— К чему задавать эти глупые вопросы, — довольно громко шепчет супруге Волков, — если люди пришли сюда, разве они против? Бюрократия!
Жена пихает его в бок и краснеет. А сын-школьник авторитетно заявляет:
— Пап, ты разве не знаешь, что со свадьбы можно сбежать?
Здоровяк-Волков усмехается.
— Да, я бы так и сделал. Свидетельство в одной руке, жена в другой. А речь пусть милая дама закончит как-нибудь без нас.
Я чуть ли не хихикаю. И прослушиваю вопрос.
— Так вы согласны, Ольга?
У Керна уже бешеные глаза. Я моргаю.
— Мм… Да.
Зал взрывается смехом и овациями. Нет, все же нам никогда не стать нормальными! И это… так здорово.
В загсе мы быстро принимаем поздравления, а потом долго позируем для местной прессы. Нет, мы не поймали звездную болезнь. Просто статьи про нас и посты в интернете заодно пропиарят наш приют. Там уже целых двадцать мамочек, и останавливаться на достигнутом мы не намерены.
С чувством выполненного долга, наконец, едем в ресторан. Вернее, в кофейню. Кира и ее команда приготовили для нас невероятно стильный и уютный зал. Все же хоть мы и соблюли традиции, много гостей не приглашали. А своими хорошо будет посидеть в атмосферном местечке.
Здесь родня, друзья старые и новые. И среди последних особенно выделяется одна пара. Я оглядываю всех, и у меня глаза лезут на лоб.
— Ты не говорил, что пригласил Аверина! — шепчу на ухо мужу.
— Будет полезно наладить с ним контакт. И для себя, и чтобы присмотреть за Верой. Хоть ее отец был не лучшим человеком, я ощущаю ответственность. Я — человек из ее прошлого.
Фыркаю.
— Ты не главный человек оттуда. Вон ее прошлое во всей красе! Так обнимает ее собственнически. И вроде такой позитивный на лицо… А в глазах металл! Хоть он и молод.
— По долгу службы на морфлоте ему через многое пришлось пройти, — отмахивается Керн.
Я же только качаю головой.
— Она мне говорила, что вряд ли приедет.
— Не похоже, что Аверин привез ее силой. Смотри, какие они нарядные. И девочка не отпускает его руку. Ребенка не проведешь.
— Да, малышка светится рядом с папой. Хотя насколько знаю, он до конца не верит в отцовство. И между ним и Верой запутанная история.
Керн наклоняется и хулигански прикусывает мое ухо.
— Разберутся… Зато у нас теперь все предельно ясно.
Да, книга нашей жизни взяла курс на спокойные главы. Уютные, светлые. Но совсем не скучные, по крайней мере, для нас. Хотя… Наверное, сравнение неправильное. Ведь для книги или фильма обязательна аудитория. Мы же после свадьбы держим свой мирок максимально закрытым.
Ко всему прочему теперь он обнесен высоким забором. Мы довольно быстро собрались и переехали в новый дом. Нет, он вполне гостеприимен! С радостью встречает родственников и друзей. Но только в гости и по взаимному желанию. А вот без спроса влезать в нашу жизнь мы больше никому не позволим.
Спустя 3 года
— Мамочка! Ма-амочка! Мам! Я проснулась…
Когда-то я вздыхала, что Дашулька зовет только папу. А сейчас издаю болезненный стон. Нет, я очень счастлива! Очень! Но…
Приоткрываю глаз — рядом пустая подушка. Однако я не подскакиваю в панике. Не задаюсь вопросом, где же мой супруг. Потому что вот он. Головой под этой самой подушкой. Вот хитрец!
— Она зовет тебя, — предупреждает Кирилл все мои просьбы.
Ну ладно. Тем более, он вчера взял на себя вечернее укладывание, а я смогла рано отрубиться с книжкой.
Поднимаюсь, ежусь, потягиваюсь. Если вы хотите продлить свою юность и энергичность — родите парочку детей к тридцати. У вас просто не будет выбора! Выдвигаюсь в коридор второго этажа…
Первая дверь — комната сына. Клим Кириллович Керн повторил маневр своего отца. Он закрылся подушкой от воплей старшей сестры. К слову, по характеру взрослый здесь он. Дашулька егоза, а сын степенный. Медлительный даже. Зато сам знает, когда ему надо поесть, а когда хорошо выспаться. И многое повторяет за отцом. Даже, как вижу, неосознанно.
Даша же Кирилловна та еще бестия. Папой крутит, к маме подлизывается. Родня считает, эта красотка в будущем точно станет звездой.
А воспитательница детского сада не устает ее хвалить. И не за таланты! Малышка в прямом смысле помогает ей. Когда кто-то из детей грустит, плачет или никак не может привыкнуть к группе, дочка быстро втягивает его в игру. Окружает позитивом, пусть и неумелой — заботой. И вот уже ребенок радостно играет с нашей звездой.
Хм, чувствую, этот талант у нее еще с первых дней общения с непростым поначалу папой.
Хотя от него же она могла унаследовать доброту. Керн с каждым годом все больше и больше расширяет благотворительность. Например, вчера в здании старого отцовского магазина начал переделку под апарт-комплекс. Там будет аренда по приемлемой цене для одиноких мам и семей, которые приехали в наш город лечить детей.
— Я кое-что нашел вчера.
Мы уже на кухне. Муж тоже спустился с какой-то карточкой в руках.
— Где? И что там?
— В папином старом кабинете, — он продолжает тему, о которой я размышляла, — вот. Это мое детское фото.
Заглядываю через его плечо. Симпатичный высокий брюнет держит на руках годовалого мальчишку в новом голубом костюмчике.
Крепко обнимаю мужа со спины.
— Видишь… У него были чувства к тебе. Он держал близко фотографию.
Кирилл вздыхает.
— Может быть. Знаешь, я вчера смотрел на этот снимок и понял, что простил отца. И вообще решил — от родителей, как от корней, нужно брать самое лучшее. Остальное не нести за собой из детства.
Поднимаю брови. Глажу его твердый пресс.
— Мудро. И что же возьмешь?
Керн усмехается.
— Хочу еще детей. И много внуков. Вот только с одной единственной женщиной.
От автора
Дорогие мои! Я как обычно смахиваю слезы… Герои успели стать родными, но самое главное — счастливыми! Так что оставим их одних. А сами идем поддерживать новую пару — Веру и Аверина (фамилия в тему). Книга про них — «Семья из прошлого». Уже в моем профиле и по ссылке из аннотации здесь.
Спасибо за ваше внимание! Без него бы ничего не было.
Конец