Затем волна ударила в мост и всё скрыл бурлящий поток. Ника вскрикнула и, не в силах стоять, села на каменные плиты двора. Трое гномов всматривались в проносящуюся прямо за воротами реку. Гоблин перестал пригибать человека, кот выпустил из когтей штанину.
Вода схлынула – и на мосту снова показалась фигура нотариуса. Антуан Блеро был мокрым с головы до ног, и казалось, что поток смыл с него долголетие. Теперь нотариус был согбенным, даже дряхлым, всё лицо покрывали глубокие морщины – но он улыбался счастливой улыбкой ребёнка, в которой не осталось и следа прежней хитрости.
Атти хмыкнул и указал рукой на мост. Вместо ниши первую опору теперь насквозь прорезала арка, из которой тоненькой струйкой ещё продолжала вытекать вода, унося с собой мелкие осколки камней. Детский голосок за прудом допел песенку, и собравшиеся у нижних ворот увидели, как Жюли под считалку весело скачет то на одной ножке, то на обоих, пересекая плотину древней мельницы.
* * *
– Ты меня чуть не задушил, – посчитал нужным уточнить Степан.
– Прости, – Дуфф развёл руками. – Но если бы ты сказал то, что намеревался, дело в любом случае кончилось бы плохо.
– Потому что это был не ваш мост, хозяин, – пояснил Руй, – и не ваш выбор. Нельзя вмешаться в такое без последствий для себя.
– Ты вполне мог оказаться в той нише, – уточнил гоблин, – и при этом ничем бы не помог малышке.
– А если бы мэтр Блеро убежал с моста? Не попал под удар воды? – задумчиво спросил Степан.
– Это был бы его выбор, – только и сказал Дуфф.
Все посидели молча, раздумывая над услышанным. В камине потрескивал огонь, за окном в бархате ночи апрель сменялся маем. Первой нарушила молчание Ника.
– А ведь сегодня Бельтайн, – заметила девушка. – Вальпургиева ночь. Ведьмы собираются…
– Да никуда они не собираются, – фыркнул гоблин. – Просто пока у вас, людей, одна религия боролась с другой, появились страшные ночные сказки. Обыватели давным-давно забыли, из-за чего была борьба, но сказки продолжают жить.
– У вас ведь тоже есть нечто подобное. Ты сам говорил про священные дни праздника весны, – заметил Степан.
– Резонно, – согласился Дуфф. – Наверное, это в какой-то мере сближает нас с людьми.
– Завтра я уеду, – вдруг тихо сказала Ника. Мужчина и оба фейри удивлённо посмотрели на неё. Девушка подошла к каминной полке, на которой они давно уже завели папку с документами – туда попадали все чертежи, наброски, чеки, связанные с работами в шато. Ника достала из папки официального вида конверт, и протянула Степану.
– Мэтр Блеро привёз его сегодня. Я хотела сказать после церемонии – я ведь не знала, что подразумевает эта церемония. А потом просто забыла, и вот только сейчас вспомнила.
Степан держал конверт на руке, не торопясь заглянуть в него. Он уже всё понял.
– Мой отец – Серж Борю, – девушка грустно улыбнулась. – Я не ваша кузина, не дочь месье Мишоне и, стало быть, не имею никаких прав на наследство. Это замечательно.
Мужчина вопросительно приподнял брови. Гоблин хмыкнул.
– Замечательно, потому что вы сможете реализовать свой проект, и никто вам в этом не будет мешать. А я наконец узнала правду об отце. Он похоронен в Кастельнодари, там штаб-квартира четвёртого полка Легиона. Хочу на обратном пути побывать на его могиле.
– На обратном пути? – переспросил Степан.
Он рассеянным взглядом обвёл комнату, будто не совсем понимая, где находится. Руй и Дуфф молча и сосредоточенно смотрели на мужчину, и у него мелькнуло ощущение, что оба фейри силятся что-то сказать, но при этом никак не могут даже движением глаз выдать своё намерение.
– Ну да. На обратном пути в Белград, – Ника замялась на секунду, затем сказала. – Простите, что доставила вам столько беспокойств. И большое спасибо за то, что позволили побывать в сказке.
Мысль пронеслась вспышкой молнии – Степан вдруг понял, что без слов пытались сказать ему гоблин и домовой. Понял так же, как в ночь перед нападением на шато призрачных гончих, что именно сейчас эта девушка может уйти из его жизни навсегда. Мужчина молча поднялся со стула, шагнул к растерянно глядящей на него Нике, и осторожно привлёк её к себе. Девушка не отстранилась, только в серых глазах блеснули слёзы.
– Останься. Пожалуйста, – попросил он, впервые говоря ей «ты».
Руй с облегчением выдохнул. Дуфф ткнул друга локтем в бок, и сказал:
– Правильно я советовал парням. Зачем нам люкс? Вот номер для новобрачных – совсем другое дело!