Многие годы эта тихая теплая бухта являлась местом жизни и размножения гребешков. Здесь они появлялись из крохотной личинки, росли и умирали. А раковины шторма выбрасывали на берег. Изнутри раковины при жизни моллюска покрывались перламутром. И чем старше был моллюск, чем объемней была его раковина, тем больше перламутра откладывалось на ее внутренней поверхности. Сама по себе раковина снаружи самая обыкновенная. Нижняя половинка выпуклая, грязно-бело-серого цвета. ее форма идеально подходит для лежания в песчаной ямке на морском дне. Верхняя часть раковины плоско-волнистая, больше фиолетового цвета, хотя и не у всех раковин. На ней селятся мелкие голотурии и водоросли. Для гребешка это дополнительная маскировка от врагов, жаждущих полакомиться вкусным мясом. Одни морские звезды чего стоят! заберутся сверху на раковину, выпустят свой желудок и кислотой, в нем содержащемся, прожигают дырку в раковине. А потом тот желудок в раковину пролазит и пожирает ее хозяина. Но есть у гребешка способ избежать контакта с пожирателем. Резко захлопнув створки раковины, он создает струю воды как из водомета и отпрыгивает от врага. Захлопнув створки несколько раз, он может удрать довольно далеко. Ускакал подальше, замер и опустился на дно. Где зарылся в песок и продолжил фильтровать воду в поисках пищи. Питается и растет. А когда заканчивается его жизненный цикл, раковину море выбрасывает на берег. И лежит она, как и тысячи таких же раковин, создавая под лучами солнца фантастические радужные сияния. Радующие глаз случайного наблюдателя, пока волны не изотрут раковины в мелкий песок.
Налюбовавшись на радужные блики, мальчишки продолжили спуск. Наконец их самодельные сандалии, пошитые умелыми руками отца, ступили на песок узкого пляжика. Вблизи ракушки оказались не такими уж и прекрасными. Мальчишки, пробираясь к воде, осторожно ступали по хрустящим раковинам и удивлялись их величине: мамкины суповые тарелки были меньше.
– Слышь, Петь. Давай больших раковин наберем. Будем из них суп есть.
– Тебе что, тарелки не хватает? – удивился Васькин брат. – Нет! Если и брать раковину, то только с живым гребешком. Вот, как эта. Видишь? На нее еще трубочники налипли.
Василек присмотрелся. Сквозь бликующую воду была видна лежащая на песке просто гигантская раковина с приоткрытыми створками. Шел отлив, но скорость ухода воды была небольшой. Потому мальчишки, осторожно ступая и стараясь не поднимать муть, рискнули зайти в воду по пояс. Плавать и нырять они умели, отец научил. Ныряя с острогой, они добывали крабов-береговиков, плоских камбал и небольших палтусят. За большим гребешком им тоже придется нырять. Но тут необходима другая снасть – имеющийся в арсенале юных добытчиков трехметровой ширины бредень.
Перспектива нырнуть за приглянувшейся ракушкой мальчишек не пугала. Они были снаряжены для подводной охоты: маска с трубкой, полутораметровая палка с железным остро заточенным крючком на конце – это если осьминожек попадется или полянка с трепангами – морскими огурцами. Для складирования добычи у каждого имелась торба, пошитая матерью из обрывков найденной на берегу дели – рыболовной сетки.
Опытные для своих лет ловцы морской живности знали, как осторожен гребешок. А вот такой огромный – тем более. Иначе не вырос бы размером с банный тазик. Брели охотники по воде к гиганту, стараясь не баламутить воду, чтобы моллюск исходящую от их движения волну не почувствовал. А еще старались, чтобы не заслонить собой гребешок от солнца. Потом аккуратно погрузились в воду и подвели к ракушке бредень.
Моллюск все же почуял, что на него идет охота, и резко схлопнул створки раковины. И влетел в сетку! Но удар раковины был столь силен, что «крылья» бредешка сложились и мальчишки стукнулись друг об друга. Васька выпустил свой край бредня и вынырнул, хватая ртом воздух. Он такой силы от моллюска не ожидал. Старший брат не подкачал и, перехватив выпущенную младшим сетку, поволок добычу к берегу. Вода искажает размеры находящихся в ней предметов, уменьшает их вес. На мелководье же мальчишки едва смогли тащить гребешок. Кое-как выволокли добычу на берег, перетащили через вал мертвых ракушек и упали на песок. Чуток отлежавшись, перевернули раковину плоской стороной на песок, чтобы вода из раковины вытекла. И пока она, чуть приоткрыв створки, избавлялась от лишнего веса, мальчишки быстро наловили несколько мелких гребешков и разожгли костерок. Отделить мясистые «пеньки» от раковины для специалистов было делом нескольких минут. Нарезали мясо тонкими полосками и насадили их на острый сучок. Присолили принесенной с собой солью и в течении полуминуты обжаривали над огнем. А потом достали принесенный из дома хлеб и с удовольствием съели свернувшиеся спиральками частицы плоти морского деликатеса. Напились свежей воды из вливающегося в бухту ручейка.
Пока ловили и жарили гребешки, их «сандалии», сшитые отцом из нерпичьей шкуры, просохли. Теперь можно смело подниматься по крутой тропинке, не боясь вывихнуть стопу, поскользнувшись. Ходить по воде в обуви отец приучил мальчишек сразу, как только те стали самостоятельно на морской берег выходить. Изобилует он всякими острыми предметами, в основном обломками раковин. А в воде живут живые моллюски, могущие поранить незащищенную ногу. Один их них – морской еж. Раковина круглая, формой на пряник похожа. Сверху самой природой нанесен рисунок – цветок шестилепестковый, а снизу отверстие. Эта раковина все, что от ежа остается, когда его жизнь кончается. Живой же еж покрыт длинными гибкими иголками. Даже если его просто задеть, иголки легко прокалывают кожу и обламываются. А потом ранка начинает болеть и загнивать: в тех иголках яд содержится. Не сильный, но гнусный. Так что бродить по воде разрешено мальчишкам только в обуви.
Нашли братья отшлифованную морем длинную ровную палку и попробовали приспособить ее для переноски ракушки. Вот только из этого ничего не получилось, тяжела больно. Тогда решили тащить ее волоком, замотав в бредень. Самое трудное было подняться от бухты на сопочку. Но упорство и труд все перетрут: с частыми остановками мальчишки одолели оба подъема и выбрались наверх.
Легкий ветерок овеял их разгоряченные тела. Вот только отдыхать им было некогда. Гребешок мог испортиться. Одно радовало: путь до дома шел под уклон. И замотанную в бредешок раковину приходилось не столько тащить за собой, сколько притормаживать ее движение по заросшему бамбуком склону. Но вдвоем мальчишки весили всяко больше живого гребешка, потому, ни разу его не упустили. И до дома добрались быстро.
Отец с площадки маяка сыновей заметил, как только они из