— Ты что? — спросила мама.
Санёк молча показал на самолёт.
— Да, как наш, — вздохнула она и отвернулась.
— Сюда привозят сбитые самолёты, — объяснил отец. — Потом переплавляют и делают новые.
— Привозят, отмывают от крови и переплавляют? — спросила мама и поглядела на отца так, будто он в чём-то виноват.
Отец промолчал.
— А где фашистские самолёты? — спросил Санёк.
— Они, понимаешь ли… как бы тебе объяснить? Есть другое кладбище — там они. Оно не меньше этого.
— Пойдём поглядим, — попросил Санёк. Ему во что бы то ни стало хотелось убедиться, что сбивают не только русских.
— Поглядим, сынок. Потом поглядим. Не сейчас. Всё равно победа будет за нами.
Это было самое тяжёлое время для нас. Фашистские бронированные дивизии двигались на Сталинград и Кавказ. До конца войны было очень далеко. И ещё многим молодым людям, русским и германским, суждено будет лечь в землю… Да будут прокляты все войны и те, кто их затевает!