– Ничего себе! – Джек поднялся из пилотского кресла и прошелся вдоль стены с выдвижными ящиками, выдвинув несколько и снова задвинув, даже не замечая этого и в таком состоянии вернулся в кресло.
– Марк, но это очень похоже на то, как контрабандисты прорывают защиту!
– Вот! – произнес Бачинский и поднявшись со штурманского кресла, повторил маневры Джека, пройдясь несколько раз мимо стенки и прикладываясь к бутылке с «аквой». – Как только он стал перечислять все «прелести», я сразу обратил ему на это внимание. А он, зыркнул по сторонам и, эдак сгорбившись, добавил, что такие программки пишет отставная команда «черных программистов», которые раньше на контрабасов работали. Что и как там произошло он не знает, но команда решила разорвать контракт, а их за это заметно проредили. Те, кто уцелел залегли на дно и теперь понемногу сбрасывали продукцию знакомым дилерам, одним из которых оказался и Чиган.
– Много он наговорил, – заметил Джек, качнув головой, впрочем помня, что и сам, время от времени, допускал утечку того, о чем следовало помалкивать.
– В принципе, мне ничего этого и не требовалось, но я был заинтригован, а ему хотелось выговориться. Ну, и цену набить – он совсем на мели оказался. Короче, перевел я деньги на счет, который он указал и получил ссылку на какой-то форум кулинаров. Скачал увесистый файл, а когда вернулся на базу сразу его установил. Сначала на запасной «радиочип», чтобы не обрушить систему, если что не так. Погонял в виртуале нашей учебной программы и все, вроде, как и обещано. Но дальше не пошел, оставив «радиочип» на проводах, чтобы было легко подключать, если понадобится.
– И что, понадобилось?
Марк ответил не сразу. Сначала допил остатки «аквы» и поставил бутылку на пол.
– Тут начинается вторая часть этой истории, мой маленький друг, – произнес он, имитируя голос ведущего из популярного детского шоу. – Я тут как-то метнулся на аварийном шаттле в «казарму», нужно было кое-что перетереть с профсоюзным боссом. Ну, а там встретился с еще одним коллегой – Фредди Кантором. Хороший пилот, но раньше у нас с ним были терки, вплоть до драк, однако потом как-то подуспокоились оба. И вот в ихней столовке он мне напомнил, что я ему полсмены должен – было дело он за меня отдежурил. Я говорю не вопрос, замотался, забыл, но сейчас готов отдать долг. А он посмеялся и говорит, нет Бачинский, так и останешься должником, потому, что я теперь на Четвертом секторе служу. А сюда к ребятам заехал, чтобы вещички забрать.
– Ну, а ты?
– А я возьми да ляпни – мне секторы не преграда, надо отработать в Четвертом секторе, отработаю.
– Да-а, – протянул Джек и покачала головой.
– И ведь трезвый был, вот что удивительно. Но видимо «казарма» на меня так действует, не зря я с той дислокации на базу свинтил.
– На новую программку понадеялся?
– Ну, да. Договорились мы тогда на подальше, чтобы я успел подготовиться. А когда вернулся и вышел в рейд, сразу попробовал эту штуку, поначалу в «режиме исчезновения». Ввел команду, выждал секунд десять и снова «вернулся». А диспетчер кричит: Бачинский, ты куда пропадаешь?
– Стало быть, работает?! – не сдержал эмоций Джек.
– Работает. После этого режима вписал себя чужаком с другого сектора. И снова диспетчер отреагировала, стала кричать – кто такой и как сюда пробрался.
Джек засмеялся, живо представив себе эту картину.
– Ну, я сразу вернулся в реал и тогда она стала на настройщиков ругаться, дескать после недавней переборки аппаратура глючит. Так я понял, что все работает и бабки Чингану отправил не зря. И после удачных испытаний решил отдать Кантору должок пораньше. Созвонились, он говорит не вопрос, давай перенесем поближе. Правда, у меня тут своя смена планировалась, но я перепоручил её другому пилоту, он мне тоже полсмены был должен.
– Чижик?
– Да, он самый. А сверху еще литр крепкого пообещал.
– За возвращение долга?
– Ну, а что? Пусть человек повеселее работает. А сам в положенное время рванул через все границы тащить службу за Кантора. Думал, посижу в тени не высовываясь, изредка постреливая по обломкам. Те пилоты в секторе, что опознают чужого вместо Кантора, конечно не сдадут, оставив этот факт для разборок между своими. А я отстою полсмены и вернусь домой, оставив эти выяснения Кантору. И что же ты думаешь?
– Думаю, что там, где Бачинский, там и начинается все самое интересное! – объявил Джек и метнувшись к ящику достал еще две «аквы», бросив одну Марку.
– Именно так. Та фиговина, которую ты приголубил, прошлась по секторам и навела шороху. Буи сорваны с позиций и дрейфуют кто где, радары покалечены и показывают погоду, пункты позиционирования перешли на упрощенное кодирование, поскольку на сложные шифры не хватает энергии. И в этот подходящий момент из ближайшего телепорта вываливает, вот эта красота, которую прозвали «шкаф», из-за того, что по размерам это, как четыре сложенных контейнера, которые контрабандисты обычно перебрасывали.
– Вспышка, наверное, была здоровенная, – предположил Джек.
– Да, они совсем не скрывались, поскольку знали, что тут повсюду аварийная ситуация и второй проход той «мясорубки», с которой ты вовремя сцепился, должен был окончательно убрать все вопросы по перехвату «шкафа». А он и сам по себе оказался продвинутым. Только выскочил, сразу начал «мусорщиков» отключать.
– Как именно? – сразу спросил Джек, сидя на краешке пилотского кресла и стараясь не упустить из этого рассказа ни единого слова.
– Он стал убирать из регистрации Навигационного центра все аппараты, блокируя им связь, позиционирование, навигацию.
– В Четвертом секторе?
– Да.
– И как быстро?
– Первые пару «мусорщиков» он вырубил секунд за десять каждый. На остальные выходило по семь, а потом и по пять секунд. Все прочие в это время, били по нему из своих испарителей так, что он горел, как газовый факел. Но коробка держалась, видимо там была какая-то полевая защита.
– Ну, а ты тоже рубил на всю мощь?
– Нет, ты меня знаешь, я стараюсь разобраться, что да как. Поэтому шарашил на семьдесят процентов, следил за прогревом генераторов, чтобы, если что, поднять мощность раза в полтора. А он ведь что делал, в первую очередь выключал самых активных, тех, кто ему угрожал. Пришла пара перехватчиков, так он и с ними справился в момент и те, как балласт, покатились