному.
— Ненаследный Принц Генрих. Сын короля Швеции Йохана Седьмого. «Там», у себя, мне исполнилось двадцать два года, но… — Тут я невольно сделал небольшую заминку. Однако, всё таки нашёл в себе силы и закончил. — «Здесь и сейчас» мой папа ещё не родился!
О том, что на самом деле я никакой не Принц, а пятидесятилетний гражданин Содружества, специализирующийся на выращивании сельхозпродукции и животноводстве в одной из свободных сельскохозяйственных Локаций, я благоразумно промолчал. Лишние это знания. Да и, никоим образом не вписывающиеся в существующую и, как ни странно, вполне себе неплохо работающую, парадигму здешнего общества.
Где люди строят социализм, посылают радиосигналы «братьям по разуму» и готовятся «сажать яблони на Марсе».
— Неожиданно. — Еле заметно усмехнулся Сталин. И, указывая на причину своего заблуждения, заметил. — Ваше Высочество, для жителя Западной Европы, вы очень хорошо говорите по-русски!
— Принц Генрих полиглот. — Вступил в беседу набравшийся смелости Андрей Николаевич Косыгин. Знает пять языков и ешё он… — Тут помолодевший член "совета двенадцати несколько стушевался. И, нерешительно оглянувшись на таких же, как и он, помододевших и юных соратников, почти шёпотом закончил. — … Маг.
— В каком смысле, «Маг»? — Выделив интонацией последнее слово, изумлённо воскликнул Сталин. И, на мгновение забыв про меня, обличительно уставился на вызвавшего его удивление «Царевича».* (*Шутливое прозвище, данное Сталиным Косыгину). — Что вы мне голову морочите?
— В прямом. — Понимая, что не стоит «тянуть кота за яйца» и «откладывать дело в долгий ящик», обречённо признался я.
И, дабы сразу и окончательно расставить «все точки над Ё», воспользовался левитацией и приподнялся к потолку. Затем зажёг потрескивающий жаром и вызвавший, немедленную и очень специфическую, реакцию охранников, файербол. И поперекидывав его с руки ну руку, отправил в Стазис. После чего, давая как следует себя рассмотреть, не спеша «приземлился» на ковёр.
— Ни за что бы не поверил. — Сдавленно пробормотал Сталин. И тут же поправился. — Если бы не видел собственными глазами. А затем, вперив немигающий взгляд в Андропова, назначил его «главным управляющим». — Все, полученные из будущего сведения, ко мне на стол! И, распорядитесь, чтобы подали в кабинет завтрак!
В том, что имеет право командовать, а так же в предоставлении по первому требованию личного рабочего помещения и допуска к материалам из двадцать первого века, Сталин даже не сомневался. И, сходу и безапелляционно заняв лидирующую позицию, кивнул мне и, заложив руки за спину, покинул номер.
— Что ж… Благодарим за неожиданный сюрприз, Ваше Высочество. — С еле слышной долей сарказма, задумчиво усмехнулся молчавший до сих пор Брежнев. — Хотя, учитывая все известные обстоятельства, может, оно и к лучшему…
— Да, Принц… Удивили, так удивили. — Заметил Михаила Андреевич Суслов. — Но, невзирая на ваше… гм-м… некоторое самоуправство, должен заметить, что привлечение к проекту личности ТАКОГО масштаба, увеличивают шансы на благоприятный исход в любом случае!
— Кстати, позвольте поинтересоваться об, изложенном вами в докладной записке и, как понимаю, уже запланированном визите в Индию… — Напомнил о текущих, довлеющих так сказать, делах, Дмитрий Фёдорович Устинов. — Прикажете готовить военный борт? Или, мы опять воспользуемся, удивительными и поражающими воображение, талантами вашей приёмной дочери?
— «Надо же! С ходу допетрили»! — Грустно усмехнулся я.
Хотя, глупо было бы надеяться, что люди, сумевшие преодолеть очень высокую конкуренцию и долгие годы удерживающие власть, окажутся невнимательными и недалёкими глупцами. А известие о том, что в нашем «волшебном триумвирате» Леська выполняет роль не только «маминой девочки», но и несёт очень важную прикладную функцию, только добавит мелкой ценности в их глазах.
И, как следствие, повысит шансы на хорошее отношение и, как ни странно, на банальное выживание. В любом случае, беречь Леську будут «как зеницу ока». А охранять так, как не снилось любой, сказочной «принцессе на выданье».
— Второе, Дмитрий Фёдорович. — Не стал скрывать своих намерений я. — Пойдём через межмировое пространство. И ещё… — Я на минуту задумался, стоит ли посвящать в тайну Стазиса лишних людей. Но, вспомнив расхожую истину, гласящую «что знают двое, знает и свинья», мысленно махнул рукой и продолжил. — Нужно