День идёт своим чередом: после завтрака мужчины разбираются с почтой, чтобы успеть отработать деловые мелочи. Я укладываю посуду в посудомоечную, видя, как брат с сестрой уже строчат сообщения в общий чат, обещая привезти какие-то вкусняшки. Тёма носится по дому, крича про поиски шапки — он очень хочет вернуться во двор и погонять по сугробам на квадроцикле, и всё дёргает пап, чтобы они отвлеклись.
Иногда я думаю, что скажут люди извне, узнай они о нашей «тройке». Но постепенно осознаю: нам не важно, что скажут. У нас достаточно взаимоуважения и любви, чтобы нести эту ношу, а мнение чужих давно не приоритет. Я вижу счастливый взгляд сына, вижу, как Адам впервые за долгое время перестал напрягаться о своих долговых схемах и тёмных инвесторах. Просто наслаждается жизнью и крепко спит. Вижу, как Алан расслабляется, когда обнимает меня, уже не притворяясь крутым боссом или чьим-то там сыном. Он просто разорвал все связи, что связывали его до сих пор по ногам и рукам.
Сижу у окна, наблюдая, как за стеклом мерцает редкий снежок, и чувствую мягкие шаги сразу двоих: Алан обнимает меня сзади, а Адам присаживается напротив, укладывая подбородок на ладонь и с интересом глядя мне в глаза. Внутри вспыхивает тот самый знакомый огонь, который когда-то на Пхукете сплёл нас воедино и подарил нам сумасшедшую ночь. Но теперь это не просто страсть. Это… наш дом, в котором мы растим Тёму, смеёмся, спорим, планируем будущее.
— Над чем задумалась? — шёпотом спрашивает Адам, скользя по моей щеке кончиками пальцев.
— Ни над чем, — улыбаюсь в ответ. — Просто… счастлива.
Алан прижимает меня чуть крепче, будто желая закрепить мои слова. Я смеюсь негромко, ощущая, как волна тепла затапливает всё сознание.
Кажется, мы нашли ту самую форму жизни, где каждый получил то, о чём давно мечтал. Мы расставили приоритеты и вместе излечиваем раненные души. Пытаемся наверстать упущенное и вместе строим будущее. Делим радость, ответственность. И меня не пугают вопросы, что будет дальше. Главное, что мы вместе.
Я люблю их и отдаюсь на все сто процентов. А они… Любят меня, растворяясь во мне.
Я ещё долго каждый день буду благодарить жизнь и судьбу за то, что дала мне шанс быть счастливой и любимой.
— Так, кто первым пойдёт на улицу с Тёмой? — спрашиваю я с шутливой строгостью. — Он там замёрзнет, если никто не составит ему компанию.
Адам с Аланом переглядываются и встают почти одновременно:
— Ладно, мы вместе пойдём, — смеётся Адам, одновременно растирая руки. — Погнали в лес наперегонки! Мы его ухайдокаем и ночью… Ты будешь наша.
— Я и так каждую ночь ваша, — улыбнулась.
И я смотрю, как они вдвоём выходят из дома, перекидываясь шуточными подколами, кто первый обкатает снежную горку в лесу. Подхватываю свой шарф и следую за ними, распахивая дверь и щурясь на солнышке, пока мужчины выкатывают квадроциклы с гаража во двор.
Мы уже не чужие люди с тяжёлым прошлым и надеждами только на себя. Мы давно настоящая и самая счастливая семья, в которой больше нет места глупому соперничеству.
Едва страсть поутихла, любовь накрыла нас с головой. И не отпустит теперь.
Никогда.