— Да не будет уже ничего хорошего. Все давно к этому шло, но мы противились принять суровую правду — из наших отношений ушла любовь.
— Мам, ну что ты такое говоришь? Сорок лет любили, и вдруг бац — испарилась любовь?
— Так бывает, дочь, когда мужчина тебя совсем не ценит. Вот тебе повезло с Илюшей, он у тебя заботливый и внимательный. А отец твой что? Сухарь черствый…
— Ну неправда, бабуль. Дедушка тебя очень любит. Он же тебя всегда на руках носил…
— Знаешь ты много, Стеша. У него радикулит уже лет 20, так что ты точно этого не застала.
— Ну я образно…
— Не любит он меня, не лююююбит! — бабушка громко завыла. А мы с мамой, поддавшись женской солидарности, заплакали следом.
Один Ваня стоял в двери и молча наблюдал за троицей сумасшедших. Он, наверное, уже тысячу раз пожалел, что явился сюда. Сам виноват, не надо было приходить к моим родным без моего ведома. Хотел мне на зло сделать. А, получается, сделал себе…
— Одно мне утешение, Стешечка. Вы с Ванюшей… У вас такая любовь настоящая, искренняя, неподдельная. Смотрю на вас и нарадоваться не могу. Оооой, — бабушка продолжала плакать.
А мы с Ваней переглянулись. Я взглядом умоляла его пока ничего им не рассказывать. А он, видимо все поняв по моему лицу, только покачал головой.
Глава 24
— Вань, ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — уже словами пыталась его уговорить, когда мы вышли на улицу и остались наедине. — Пожалуйста, давай, пока оставим все, как есть. У нас и так семейная трагедия. Своей правдой мы еще больше масла в огонь добавим. Бабуля и так места себе не находит, рыдает постоянно.
Я шла за Ваней хвостиком, а он уверенно направлялся к сараю с дедушкиными инструментами, молча слушая мои мольбы. Дверь в сарай была распахнута, и Ваня, не входя внутрь, стал приглядываться.
— Стеш… — наконец, посмотрел мне в глаза. — Если ты считаешь, что так будет лучше, то пока можем не говорить.
— Спасииибо! Вань, спасибо! — на долю секунды я была готова его расцеловать, но вовремя вспомнила, что теперь не имею такого права.
— Только я в этом участвовать не буду. Я домой поеду под каким-нибудь предлогом. А ты, если хочешь, оставайся. Кстати, могу заехать Марту и черепашек покормить…
— Да я им столько корма положила, на два дня точно хватит! И на том спасибо, Вань… — в этот момент внутри сарая что-то стукнуло, и мы оба неосознанно обернулись на источник звука.
— Странно, что там такое? Раиса Николаевна с Ольгой Борисовной в доме. А дедушка с отцом твои на прогулку ушли… Кто тут может быть? — Ваня наводил жути получше любого триллера. Я на всякий случай встала за его спиной, напугано выглядывая всего одним глазком…
«Мрррвааау» — неожиданно с одной из полок спрыгнул огромный рыже-белый кот. Да спрыгнул с такими звуками, будто его кто-то перепугал. Да еще и хвост распушил так, будто готовился защищаться.
Похоже, так он отреагировал на нас, двух незнакомцев. Вот только это он позарился на чужую территорию, а не мы. Уверена, хвостатый пришел на запах шашлыков, но его спугнули звуки ссоры. Потому он и спрятался в укромном местечке.
— Ах вот ты кто, усатый грабитель! — Ваня присел на корточки и ласково позвал котяру. — Кис-кис-кис, иди сюда…
Животное сразу обрадовалось и стало приближаться к нам. Ручной… Кот начал тереться Ване в ноги и с радостью принимал его ласки, громко мурлыкая.
— Не знал, что у них есть кот… — Ваня, как и я, очень любит животных. Именно поэтому Марта так сильно к нему привязана.
— Так это, наверное, соседский.
— Ну что, красавец. Тебя, наверное, дома ждут… Иди… — поняв, что его больше не будут гладить, кот быстро потерял к Ване интерес и ушел в сторону соседского участка.
А Ваня вошел в сарай и взял оттуда лопату, метлу и старое ведро для мусора. Конечно, всем было не до уборки. И только Ваня в этой ситуации мыслил наиболее трезво, решив убрать острые осколки. За это я его и полюбила. Он всегда ведет себя уверенно и правильно даже в самых стрессовых ситуациях.
* * *
От третьего лица
— Я же говорил тебе, потише… Из-за тебя чуть не спалились, блин! — Борис Валентинович громко отчитывал зятя, с трудом вылезая из-за шкафа для инструментов. В стрессовой ситуации оба сумели втиснуться в не очень широкую щель…
— Если бы не кот этот перепуганный, то точно бы спалились.
— Вовремя ты его за хвост дернул. Молодец, Илья… Соображаешь.
— Да я не дернул даже, слегка дотронулся, он с перепугу сразу отпрыгнул.
— Видишь, мы, оказывается, вовремя успели. А то он уже домой собрался уехать. Ничего, никуда он не уедет, без колес! — Борис Валентинович радостно похлопал по накрытой брезентом куче, под которой были спрятаны колеса от Ваниной машины.
Они очень торопились и меньше чем за полчаса не только открутили и перетаскали колеса в сарай, но и поставили вместо них кирпичи, которые пришлось «одолжить» у соседа. Он редко на дачу приезжает. Так что до следующего его визита они все вернут на место.
— Ну Вы, конечно, голова, Борис Валентинович. Я бы о таком даже не подумал.
— А в жизни, как в шахматах, дорогой мой, надо планировать несколько ходов наперед…
— Да, Борис Валентинович. Из-за Вас опасно с Оленькой поссориться.
— А вы лучше не ссорьтесь, Илюша. Не надо вам с ней ссориться! А то я ведь могу не только в шахматы играть, но и в футбол. А мяч может больно ударить…
Глава 25
Ваня
— Ой! — Стеша отбросила кусочек фарфора и сразу же сжала палец губами.
— Черт, поранилась?! Я же говорил, я сам все сделаю… — ядовито прорычал, приближаясь к ней. Она морщила свой аккуратный носик из-за резкой боли. — Покажи…
— У-у, — покачала головой. Сопротивляется…
— Стеш, покажи. Или ты симулируешь? — взял ее хитростью.
— Ничего я не симулирую. Вот, смотри… — протянула свой раненый палец. Неглубокий прокол. Что ж… Уверен, ей больно. Но не критично.
— Не переживай, до свадьбы заживет… — выпустил ее пальчик из своей ладони. В обычное время я бы его аккуратно поцеловал, «чтоб не болело». Стешка реагировала на это как ребенок — улыбкой. Но сейчас нельзя…
— До какой еще свадьбы?! — она вспыхнула, как свеча. А я пожал плечами… Зачем ляпнул? Просто ляпнулось.
— Стеш, просто так говорят.
Обратно наклонился к разбросанным по земле осколкам.
Степанида