— Нет, по собственной! — обрывает меня бывший муж. — Ты не имела права скрывать от меня дочь! Я должен был знать. Должен! Что бы между нами ни произошло и в чем бы ты меня ни обвиняла, но о ребенке ты должна была мне сказать.
— Да что ты говоришь! У тебя уже есть ребенок! Зачем тебе мой? — я даже скривилась от его слов. — А ты не имел права мне изменять!
— Я тебе и не изменял! У меня нет детей, кроме Кати. И Катя не твой ребенок, а наш! — Евгений кричит, и на нашу ссору в палату заглянула медсестра, но, увидев мужчину, тут же выскочила.
— Женя, я устала, — мне было очень тяжело физически, и от этой ссоры сил у меня не прибавлялось. — Это бессмысленный разговор. Ты можешь хоть сто тысяч раз мне твердить, что у тебя нет любовницы, детей, и ты мне не изменял, но я все видела своими собственными глаза, и я им верю.
— Лиза, я не знаю, что ты видела, и ты упорно не желаешь мне этого говорить, но я говорю правду. Ты разрушила семью, оставила ребенка без отца. Да из-за твоих махинаций чуть дочь в детский дом не угодила! — мужчина смотрит на меня, и я не вижу в его взгляде любви. Лишь холод, от которого по спине мурашки ползут. Он разлюбил меня, а теперь сыпет обвинениями.
— Жень, раз тебе в подробностях нужно рассказать, что я видела, то пожалуйста, — и я в красках и с едкими комментариями рассказала и описала все, что тогда произошло. Я описала все практически по минутам, так как каждая деталь врезалась в память и оставила там свой след. Я бы хотела забыть, но не могу. Бывший муж стоял и смотрел на меня пораженный. Тогда, два года назад, я описала ему девушку и сказала, что она показала мне видео, доказывающее его измену. И по реакции Жени было очевидно тогда, что он понял, кого я описывала. Тогда мне было очень больно и мерзко, и я не стала окунаться в эти помои и не рассказала все в деталях. А зря. На душе наступило какое-то опустошение, но не то, после которого хочется с моста прыгать, а наоборот. Словно я выкинула из души камни. лишний груз, который тянул меня вниз и заставлял пригибаться. Надо было сделать это еще тогда. Жаль. Сколько времени в пустую.
— Лиза, — Женя сел на стул перед моей кроватью и, упершись локтями в колени, взъерошил руками волосы, — я никогда не рассказывал тебе о своей личной жизни до тебя. Мне казалось, что оно должно остаться в прошлом. Я дурак и думал, что прошлое никогда нас не коснется и не сможет причинить вреда, и потому не стал тебя посвящать в него.
— Что ты хочешь этим сказать? — я напряглась. Сердце испуганной пташкой забилось где-то в груди, словно предчувствуя что-то. Что-то плохое. Что в корне перевернет мое восприятие этой ситуации.
— До того, как я познакомился с тобой, у меня была девушка. У нас было все серьезно, и мы хотели пожениться. Вернее ни у кого и мысли не могло возникнуть, что мы не поженимся. Мы выросли вместе, она — дочь друзей семьи. Сколько себя помню, она всегда была рядом. Мы планировали свадьбу, но она попросила меня дать ей время, чтобы подумать. Так сказать, оценить, не привычка ли это. Или, может, наши родители так усиленно сводили нас вместе, что мы их желание приняли за свое. Мне было больно и неприятно, но я согласился, и она уехала за границу. Мы договорились, что у нее будет три месяца, за которые она поймет, скучает ли она по мне, хочет ли всю жизнь жить со мной или, может, это все привычка, которую мы приняли за чувства. Она просила полгода, но я согласился на три месяца. Я даже подумал, что это, наверное, к лучшему. У меня сложная учеба и мне надо как можно больше времени уделить этому, а не личной жизни. В общем, даже в этом нашел плюс, — Женя замолчал на мгновение. Я боялась вздохнуть, и в голове было множество вопросов, но я молчала. — Она вернулась спустя полтора месяца и сказала, что дурочка, раз не поняла, какой я замечательный и как сильно ее люблю, и он хочет стать моей женой. Мы стали готовиться к свадьбе, которую она хотела сыграть как можно быстрее. И тогда она сказала, что беременна. Лишь потом я понял причину такой спешки. Кстати, именно это признание ты и видела на том видео. Я был безмерно счастлив. И плевать, что мы не планировали сразу заводить детей. Что у нее, что у меня родители не бедствовали и хотели нам помогать, и потому ребенок не ломал ничьих планов. Все было замечательно, когда за день до свадьбы она заявила, что не любит меня и ребенок этот не от меня. Был скандал, в результате которого выяснилось, что пока она была за границей, успела влюбиться и забеременеть. Вот только ее избранник предложил ей сделать аборт и был совершенно не рад ее беременности. Тогда она решила вернуться в Россию и, выждав какое-то время, порадовать меня беременностью.
— А почему призналась? Совесть замучила? — я сглотнула ком.
— Нет. Просто этот мужчина, видимо, навел справки и понял, что отшил довольно состоятельную невесту, и прилетел за ней, — бывший муж горько хмыкнул.
— Зачем ты так? — я нахмурилась. Неужели он до сих пор ее любит? Или его сама ситуация настолько задела? — Может, он ее искренне любил.
— Как только ее отец объявил ему, что не будет помогать ни ей, ни ему ни в чем, мужчина улетел обратно. А Алиса сделала аборт.
— Аборт? — я была просто в шоке.
— Отомстила, так сказать, — Женя выпрямился и в упор смотрел на меня.
— Кому отомстила? — я не могу переварить услышанное.
— Своему отцу, — уточнил бывший муж. — Она винила отца в том, что Марко бросил ее. Ее отец очень хотел внуков, но не хотел, чтобы дочь использовал какой-то охотник за приданым. Если бы он убедился, что мужчина серьезно настроен по отношению к ней, то, естественно, растаял бы. Но Марко решил не рисковать и бросил Алису.
— Подожди, —