Что ж, Маша поняла, что угодила в книгу к своему любимому герою и теперь может ежедневно проводить с ним время, рисуя портрет. Наверное, это не так и плохо. Тут есть жилье, еда и работа. Для девушки, угодившей в незнакомый мир, это не так и плохо.
Хотя… насколько незнакомый?
Отложив бумаги, Мария взялась за еду. Вот кормили тут очень так себе. Насколько она помнила из книги, Гриз был богатым герцогом. А вот прислугу и приравненных к ней гостей кормили скромно. Миска каши без мяса и масла, кусок хлеба с чем-то похожим на творожный сыр и кружка травяного отвара. Однако есть уже хотелось, так что Маша съела все до крошки, потом умылась над тазом и, полюбовавшись садом, решила выйти погулять и обдумать свое положение.
Как она очутилась в книге? Как отсюда можно выбраться? И что она будет делать, если придется остаться здесь навсегда?
От последней мысли слезы вскипели на глазах, и девушка, покрутив головой, запретила себе хандрить. В сад — значит в сад!
Но сначала ей нужно было туда выйти, а дороги она не знала. Вышла в коридор, подошла к узкой лестнице и осторожно спустилась вниз. Кажется, она попала правильно — по коридору то и дело пробегали слуги, одетые в униформу с гербом на левой стороне груди. Однако эти слуги имели такой важный и чопорный вид, что остановить их и спросить дорогу Маша не решилась. Шла потихонечку, шла и наконец увидела небольшую дверь, приоткрытую куда-то в солнце и зелень. Шагнула. Обрадовалась — действительно, стриженая изгородь, красивые клумбы, нежные розы на фоне темных кипарисов и туй, извилистая дорожка, ведущая куда-то за поворот… Девушка решительно двинулась по дорожке, погрузившись в собственные мысли.
Кажется, в книгу ее привела любовь к герцогу Гризу. Трудно было не впечатлиться умным, тонким красавцем, описанным в книге! В этой реальности внешне он был так же хорош, вот только… Маша запомнила его абсолютно равнодушный взгляд. Даже его друг, барон Триан, смотрел на нее с большим интересом. Да и то сказать, в полюбившейся Марии книге герцог ухаживал за благородной девушкой, желая стать ее мужем. Бедная художница, почти прислуга, не вписывается в его представления о невесте. Так стоит ли лезть на рожон?
Только вот герцог Гриз такой красивый, мужественный, сильный! У него благородное лицо и манеры, длинные красивые пальцы с мозолями от оружия и безупречно завязанный галстук! А его пес! В книге говорилось, что Борго — подарок отца герцога на совершеннолетие. Герцог сам воспитывал пса, и они не раз спасали друг другу жизнь, ведь этот мир довольно жесток…
Не успела Маша додумать эту мысль, как поблизости раздался лай, и знакомый черный пес налетел на нее, сбивая с ног! Она только пискнуть успела! Борго подхватил палку, прилетевшую художнице на юбку, и умчался снова, а она осталась лежать, слишком ошеломленная, чтобы сразу подняться.
Над ней склонилось знакомое лицо и с некоторым раздражением уточнило:
— Госпожа Этклифф, что вы здесь делаете?
— Простите, милорд, — искренне смутилась Маша, — я вышла прогуляться в сад и заплутала. А потом ваш пес…
Герцог одним рывком поставил ее на ноги, коротко осмотрел, убедился, что она не хватается за руку или ногу, и холодно сказал:
— Сад для гостей находится в той стороне. Это мой личный сад, куда нельзя попасть без приглашения!
— Еще раз прошу прощения! — под пристальным взглядом холодных серых глаз тело Марии само дернулось, изображая полуприсед. Кажется, это называется книксен? После чего девушка боком обогнула герцога и почти бегом скрылась за поворотом.
Скрылась, но никуда не ушла — сказался удар о землю. У Маши закружилась голова, и она сползла на землю, радуясь тому, что здесь нашлась низкая дерновая скамейка.
— Кажется, художница решила подобраться к тебе поближе, Гриз, — хмыкнул мужской голос.
— Девица просто заблудилась, Эббот, — сухо ответил герцог.
— Не скажи… — протянул снова первый голос, — теперь, когда ты принял титул, девицы будут забираться к тебе в постель куда охотнее!
— Меня не интересуют бледные скучные девицы, желающие моих денег, — в голосе Гриза проскользнул холодок, словно он уже сталкивался с такими девицами.
— Это ты зря, — хохотнул неведомый Эббот, — художница выглядит аппетитно, одни ее кудряшки чего стоят!
— Я бы попросил… — Гриз сделал паузу, — помнить, что госпожа Этклифф находится под моей защитой.
— Да брось, друг, я пошутил, — фыркнул мужчина.
— Вот когда она покинет Гриз-холл, можешь подкатить к ней свой… кошель!
— Мой… кошель не такой весомый, — не унимался Эббот, — а хорошеньких девчонок хватает в деревне.
— Я тебя попрошу не… оставлять в моей деревне новых жителей, — судя по звуку голоса, герцог поморщился.
— Обижаешь, — протянул Эббот, — и потом, ты знаешь, что Фолкнеры свое не отдают.
— Прости, устал я с этим портретом! — повинился Гриз. — Если бы не традиции, послал бы эту девицу в пень!
— А чего мужика не пригласил? — прозорливо уточнил Фолкнер, пока Маша, задыхаясь, вспоминала, что так звали еще одного друга герцога Гриза.
— Да эта девица хотя бы меня пишет, — хмыкнул аристократ. — А эти модные расхваленные при дворе щелкоперы рисуют статую с моим гербом!
Эббот хохотнул:
— Это да, Грег сказал, портрет очень похож! Как хорошо, что мне не надо позировать!
— Как это не надо? — картинно удивился Гриз.
— Ты же пригласил эту пигалицу, чтобы написать свой парадный портрет, как положено при получении регалий, — напомнил Фолкнер.
— Не только! — Маше показалось, что герцог светло улыбнулся. — В контракте прописаны портреты членов моей семьи, друзей и слуг. Так что… завтра ты первый садишься позировать после меня! Все равно мой портрет уже почти закончен!
— Мы так не договаривались! — воскликнул Эббот.
— Попробуй откажи владетельному герцогу! — фыркнул Гриз.
Дальше раздались звуки обычной мужской возни, толчки, удары, лай собаки, и под этот шум Маша поспешила вернуться в свою комнату, даже не разобравшись, как она нашла дорогу. Кажется, ее любовь к герцогу только что треснула!
Глава 4
Упав на кровать, Мария прокручивала в голове разговор герцога с другом и все больше понимала, что влюбилась в картинку. Она понятия не имеет о том, как живет настоящий герцог Гриз. В книге она видела его на балу, при Дворе или на официальных собраниях, а здесь, в своем личном саду, он, оказывается, болтает с другом о неприличном, кидает собаке палку и пользуется преимуществами своего титула! Настоящий, живой мужчина, не тот, которого создало ее воображение, очень отличался от ее представлений!
Что же ей