Сотник наблюдал за суетящимся Ткачевым и ничего не понимал. Перед ним был обыкновенный мужичок средних лет, средней комплекции и одетый просто и недорого. Смотрел на Сотника открыто, улыбался дружелюбно, и только что и не похлопал его, майора, по плечу — мол, друг, прости, что задержался. Они вместе спустились к консьержу, Ткачев отдал тому ключи и при этом, кивнув на Сотника, произнес:
— Вот, товарищ полицейский видел, что я квартиру запер, все вещи внутри, ничего не пропало, я проверил.
Консьерж бросил на Сотника удивленный взгляд. Сотник лишь пожал плечами.
— Передайте Ляне Шандоровне мою благодарность, — неожиданно добавил Ткачев и с улыбкой повернулся к Сотнику. — Теперь я весь ваш, товарищ майор.
— Подождите меня у подъезда, — приказал Михаил.
Ткачев послушно направился к выходу.
— Николай Иванович, как часто вы видели здесь Фандо? — спросил Сотник консьержа.
— Его самого или его жену? — уточнил тот.
— Обоих.
— Георг Романович был только однажды, с супругой и риелтором. Это было месяца три назад. Ляна Шандоровна заходила еще дважды в прошлом месяце, одна. Звонила вчера около полудня, попросила встретить груз в сопровождении Ткачева Бориса Николаевича. Она еще в прошлый раз отдала мне комплект ключей и попросила мой график дежурств. Сегодня я не впервые встречаю доставку в квартиру. Дважды завозили мебель. Можно спросить, по какой причине интересуетесь Ляной Шандоровной? Что-то случилось? — наконец, в голосе отставника прозвучало беспокойство.
— Не можем с ней связаться. Телефон не отвечает, по известным адресам отсутствует, — не стал скрывать Сотник, но о гибели мужа и детей промолчал. Не упомянул об этом и консьерж. — Николай Иванович, я оставлю вам визитку, позвоните, если вдруг будет, что добавить. И передайте Ляне Шандоровне, если появится, что заходил Михаил Сотник и просил срочно с ним связаться.
— Так точно, передам. А если приедет Георг Романович? Сообщить ему, что вы…
— Обязательно, — резко ответил Сотник и отметил, что своей бедой Ляна с этим воякой все-таки не поделилась.
Глава 7
— Эй, проснись, Ляна, смотри на меня… вот так… давай, дыши. Вдох-выдох, так, еще… Ну, мать, я тебе скажу — думал все, капец тебе.
— Леха? — Ляна смотрела на гостя с удивлением.
— Ну, память у тебя там, во сне, не отшибло, и то слава богу. Да, Леха я. Орала ты дурниной, не слышал никогда такого. Жуть жуткая. Что привиделось? Опять упыри?
— Они не упыри, Леха, а жертвы, — уже спокойно ответила Ляна и с удивлением посмотрела на свои пальцы, вцепившиеся запястье гостя, слава богу, хотя бы здоровой руки. Тот же не делал попыток вырваться, глядя на нее пристально, словно увидел впервые. «Глаза — болото. Или это от освещения?». — отметила она машинально и вдруг ощутила, как ее окутывает тепло. Странное состояние, которое, тем не менее, показалось ей знакомым. «Когда можно начинать работать с человеком, ты почувствуешь тепло. За ним придет спокойствие, даже равнодушие, уйдут все эмоции. Тогда ты будешь трезво оценивать полученную из карт информацию», — вдруг вспомнились слова отца перед ее первым опытом гадалки.
Вот и сейчас Ляна не чувствовала ни душевной боли, ни отчаяния, ни тоски. Только умиротворение.
Так и не отпустив руку гостя, она закрыла глаза, и тут же перед мысленным взором всплыла картинка…
Это был он, Леха, только выглядел он не грязным бродягой, а импозантным мужчиной. Это он стоит возле автомобиля, одной рукой держась за приоткрытую дверцу. Другая рука — в кармане брюк. На Лехе — темно-серый костюм, под пиджаком — белоснежная футболка. Ляна видит только черный матовый бок машины, но марку определить не может. «Мазерати Гран Туризмо», — подсказывает ей четко незнакомый голос. Она кивает. Ей вновь показывают, но уже близко, лицо Лехи — он смотрит на кого-то с нескрываемым презрением. Картинка смещается, теперь Ляне виден человек, который стоит напротив него. Он протягивает Лехе пухлый конверт. Его лицо показывают лишь на мгновение, но Ляна вдруг чувствует, как замирает на этот миг ее сердце. Тут же вновь «в кадре» — Леха. Он бросает на мужчину тяжелый взгляд, широко открывает дверцу автомобиля и садится на место водителя. Дверца захлопывается с мягким щелчком. Следующая картинка — конверт на дорожном покрытии, рядом с ботинками незнакомца. Мужчина нагибается и поднимает его. «Пожалеешь еще, Валек», — слышит она тихую угрозу…
Ляна сделала глубокие вдох и выдох и отпустила, наконец, руку Лехи. Она поняла — ей вернули дар видеть то, что недоступно видеть другим.
— Почему ты не взял у него деньги, Леха? Или Валек? Как тебя зовут на самом деле? — не ведая страха, спросила Ляна, развернувшись к гостю.
Они сидели на старом, продавленном диване так близко друг к другу, что мужчине достаточно было сделать одно движение — например, цепко взять за горло здоровой рукой. И сжать пальцы посильнее. Тогда ей конец — куда ей против него! Теперь, находясь близко, она разглядела, что Леха не такой хилый, каким показался сначала. И рост у него… уж, точно, не ее, карликовый. Придавит, как клопа.
Но Ляна точно знала, что тот этого не сделает.
Он смотрел на нее молча и строго, как родитель на провинившегося ребенка. По крайней мере, ей так казалось. И он даже не шевельнулся.
Ляна вновь вздохнула. Такую реакцию на свои «видения» она встретила впервые. И что теперь? Снова хватать за руку? Чтобы уж добить… Она осторожно дотронулась до запястья Лехи. И тут же отдернула руку, потому что обожглась. Ее пальцы словно опалило огнем, Ляна вскрикнула.
Она даже не притронулась к Лехе, но всплыла не картинка, а эпизод с ее участием в качестве зрителя.
Она стоит недалеко от трассы, глядя, как в нескольких метрах от нее полыхает что-то большое, черное. Автомобиль Лехи. Вот раздается хлопок, огненные языки опаляют ветки рядом стоящего дерева. Кадр тут же сменяется другим — она наблюдает, как вглубь леса бежит человек в спортивном костюме. Он держит в руках пакет-майку, в котором лежит что-то весомое.
Спортивный костюм черного цвета. Очень похожий на тот, что сейчас на Лехе.
— Зачем спалил авто? — уже жестко спросила Ляна, отрезая все пути назад — ну, убьет… Нет, он не убийца, он — вор.
— Так надо было. Теперь меня нет, сгорел там.
— Мазерати не жалко?
— Жалко. Объяснишься?
— Могу попытаться…
— Давай, валяй. Начни с того, кто тебя послал вдогонку за мной. Он?
— Леха… — вздохнула Ляна, — послушай сначала.