– Откуда… Откуда ты знаешь!? – удивился Джек, разом представив жуткие картины международного заговора против него одного.
– «Баба-локомотив». Мой первый запой случился именно по этой причине.
– Ты её знаешь?! – еще более ужаснулся Джек.
– Эх, парень, «баба-локомотив» это такая категория. Необыкновенно красивая и сексуальная, доступная, инициатор знакомства. Я прошел через это. И ты пройдешь.
– Да, это было, как заговор какой-то, как будто все вокруг помогали ей не встретиться со мной еще раз! – воскликнул Джек и даже на мгновение закрыл ладонями лицо.
– Это не заговор, это столб на дороге. Кто-то в этой ситуации проехал мимо, а мы с тобой – нет.
Сказав все это Бачинский не спешил с дополнениями.
Его ученику следовало переварить услышанное и попытаться осознать.
– Это больно, Марк. Неужели этого никак не избежать? Это, как погода, да? Как дождь или буря, – предположил Джек начав искать аналогии.
– Типа того. И мы с тобой на эту бурю никак повлиять не можем. Только пережить её, понимаешь?
– Я пережил. Ну, или почти пережил, – произнес Джек и опять вздохнул.
– Все пройдет, нужно только время и хорошо, что ты не вошел в штопор. Я в свое время не удержался. Слушай, а давай сходим в душ, тот что в механическом цеху, где воняет машинным маслом. А потом уже и пожрать нормально – к Капиталине.
– А давай, Марк. Сейчас, я только полотенце возьму и свои шампуни.
– Там же имеются в комплекте.
– Я не хочу в комплекте, я хочу свои.
3
Раскаленные струи воды били в покрасневшее тело Джека и в облаках пара к нему дважды подходил Марк, чтобы переключить воду на менее горячую, однако, Джек снова поднимал температуру, чувствуя, что только таким способом ему удавалось избавиться от боли, которая понемногу утихала.
В конце концов, Марк вытолкал ученика из душевой ячейки, напомнив, что смена у Капиталины скоро закончится и им придется получать кашу из рук неизвестно кого. А это было уже не то.
– Совсем не то, – согласился Джек, сбрасывая в урну полотенце и капсулы из под шампуня. Кажется, у него в голове стало проясняться и появились какие-то нормальные мысли, а не вот это всё…
Выйдя из душевой, они, как в прежние времена, прошли до ворот, сквозь дым, грохот и вспышки высокотемпературной сварки.
Кому-то приветственно помахали, с кем-то столкнулись возле выхода.
Марк ходил здесь регулярно, он все еще был дома, а Джек уже нет. Он обитал снаружи – «в чистой зоне».
– Чего там, хоть, интересного было, кроме этой бабы? – спросил Бачинский, когда они шли по галерее – розовощекие и благоухающие дорогой парфюмерией.
– Ну, я там на нефть ходил.
– Нефть? Это что такое?
– Ну, типа черное, маслянистое. Её разогревают, заливают в ванну и ты туда ложишься.
– Да ладно! По собственной воле?
– Так оплачено же, за казенный счет. И потом – эффект убедительный. У меня было хроническое растяжение ахиллеса, так после этих процедур старая травма не проявляется очень долго.
– У меня тоже есть старые травмы и растяжения. Как ты сказал? Нейфть?
– Нефть.
– Нефть. Нужно запомнить.
– Но сама процедура называется – нафталанолечение.
– Ух ты, длинно как, – заметил Бачинский и отвлекся на знакомого с другого сектора, невесть как оказавшегося на их станции. – Ой, привет дорогой! Как вы сыграли тогда со Вторым корпусом?..
Пока они пожимали друг-другу руки и накоротке обменивались новостями, Джек остановился у стены с удовлетворением отмечая, что боль утихала.
Марк вернул его к жизни. Своими активными действиями и болтовней о том – о сем.
Оставив, наконец, знакомого Бачинский вернулся к Джеку и они продолжили движение к столовой, до которой было уже недалеко и аппетитные запахи становились все более ощутимыми.
Джек и не предполагал, что за время последнего отпуска так сильно соскучится по этим запахам и самой атмосфере их родной столовки.
Да, на курортах имелись ресторанные зоны, а за дополнительную плату еще и персональное меню, однако такой каши, какую подавала Капиталина эти изысканные кулинарные мощности воспроизвести не могли.
Свою самую главную раздатчицу они застали на месте, но еще прежде Джек заметил её бывшего парня, который обедал за столиком в центре зала.
На нем была новенькая роба, а из нагрудного кармана рядом с ручкой электротестера выглядывал красно-синий цветок.
Джек еще не понял, как эта тонкая игра «бывшего» Капиталины могла отразиться на их с Марком обеде, когда увидев саму Капиталину удивился еще больше.
Её активный макияж имел другую расцветку, а к накрахмаленной наколке главной раздатчицы был прикреплен, точно такой же цветок, как и к спецовке электрика.
Капиталина вся сияла и выглядела заметно помолодевшей.
Джек с Марком недоуменно переглянулись, а раздатчица, завидев их, заулыбалась, понимая, что они заметили случившиеся перемены.
– Здравствуй, дорогая! – произнес Бачинский. – То, что мы с коллегой сейчас видим, это прочный мир или временное перемирие?
– Ой, да иди ты… – отмахнулась Капиталина, смущенно улыбаясь и поправляя на наколке цветок. – Пока непонятно, но будущее покажет. Что кушать будете, господа офицеры?
– Даже не знаю? Ты как, Майк, может желаешь что-то из морепродуктов?
– Желаю. Но каши с двойным маслом будет достаточно. И отбивную, пожалуйста. Ресторанную, – с наигранным пафосом добавил Джек подхватывая игру Марка.
Капиталина быстро составила пилотам порции и вопреки обычаю, не задала никаких вопросов, оставаясь торжественно молчаливой и таинственной. А они не стали больше ни о чем спрашивать и отбыли с подносами восвояси.
– Вот такие дела, брат, – произнес Бачинский, выставляя на стол свои традиционные кашу и отбивные, а еще салат из полунатуральных овощей и «дживси», напиток из тех же овощных культур.
С недавних пор на Лиме-Красной он стал очень популярен и считался чрезвычайно полезным, однако Марк брал напиток лишь потому, что его настойчиво рекомендовала Инга. А к её рекомендациям ему приходилось прислушиваться.
Джек, в качестве дополнения, взял салат из «восстановленных томатов» и какой-то десерт. А из напитков небольшую бутылочку «аквы».
– Электрики-электрики, без них никуда, – произнес Марк фразу, подготавливающую тему для нового разговора.
Он уже видел прогресс в приведении Джека к норме, но все еще не торопил события.
– Кстати, Майк, а на самом-то деле, как ты относишься к морепродуктам? Мы же, через Капиталину, можем заказать сюда реальные блюда из ресторанов морской кухни. Ну, скажем, с настоящими океанскими, а?
– Ой, меня этим не удивишь, – чуть скривился Джек, начиная разделывать отбивную и поняв, что сказал лишнее, еще ниже склонился над столом, а Бачинский перешел к новой теме.
– Тут такое дело, Майки, один мой