Генеральный дьявол - Аля Алая. Страница 48

class="p1">— Пора идти, — организатор передает мне свадебный букет. Девочки отлипают от окна, поправляют свои нежно-розовые платья. Обе красотки, от которых невозможно оторваться.

Спускаемся в холл на первый этаж. Фата облаком скрыла меня от всех. Смотрю сквозь нее, дышу тяжело. Вся онемела от волнения и едва ли не падаю.

Мне поправляют платье, а девчонки одна за одной исчезают за массивной дверью. Я слышу там музыку, радостные аплодисменты. В глазах слезы.

Боже, неужели на самом деле?

Страшно и так хорошо одновременно.

Двери открывают для меня и я медленно выплываю на улицу. Все гости разом оборачиваются, чувствую на себе десятки любопытных взглядов, по телу мурашки. Но все это отходит на второй план, потому что меня видит Тимур.

Он застывает, а на губах появляется пораженная улыбка. Глаза блестят, волосы треплет легкий ветерок. И я иду к нему, к моему мужчине.

Глава 28

Тимур

Зачем мне был весь этот цирк? Вместо того, чтобы наслаждаться моментом и нежиться в постельке с Майей, я уже привычно таскал бухого Тимофея. Он разрывался между договоренностями с Прохоровым и Ниной, но Нина побеждала. Так и уснул с ее именем на губах на барной стойке, а мне опять тащи.

Но я не жалуюсь, меня он натаскался за последний год не слабо. Хрен с ним, пусть дает отставку Наде, найдем бабки. Когда мы с ним пропадали?

И вот можно было бы ломануться с Майе, но не дала мама. Она мне все уши своими приметами прожужжала, обещание взяла, что подожду.

Ворочался, я всю ночь ворочался с боку на бок, смотрел на пустую подушку рядом. Непривычно было без теплого женского тела под боком. И кота в ногах, тоже, который оказался тем еще храпуном. Я знал, что люди храпят, но чтобы коты, да еще громче здорового мужика, это было в новинку.

Была мыслишка, что Маяй не выдержит и придет меня навестить, но не сбылась. Вместо нее с самого утра приперся похмеляться Тимофей. Глаза шальные, решительные.

Чую, драке на свадьбе быть. Нина же с докторишкой будет своим, а он для Тимофея как красная тряпка.

Вообще я брата в способности на такие сильные чувства никогда не подозревал. Он был склонен заводить связи без обязательств, да еще с замужними, чтобы голову меньше дурили.

А тут влип в девчонку, ребенка ей заделал. Я уверен, еще и женится сразу за мной.

Ну и ладно, пусть Нина за ним смотрит, а я устал.

— Не налегай, — забираю у брата стакан с виски, — тебе еще подпись в свидетельстве ставить. Потом хоть под столом спи.

— Ну уж нет, у меня другие планы, — Тимофей взъерошил волосы, — она ж меня простит, да?

— Простит, конечно. Ну… может не сразу, но думаю простит.

— Меня этот старпер бесит. Какого хрена он за молоденькой волочется? Да еще за беременной от меня?

— Ну а почему нет? Молодая жена и ребенок сразу, даже стараться не надо. Ты ж сам дружбу предложил, — не могу удержаться от шпильки.

Помню, как он мне запрягал в первый раз, как он цивилизованно все собирается решить. Тут у него значит Надя с бабками, там Нина с ребенком. И он между ними, одной помогает, вторую терпит. Умный, типа.

Я сразу понял, что план его дерьмо, но промолчал.

— Тимур, сейчас в морду дам.

— Не надо, мне еще жениться сегодня, — оставляю брата с тоской смотреть на бутылку вискаря, а сам одеваюсь. Замечаю, как дрожат пальцы, пока вдеваю пуговицы в петли рубашки. На лбу испарина выступает, а у меня тут в номере кондей.

Размяк ты, Кайсаров. Совсем голову потерял от своей девчонки.

А как не потерять было?

Бесился первое время, пока думал, что Маяй предала, отыгрывался, но отпустить не мог. Залип как-то сразу. Даже на аферистку был согласен. В общем одна такая была, вторая не лучше. Почему нет?

А Майя оказалась настоящим бриллиантом. Честная, добрая, умная. Характер, правда, дрянной временами. Линию свою гнет и фиг сдастся. Мне такая как раз и нужна, чтобы не заносило.

Тимофей собирается с мыслями и тащит свой зад на поляну перед гостиницей. Там у нас роспись будет. Цветы, арка, толпа гостей, журналисты, фотограф, видеограф. А я думаю, что лучше бы мы по-тихому расписались в доме родителей в саду. Только своих позвали.

Но поздно, будет заказанный масштаб. И драка, без нее не обойдется.

Выхожу на улицу, вдыхаю полной грудью. На окно, где моя Майюша прихорашивается, оглядываюсь. Соскучился я. Думаю, как поскорее со всем справиться и украсть ее со свадьбы.

— Сынок, ну ты как? — мама подходит ко мне в розовом атласном платье, на голове шляпка, сама под руку с Мишей. Я не против, думаю и отец против бы не был. Они отличная пара, всегда ладили. Да и Миша любит ее полжизни, считай.

— Хорошо, сейчас женюсь и вообще отлично будет.

— Вот, — она копошится в сумочке. Вынимает оттуда золотую булавку и прикалывает мне на подкладку пиджака, — это от сглаза.

— Мам, — сдержано улыбаюсь ей.

— Что мам? В прошлый раз забыли и что вышло? В этот раз все хорошо будет. Я расклад на вас с Майей заказала.

— И что там?

— Скоро наследник будет, а потом еще ребенок. Жить до конца вместе останетесь.

Не верю в эту ерунду, но на душе все равно теплеет. Двое детей и до конца вместе — это идеальный план. У мамы с отцом тоже почти получилось.

Топчу газон у арки в ожидании росписи. Тимофея удерживаю рядом, чтоб драка не началась раньше времени. Он с Аркадием недобро переглядывается последние полчаса.

Со мной многие здороваются, но я рассеян. Не запоминаю.

Я Майю увидеть хочу, как можно быстрее.

Когда организатор дает отмашку к началу, вытягиваюсь в струну. Взгляд сфокусирован на двери, из которой выходит сначала Соня, а за ней Нина. Соня улыбается какому-то парню в последнем ряду, краснее. Я его лица не вижу, но надо бы познакомиться поближе, проконтролировать.

Потом Нина с животиком выкатывается. Идет, рассыпая впереди себя лепестки роз. Грозные взгляды Тимофея игнорирует. И краснее.

Точно будет драка…

Забываю обо всем, когда на поляне появляется Майя. Она как легкое зефирное облачко. Белоснежное пышное платье искрится на солнце, фата скрывает мою малышку полностью. Сердце замирает, пока она идет ко мне. Пальцы, покалывает, пока снимаю с нее фату и всматриваюсь во взволнованное любимое личико.

Майя робко улыбается, щечки алеют румянцем, в глазах стоят слезы.

И у меня, эгоистичного