Странно, вроде судьба столкнула меня с сильнейшими противниками, но рядом с этой троицей мужчин не покидало ощущение заботы и защищённости. Ещё месяц назад, увидев Савелия, почёсывающего задницу, облачённую в одни трусы, ни за что бы не подумала, что он может быть ответственным и серьёзным. О какой серьёзности могла идти речь, когда из спальни Рогова выпорхнули две раздетые девицы?
— Думаешь, Макаелян пойдёт на сделку? — поинтересовался Сава, кряхтя в попытке поменять положение. Бесполезно. Сломанные рёбра с трудом позволяли дышать, не говоря о каких-либо дополнительный движениях.
— У него обида на всё семейство Аганесян, — непринуждённо пожал плечами Альберт. — Он пойдёт на всё, что может насолить Вардану Арамовичу. Не удивлюсь, если Давид отожмёт у партнёра всю компанию.
— И отец окажется на улице, — с содроганием прошептала я, но тут же взяла себя в руки.
Шейлер прав. Пора делать выбор. Правда, его уже сделал за меня папа, предпочтя ублюдочного зятя вместо любимой дочери. А любимой ли? Судя по последним событиям, любовь ко мне оказалась какой-то поверхностной и выборочной. Поступаешь как угодно родителям — люблю, заартачилась — пошла вон.
— Ты можешь снова вернуться к припадочному бывшему, — подлил масла в огонь Юрий. — Тогда и состояние папочки окажется целым, и Давид Гурамович будет доволен.
— Типун тебе на язык, — зло процедил Савелий, вызывая у меня неконтролируемую улыбку. — Сам попробуй удовлетворить все стороны конфликта.
— Всё, господа, я вас покидаю, — с завистью глянул на термос Альберт и сполз с подоконника. — У меня сегодня ещё встреча с обманутой женой, мечтающей закатать мужа-изменника в асфальт.
Поправив часы и глянув на них, Альберт взмахнул рукой и удалился, оставив после себя слишком сладкий, но всё равно приятный аромат парфюма. Как только за ним закрылась дверь, у Савелия тут же заурчало в животе.
— Корми меня, женщина, — пафосно произнёс Рогов и демонстративно распахнул рот в ожидание бульона.
— Схожу в кафе, — вздохнул Юрий, громко сглатывая слюну. — У меня нет проблем с тушёной капустой.
— Как дела дома? — тихо спросил между ложками Савелий, воспользовавшись нашим уединением от его друзей. — Граблин ведёт себя прилично?
— Люба взяла отпуск и занимается Машенькой, а Юра, — хихикнула, сморщив нос, — больше не травмирует мою ранимую психику голым хоботом. Ты не волнуйся. Скорее всего, он тоже оформит выходные и не отойдёт от нас. Наверное, дополнительную охрану не стоило привлекать.
— Пусть будет. Мне так спокойнее. Не известно, чего ещё придумают твои родственнички. Вот так недосмотрим, и окажешься на соседней койке.
— Нападение на тебя отец не организовывал. Думаю, тут постарался Каренчик. Даже для его папаши такой поступок мелковат, — глянула на Сергея, впавшего в задумчивое состояние. — А соседняя кровать занята, так что обойдусь как-нибудь.
— Я здесь долго не задержусь, — скрипнул из угла Сергей, шевельнув головой. — Бинты снимут, и я уйду. Некогда мне разлёживаться. Семья ждёт.
— Правильно, — поддакнул Савелий, оттопыривая большой палец на непострадавшей руке, выражая полное согласие. — Во-первых: за женщинами нужен глаз, да глаз, а во-вторых: койку лучше освободить для моей беспечной невесты, которая недовольна чрезмерной охраной.
— Я всё поняла о мерах безопасности, — не стала спорить, затыкая бульоном Рогову рот. — Ни на шаг не отойду от Юрия.
Докормив Савелия, оставила его отдыхать, отыскала Игоря Владленовича и вкратце рассказала о результатах поиска.
— Судя по тому, что Немов жаждет увидеть меня, он получил отличный стимул для выздоровления, — потёр ладони врач, довольно улыбаясь.
— Сергей готов бежать к жене прямо сейчас, — покивала, радуясь за мужчину. — Надеюсь, он быстро пойдёт на поправку.
— Замечательно. Завтра сделаем МРТ и посмотрим, чего у него с позвоночником. Отёчность должна сойти, и можно будет строить какие-то прогнозы.
— А ожоги? — обеспокоенно поинтересовалась.
— Большинство из них поверхностные, — отмахнулся Игорь Владленович. — Главное, поставить пациента на ноги, а остальное быстро заживёт.
Вместе с врачом заглянула в палату, обнаружила заснувшего Рогова, тихонько забрала сумку и шёпотом простилась с остальными. Юрия нашла в кафе, пережёвывающего и запивающего капустный пирожок кофе.
— Не успел дома поесть, — пожаловался Граблин, запихивая остатки в рот. — Всё утро с мелкой пропрыгал.
Хотела сострить и напомнить где, когда и в каком виде он пропрыгал, но смолчала, побоявшись снова покраснеть от смущения. И не важно, что я работаю врачом и анатомия для меня абсолютно привычна. Такие физиологические подробности, которыми мотал передо мной Юрий, вгонят в краску кого угодно.
— Тогда поехали домой, — вытащила из сумки номерки из гардеробной и передала Юре. — Надо сменить Любаню и приготовить ужин.
Мужчина согласно кивнул, вытер салфеткой руки, забрал наши куртки, помог одеться и забраться в салон машины. В сопровождение охраны домчались до двора и припарковались у автомобиля Рогова. До этого он здесь не стоял.
— Его перегнали от офиса, — считал мои мысли Юра. — Нечего там пылиться без присмотра. Ещё запросили видео с камер. Вечером займёмся просмотром. Может кто знакомый промелькнёт.
Дома быстро переоделась, сполоснулась и тут же отобрала у Любы Машеньку. Прижала малышку к себе, вдохну молочно-сладкий запах и еле сдержала слёзы, не справляясь с нахлынувшими эмоциями. Как же я соскучилась по своей крохе.
К готовке припахала подругу, не в состояние выпустить из рук Машуню. К моему удивлению Юра активно встал помогать Любе, избавив меня от угрызения совести.
А совсем позднем вечером, искупав и покормив ребёнка, мы все вмести облепили ноутбук, внимательно рассматривая нападавших. Никто из троих бандюков ранее на глаза не попадался, но зато в кадр попала довольная рожа Карена, мелькнувшая в припаркованном недалеко автомобиле.
— Вот и дополнительный козырь в переговорах с Макаеляном старшим, — жёстко проговорил Граблин, копируя видео и отправляя его Альберту. — Вряд ли уродца удастся привлечь к ответственности, но надавить на отца получится.
Глава 49
Савелий